Место для радуги (СИ)
«Прямая и без комплексов», — подумал я, и посмотрел на неё более внимательно. Красивая девушка. Просит помочь с жильем. В её глазах было что-то необычайно притягивающее.
— Может быть, и мог бы, — ответил я. — Только я пока в Питер не собираюсь.
— А мне не сейчас надо, — сказала она, — а осенью.
— Тогда, ближе к осени, и поговорим, — сказал я.
Так я познакомился с Ирой «Солнышко». Потом я встретил её в клубе, где Паша работал ди-джеем. Я был под «травкой» и сидел за диджейским пультом. Она подсела рядом. В тот момент я впервые обратил внимание, что она — очень хрупкая и изящная девушка. «Пожалуй, в этом клубе она самая красивая», — подумал я, и мне стало приятно, что она сидит рядом со мной.
— Поехали ко мне, — предложил я.
— Нет, — ответила она, — я готова построить с тобой отношения, если мы будем вместе жить в Питере. Другие варианты меня не интересуют.
Меня это задело. Ни одна из местных девушек мне не отказывала. Я решил, что добьюсь её во что бы то ни стало. С того дня каждый раз, когда я встречался с ней в клубе или у кого-нибудь в гостях, я возвращался к этому разговору. И каждый раз получал отказ.
— Только когда у нас будет жилье в Питере, — отвечала она.
Тогда я решил, что слишком увлекся этой игрой. «С меня хватит, — подумал я, — Пусть ищет другого простачка». Я настроился на то, чтобы больше о ней не думать. Было неприятно принять поражение — первое в жизни, но это лучше, чем бегать за ней, как мальчишка, и каждый раз слышать «нет». Приняв такое решение, я поехал домой и ушел в забытье.
На следующий день, с утра, я услышал, как в прихожей открылась дверь. Я вышел из комнаты и увидел, что на пороге стоит она. Это было очень неожиданно и очень приятно.
— Можно к тебе? — спросила она.
— Конечно, — в душе ликуя, ответил я.
Она сказала, что стала за меня волноваться, потому что я уехал расстроенный, и приехала «просто так». Меня это очень тронуло. «Кажется, я погорячился со своим решением, — подумал я, — Все-таки, приехала, хоть я её уже не ждал». Я предложил ей посмотреть кино.
— Спасибо, что ты приехала, — сказал я. — Никого другого я не рад видеть так, как тебя.
Мы лежали рядышком на кровати и смотрели «Криминальное чтиво». От неё исходили волны тепла. После всех её отказов, я уже не относился к ней, как к другим женщинам. Я даже не решался к ней притронуться. Мне очень хотелось заняться с ней любовью, но я чувствовал, что если я предприму такую попытку, она встанет и уедет домой. Тогда я просто робко обнял её за талию и лежал рядом, вдыхая запах её волос. Потом она уехала, насадив в моем сердце росток надежды на свое возвращение. Между нами ничего не было, но с этого дня меня стало тянуть к ней ещё сильнее. Я понял, что влюбляюсь.
Однажды ко мне в дом нагрянул Тимур из «берлоги». Оказалось, что Алекс дал ему этот адрес ещё до ареста. Я встретил его доброжелательно, все плохое было давно забыто. Он сказал, что «берлога» терпит бедствие, денег нет и все были бы рады моему возвращению. Я ответил, что возвращаться не собираюсь, потому что у меня здесь «свой бизнес».
— В начале осени у моей девушки начнется учебный год, — сказал я, — тогда и приеду.
У Тимура при себе была трава. Мы выкурили косяк. Сознание размякло. И тогда Тимур рассказал, что у них есть «крутая тема», провернув которую братва из «берлоги» поднимет крупную сумму. Мне стало интересно, что это за тема. Он описал сценарий: они собирались «кинуть» человека на квартиру с участием подставного нотариуса. Человек, которого они собирались «кинуть», жил один и любил выпить, у него не было ни родни, ни друзей. Сценарий Тимура был похож на сюжет криминального фильма, но выглядел вполне осуществимым.
— Есть только один неприятный момент, — сказал он.
— Какой?
— После переоформления квартиры, хозяина придется убить.
Эти слова прозвучали для меня как гром среди ясного неба. Он произнес их спокойно и непринужденно, словно речь шла о походе в магазин или выносе мусора. По его невозмутимому виду я понял, что он произносит такие слова не в первый раз. Для меня это было дико.
— Как? — воскликнул я. — Как можно убить человека?
— А что такого? — как ни в чем не бывало сказал Тимур, — ты видел в новостях, сколько людей каждый день пропадает без вести?
Я кивнул.
— И ты думаешь, что они все живы? — с умным видом спросил он.
Я не знал ответа на этот вопрос. Это говорил мне не кто-то посторонний, а человек, которого я уважал и считал своим другом — особенно после выкуренного косяка. Я понимал, что он лучше меня владеет ситуацией, его слова звучали очень убедительно. «Наверное, Тимур уже кого-нибудь убивал, раз так спокойно говорит об этом», — подумал я. Этот разговор хорошо ложился на фильм «Криминальное чтиво», который мы недавно смотрели с Ириной. Не знаю, какие химические реакции происходили в мозгу, но именно тогда в моем уме родилась мысль, что в убийстве человека нет ничего страшного. «Кажется, он прав, — думал я. — Может, я действительно придаю этому слишком большое значение, когда это происходит сплошь и рядом».
На следующий день я оставил Тимура в доме и ушел по делам. Когда я вернулся, его уже не было. Вместе с ним не было музыкального центра и каких-то мелких денег, которые оставались в доме. После того случая я окончательно разочаровался в «братве».
Время от времени я встречался с Ириной. С каждой новой встречей мое влечение к ней становилось все сильнее. Это было новое, не знакомое доселе чувство. Мне стало казаться, что она — самая красивая девушка во всем мире. В моих глазах ни одна из отцовских секретарш не могла сравниться с ней. Да что там секретарши — ни одна актриса и ни одна модель. Ирина была дьявольски красива. Когда я её видел, кровь моментально закипала и мне хотелось слиться с ней бесконечно долгом поцелуе. Но каким бы романтическим ни было наше свидание, дело никогда не заходило дальше разговоров:
— Переезжай ко мне, — говорил я. — Давай вместе жить.
— Давай сначала решим вопрос с квартирой в городе, — отвечала Ирина.
Меня убивала её практичность. Я ненавидел её за это, но мое влечение к ней было сильнее, чем моя ненависть. Как я ни старался, у меня не получалось преодолеть её стену.
Однажды мы с Пашей и его женой поехали купаться на озеро, и там я встретил Ирину — в купальнике. Она только-только вышла из воды и вытирала волосы полотенцем. Я смотрел на неё, как завороженный, и тут, напротив нашего 41-го «Москвича», остановился черный «Митсубиси Паджеро». Легкой походкой балерины Ирина подошла к этой машине и прыгнула в салон. Для меня это был шок. Я смотрел, как «Митсубиси» с моей возлюбленной отъезжает прочь.
— Вот так, — хлопнул меня по плечу Паша, — «Солнышко» такая!
— Доставай водку, — сказал я.
В тот момент мне хотелось любым способом забыться, чтобы не думать о том, что сейчас делает Ирина в этой машине. Я не верил, что она такая. Для меня она была слишком красивой, чтобы быть продажной. Я не верил, что она встречается только с теми парнями, которые снимают ей квартиры и катают на дорогих тачках. На следующем свидании я спросил её об этом «Митсубиси»:
— А это Виталик, мой знакомый, — непринужденно ответила она, — Он, кстати, тоже питерский, из Колпино.
Видя, что я сижу растерянный и поникший, она рассмеялась:
— Не ревнуй, — сказала она. — Мы с ним просто приятели.
Сердце подсказывало, что никакие они не «просто приятели», но я все равно верил её словам. Не знаю почему, я не мог устоять перед её голосом, её улыбкой, её взглядом. Из её уст я мог принять любую ложь и поверить в неё. «Может, они и правда просто приятели», — обманывал я себя, любуясь её глазами.
Александр
«И сказал Каин Авелю, брату своему: пойдем в поле. И когда они были в поле, восстал Каин на Авеля, брата своего, и убил его»