Цвет крыльев. Серый.

– Паршивец Сэмми пытается прятаться, – спустя пару минут произнес он. – Но думаю, я его найду.
– Тогда я поговорю с Анжелой, а после присоединюсь к тебе.
И не дожидаясь ответа, Дэймон направился обратно к школе.
Когда он закончил с этим, Азазелл сидел на крыше больнице, попивая вишневый чай, стаканчик с которым он изящно держал двумя пальцами.
– Ты что-то узнал? – спросил Дэймон, опускаясь рядом, на парапет.
Сам он по-прежнему ничего не чувствовал.
– Узнал, только нам от этого не легче, – фыркнул Аз. – Сэмми мечется по штату, как ракета. Вжух-вжух-вжух...
И пальцем он прочертил в воздухе эти самые «вжух».
– И что теперь делать?
– Ну, гоняться как тузик за фрисби, мы за Сэмми явно не будем, – пожал плечами Азазелл. – Как минимум, потому что он быстрый Ангел Смерти, а у меня даже нет крыльев.
– Значит, подождем.
Дэймон стянул свой кремового оттенка свитер, аккуратно свернул его, и, убрав подальше, принялся заранее выпускать крылья, чтобы быть готовым взлететь в любой момент.
Аз благоразумно отвернулся.
– Выглядит довольно уныло, – сказал Серафим, когда Дэймон закончил с этим. – И, Отец всемогущий, как же часто тебе приходится покупать новые вещи? Не думаю, что простой порошок может справиться с ангельской кровью.
– В моем старом доме есть целая комната, от пола до потолка заполненная одной только одеждой, – усмехнулся Хэвенли.
– Удивлен, что ты еще не перевез свои вещи к Анжеле.
Какое-то время они еще болтали о всякой ерунде. При этом оба были максимально сосредоточены и насторожены, готовые, в случае чего, сорваться с места.
И хотя Дэймон внимательно следил за Азазеллем, чтобы не упустить нужный момент, он все равно упустил. Миг – и Аз, кинув едва различимое «За мной», исчез с поля зрения.
Бескрылый, приближенный к человеку, даже так он оставался Серафимом.
Дэймон взмахнул крыльями – он хорошо чувствовал присутствие Аза, и теперь ему нужно было лишь лететь следом, в надежде не опоздать.
 
 
***
Самаэль еще раз обдумал свой план.
Аз и Дэймон поверили ему, и он надеялся, что теперь у него хватит времени, чтобы воплотить задуманное в жизнь.
Главное, не сорваться раньше, это вызовет ненужные подозрения.
И хотя Самаэль держался, чувства накатывали на него, заставляя трепетать от предвкушения скорой мести.
Найти Хранителя во второй раз не составило никакого труда – теперь он горел в сознании Самаэля ярче солнца. И Ангел Смерти направился к нему.
По иронии, новый подопечный Хранителя жил в штате Орегон, так что лететь далеко не пришлось.
Хранитель, бестелесный, как и в прошлый раз, следовал за вверенной ему душой – кудрявой темнокожей школьницей лет десяти, совершенно не похожей на Габриэлль и от этого таинственным образом напоминавшую ее.
Самаэль мягко опустился на землю, не спеша складывать свои огромные серые крылья. Руками он то и дело трогал шею, почти касаясь цепочки медальона.
Хранитель обернулся.
Самаэль знал его имя, но даже в мыслях не произносил его. Этот ангел не заслуживал имени.
– Самаэль? – удивился Хранитель. – За какой душой ты пришел сюда?
В отличие от писклявого голоска Дина, Хранитель говорил спокойно и размеренно, даже несмотря на свое удивление. В нем слышалась уверенность, мудрость и светлая благодать, а тембр мог принадлежать, как мужчине, так и женщине.
– Я пришел не за душой, – ответил Самаэль, сжав кулаки.
– Тогда зачем ты здесь?
– Чтобы свершить правосудие. Ты помнишь ее?
Глупый вопрос – ангелы не умеют забывать.
– Габриэлль? Я помню каждого подопечного, и ее душу мне всегда будет жаль больше прочих. Но она больше прочих и знала, на что идет.
– Ты должен был остановить ее! – голос Самаэль дрогнул.
Спокойный тон Хранителя, это удивление и светлая печаль раздражали его, и он едва держал барьеры.
– И остановил, если бы она, только хоть на секунду дала понять, что задумала. Но она скрывала свой план довольно тщательно, опасаясь, что будет остановлена. Она ведь любила тебя до самого своего конца, и даже дольше. Но все это был только ее выбором.
– Даю тебе время найти безлюдное место, – Самаэль отвернулся, больше не в силах продолжать разгоовор. – А потом я вернусь, чтобы убить тебя.
И, взмахнув крыльями, он взлетел.
К глазам подступали горячие злые слезы.
Удивительно. Разве Ангелы умеют плакать?
Хранитель явно не знал о любви Самаэля, но это вовсе его не оправдывало.
Он не справился с возложенной ответственностью, и должен заплатить равнозначную цену.
Вечность за вечность. Жизнь за душу.
После слов Хранителя о любви и чувствах Габриэлль, Самаэль едва не убил его прямо там.
От срыва барьеров Ангела Смерти уберег лишь медальон.
А от мгновенного возмездия Хранителя уберегла его подопечная.
Несмотря на всю свою злобу к Ангелу, Самаэль не желал причинить вреда невинным душам.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ Может он сам далеко не хранитель, но создания небес должны защищать людей.
Поэтому Самаэль и улетел – никто не знал, что произойдет, когда он снимет барьеры.
Хранитель не думал слишком долго – он видел, в каком состоянии находится Самаэль, чувствовал его узконаправленную агрессию и жажду мести. Знал, что его не переубедить.
Он попытался добраться до небес, но Самаэль преградил ему дорогу. Какое-то время они так и метались в вышине, пока Хранитель не понял, что все попытки его бесполезны.
Тогда он выбрал пустое место, вдали от городов, и замер, по-прежнему оставаясь в воздухе.
Самаэль завис напротив. Он молчал – время слов вышло.
Вздохнув, Ангел Смерти коснулся серебряной цепочки, что тут же осыпалась прахом. Пульсирующая, теплая капля медальона полетел вниз, а Самаэль, впервые за очень долгий срок, отпустил себя.