Синий чулок особого назначения

Коменданту не понравилась моя настойчивость. Он ответил угрюмым взглядом и недовольным вздохом.
— Госпожа Клорр, в подземельях замка нет ничего, что могло бы привлечь ваше внимание. Я лично и неоднократно осматривал подвалы Форфейпак и знаю, что там полный порядок! И никакого источника тёмной магии там не может быть по определению!
— Господин Намзини, я всё-таки прошу вас предоставить мне возможность лично убедиться в этом. Вы не маг, и можете не опознать источник тёмной магии, — на этих словах я мило и вежливо улыбнулась.
Комендант что-то пробурчал под нос и нехотя согласился:
— Так и быть, госпожа Клорр. Но под моим личным контролем. Осмотр подземелья — это вам не увеселительная прогулка.
 
Спускались в подвал замка мы втроём. Я, комендант и мой сопровождающий Дуол. Комендант, звеня связкой ключей, шёл впереди, и продолжать недовольно бурчать под нос.
Говоря о полном порядке в подвальных помещениях, господин Намзини не преувеличивал. Он открывал одну дверь за другой и демонстрировал винные погреба, кладовые и прочие хозяйственные помещения, под которые приспособили подземелье. Порядок был идеальный. Я заходила внутрь очередной кладовой и прислушивалась, пытаясь ощутить потоки тёмной магии. Ничего. Интересовалась у коменданта, в какой именно части замка мы находимся, то есть, что располагается над нами. В этой части подземелья никаких защитных рун на стенах не наблюдалось.
Когда мы вновь поднялись по каменным ступеням и оказались на первом этаже замка, комендант наставительно произнёс:
— Я же говорил вам, госпожа Клорр, что у меня в подземельях полный порядок.
— Господин Намзини, а как насчет подвала, который находится под тюремными помещениями? Меня он интересует в первую очередь. Ведь защитные руны не просто так на стенах и полу появились?
— Дались вам эти руны! Да гоблин знает, когда они тут появились! Я знаю лишь то, что мой предшественник строго-настрого запретил их закрашивать. И я имел несчастье убедиться лично, как он был прав. Но в подвалах под тюремными помещениями нет ничего. Там пусто. Даже никакого хлама там не хранится. Пустота. Полная.
— Господин Намзини, а можно подробнее узнать про тот несчастный случай? Я так понимаю, один из штатных магов решил закрасить руны? И что после этого случилось?
Комендант насупился, будто вспомнил какую-то личную обиду.
— Да ничего хорошего! Утром следующего же дня по всему замку такая вонь стояла, что даже мужиков наизнанку выворачивало. Спустились в кладовые, а там все вяленое мясо, все запасы кишат червями и слизью покрыты. Всё это выносить пришлось, сжигать. А следующей ночью проснулись от звуков взрыва. Оказалось, все бочки в погребах разнесло к гоблину! А вместо вина в них какая-то зеленая жижа с пеной. А потом одного заключенного утром нашли еле живого. Он метался в бреду и все твердил про какого-то монстра. Еле откачали. Ну, тут дураку ясно, что все из-за того, что пару стен с рунами замазали. А как нарисовали эти закорючки снова — все разом прекратилось. Только вот подвалы месяц пришлось проветривать да чистить. А маг этот, чтобы его гоблин забрал, сбежал. А в его кабинете нашли кровавую надпись на какой-то бумажке.
— Вы не про это говорите? — я продемонстрировала коменданту план замка с пугающей надписью «Убирайся вон».
— Ну и где вы отыскали это? Зачем всякую дрянь подбираете?
— Господин Намзини, давайте всё-таки вернемся к разговору о подвалах тюремных помещений. Ваш рассказ только утвердил меня в мысли, что источник тёмной магии находится именно там.
— Хорошо, будь, по-вашему. Хочется лазить по подвалам, лазайте.
Мы прошли в другое крыло замка, в котором располагался ещё один спуск в подземелья. И если коридоры и лестница, ведущие в кладовые, содержались в чистоте и были хорошо освещены, то второй вход в подземелье был запущен, о чем свидетельствовали тенёты [1], свисающие с притолоки. На массивной двери висел не менее внушительный замок. Комендант начал возиться с ключами и тут к нам подбежал запыхавшийся секретарь господина Намзини.
— Господин комендант, по магическому каналу с вами пытается связаться господин королевский советник!
— Да гоблин его подери, что опять-то?! — комендант раздраженно тряхнул связкой ключами, от чего они жалобно звякнули. Всучил эту связку Дуолу и приказал:
— Сопровождаешь госпожу Клорр на каждом шагу. Головой за неё отвечаешь!
Дуол вытянулся по струнке и отчеканил:
— Слушаюсь, господин комендант!
 
Дверь распахнулась без скрипа, но повеявшая в лицо сырость вызвала невольную дрожь. Когда осознаешь, что возможно тебе предстоит встреча с источником жути, невольно внутренне собираешься и чувствуешь напряжение в каждой струнке тела. Дуол шагнул первым и повыше поднял фонарь. Несколько ступеней вниз мы преодолели в полном молчании. А потом я поравнялась с Дуолом и создала пару магических шаров, которые отлетели на пару метров вперёд и осветили тёмные стены. Свет фонаря и магических шаров осветил небольшое пространство, в стене которого чернел дверной проем. Мы приблизились, осторожно прислушиваясь к собственному дыханию. Если в кладовых голос коменданта, бодро повествующий о том, что и где хранится, разгонял мрачную атмосферу подземелий, то здесь подбадривать было некому.
— Дуол, ты найдешь ключ от этой двери? — я кивком указала на массивную дверь, преграждающую нам путь. И пока мой сопровождающий звенел связкой ключей, я приложила руки к поверхности преграды и прислушалась. Магический импульс не обнаружил ничего опасного, значит, можно посмотреть, что там за дверью.
Эта дверь раскрылась с предостерегающим скрипом. Или это моя буйная фантазия шалит? Дуол сунулся, было вперёд, но позади нас раздался звук шагов и кто-то вполголоса выругался, споткнувшись в темноте.
— Это, наверное, комендант вернулся. Пойду, посвечу ему, пока шею не сломал.
Мой сопровождающий растворился в темноте, и о его перемещениях можно было судить только по светлому пятну от фонаря. Я осторожно заглянула в дверной проем и направила туда свои магические шары. И увидела длинное помещение, другой конец которого тонул в темноте. Но я заметила, что все стены и потолок были щедро покрыты рунами. Значит, я на верном пути.
— Дуол, ты где? — мне не терпелось пройти дальше, но одна я остереглась это сделать. В темноте, в которой растворился мой сопровождающий, послышались звуки какой-то возни, сдавленный вскрик. Да что там происходит-то? А потом раздались осторожные, словно крадущиеся шаги. И это был не Дуол.
    
ГЛАВА 19
Тот, кто осторожно двигался в мою сторону, явно делал это не с благими намерениями. Разумеется, его крадущиеся шаги можно было отнести на счет темноты: без фонаря тут совершенно ничего не видно. Вот и возникают вполне логичные вопросы: где фонарь, где Дуол и почему тот, кто крадется, не подает голос?