Я заставлю тебя себя полюбить (СИ)

Том не ослаблял хватку ни на минуту. Он знал, что если дать брюнету послабление, то он в тот же миг уйдет, и будет удачей не получить от него по морде за такую выходку в чужой квартире, на чужой кухне. Он сам плавился от долгожданных прикосновений к родному телу. Мышцы живота скручивало в тугой комок сладкого напряжения и предвкушения, разливая все это волной. Ноги сводило судорогой. Руки плотным кольцом опоясали талию. Язык мокро вылизывал теплую, так вкусно пахнущую кожу.
Бедрами прижимая брюнета к стене, Том расцепил замок за его спиной и пальцы прикоснулись к оголенной коже на боках. Вверх, по проступающим ребрам, вырывая тяжелые выдохи и шумные вдохи.
Билл инстинктивно прижался к Тому, откинув голову назад и позволяя ласкать себя. Мокро, сладко, нежно, но в тоже время властно и горячо. Мысли в одно мгновение покинули голову, оставляя лишь чувства и желание. Сбивчивое дыхание ласкало слух Тома, придавая ему еще большей уверенности в своих действиях.
Губы страстно подбирались к красивым скулам, очерчивая ровные контуры, целуя раскрасневшиеся щеки. Мягкий поцелуй в уголок рта брюнета, и язык мокро прошел по нижней части губы. Словно пробуя его на вкус, вспоминая и смакуя. Глаза смотрели на влажный след… еще секунда, и снова прикосновения, только уже проводя контуры верхней губы. Руки ласково прижимали к себе, касаясь подушечками теплых пальцев, лаская кожу под ними.
Билл первым не выдержал паузы и впился в приоткрытый рот своего парня, обхватывая его голову обеими руками. Властно, безудержно, страстно… мокро, сладко… низ живота ломило тяжестью… возбуждение достигло своего предела. Тела вжимались друг в друга, чувствуя насколько тесно обоим в одежде. Хотелось прикосновений к голой коже… хотелось мягких губ на истекающем смазкой члене… хотелось ТАМ мокрого языка и сладких поцелуев.
Том правой рукой стал расстёгивать ремень брюк, который сейчас казался самой дурацкой вещью на свете. На скорую руку он так же справился с замком… и наконец, пальцы коснулись гладко выбритого паха, заставляя замереть в поцелуе и издать еле уловимые стоны. Влажная головка обжигала руку. Том сдвинул нежную кожу, вынуждая брюнета запрокинуть голову и закусить губу, заглушая собственные стоны. Он несколько раз повторил манипуляцию вверх-вниз, прежде чем левой рукой зарыться в черные волосы и притянуть их к себе, чтобы утонуть во влажных и слегка припухших губах Билла.
Каждый взгляд друг на друга сводил с ума. Заставлял плавиться, растворяться в глазах другого. Посторонние звуки исчезли, были только их вздохи и хриплые выдохи. Рука Тома выпустила влажный член, губы разорвали поцелуй и, опустившись на колени, он стянул брюки с брюнета, попутно захватив боксеры. И, наконец, мягкий поцелуй в горячую головку, заставляя Билла полностью опереться о стену. Колени предательски подогнулись. Но мокрая пытка продолжилась, когда Том взял в рот член практически на всю длину.
Билл издал звук, похожий на шипение, и сам толкнулся бедрами навстречу Тому. Горячая головка скользила по нёбу, уходя глубоко вовнутрь и снова возвращаясь назад к мягким губам… и снова толчок… и снова выход… Мягкий, влажный плен уносил его все ближе к оргазму. Толчки становились жестче, резче. Том остановился.
Губы приблизились к оголенному паху и мягко начали вылизывать его. Том нетерпеливо расстегнул собственные джинсы, и вытащил член с поблескивающей головкой. Правая рука взялась за набухший орган и движениями теплой ладони стала водить взад-вперед. Неожиданно за дверью послышались шаги, и знакомый голос разорвал идиллию:
— Том, Билл вы тут? — ручка двери слегка повернулась, но Том успел ее вернуть в исходное положение.
— Тут, — зло зашипел брюнет.
— Эй, а чего не пускаете… — громко спросила она, но тут же понизила голос до шепота, — Вы, блять, ебнутые придурки! Да я вас кастрирую, если немедленно не скажете, что вы там просто кофе пьете.
— Рэй, ты, блять, еще по радио всех оповести. Дай 10 минут, и мы дойдем до кофе, — вклинился в разговор Том, таким же тихим и злым шепотом.
— Да вам лечиться надо, недоумки! Ладно Том… но ты-то, Билл… где твои мозги?
— У Тома во рту! Заткнись и уйди ненадолго!
— Рэй, ты нашла Тома? — холодный голос Алисы заставил всех напрячься.
— Нет, их там тоже нету. Наверное, вышли, — как можно беззаботней ответила девушка, мысленно уже казнив обоих.
— Хорошо. Раз уж ты ближе всех к кухне принеси, пожалуйста, бутылку мартини на столе. Я ее обещала Францу. Специально приготовила заранее.
— Обязательно, — еще секунда и дверь резко приоткрылась и в ней показалась рука с растопыренной пятерней. — Через секунду не будет бутылки, я буду вашим злостным проктологом!
Том, придерживая штаны, кинулся за бутылкой, которая действительно стояла на столе, и тут же всучил ее Рэйчел. Билл, тяжело дыша, все еще в возбужденном состоянии, с румянцем на щеках, и легкой испариной на лбу, стоял по-прежнему возле стены и улыбался. Вероятность быть застуканными добавила искорку. Пока Том возился с мартини по поручению подруги, он медленно ласкал себя между ног. Трогая теплыми пальцами промежность, прикасаясь к яичкам и проводя ладонью по всей поверхности ствола. Том от такой картины шумно сглотнул и посмотрел поведенным взглядом на Билла исподлобья. Дверь в это время закрылась, и все тот же злой шепот произнес:
— Если через десять минут вы оттуда не выйдете, я сюда всех притащу на экскурсию!
Парни лишь улыбнулись. Глаза в глаза. Том медленно облизал пересохшие губы и приблизился к брюнету, припадая к мягким губам сладким поцелуем. Он оторвал его от стены и движением заставил повернуться в сторону стола, который стоял в двух шагах от них. Билл мелкими шагами, со спущенными по самую щиколотку брюками, пошел в заданном направлении, так и не прерывая поцелуя.
Зад брюнета оперся о твердую поверхность. Он оторвался от Тома и посмотрел ему в глаза, улыбаясь слегка нахальной улыбкой. Шепот разорвал молчание:
— Скажи мне, Том…
— Хочу тебя…
— Скажи еще раз…
— Хочу так, что колени подкашиваются… Хочу…
Брюнет легко запрыгнул голым задом на стол, укладываясь на него спиной. Он протянул Тому ноги, негласно предлагая стянуть с него мешающие брюки до конца. Парень незамедлительно избавил от остатков одежды Билла, который, прижав колени к груди, бесстыдно выставил на обозрение темное колечко сокращающихся мышц.
Том провел пальцами по дырочке и промежности. Губы вновь облизнулись. Он встал на колени, прикасаясь влажным языком, лаская самую середину упругой попки. Билл выдохнул и развел ноги в стороны. Голова запрокинулась. Губы разомкнулись, ловя глоток свежего воздуха. Правая рука ласкала член. Левая — касалась там, где Том оставлял за собой мокрые следы.
Наконец, Том встал и приставил горячую и влажную от смазки головку к только что обласканной дырочке. Член легким надавливанием вошел в мягкое пространство, сдавливаемый кольцом мышц. Он прикрыл глаза и на мгновение замер. Руки придерживали ноги брюнета под коленями. Том сделал вдох сквозь плотно сжатые зубы и вытащил член наполовину. Затем толчок назад, в теплоту, влажность. И снова на выход…
Толчки с каждым движением становились все более настойчивыми и жесткими. Том как можно глубже вдалбливался в такое соблазнительное тело брюнета. Дыхание в такт движениям сбивалось. Терпение уже было практически на исходе. Голова кружилась от такого процесса и обстановки. Хотелось стонать в голос, но инстинкт самосохранения все же работал.
У Билла между бровями образовалась складочка от внутренних ощущений, которые заполняли каждую клетку, каждую мышцу. Глаза зажмурились. Правая рука все так же ласкала член, лежащий на животе и истекающий жидкостью. Большой палец прошелся по оголенной головке. Пальцы левой руки размазывали уже стёкшую смазку по животу. Черные волосы разметались по столу. Легкая испарина завершала картину. Билл выглядел сексуально, соблазнительно.
У Тома от такого вида пах скрутило сладкой волной. Несколько мощных толчков, и его сотряс оргазм. Рот открылся в немом крике, превращаясь на выходе в хриплый стон. Глаза закатились от переизбытка чувств и эмоций, таких сильных по накалу, и в тоже время таких сладких.