160 шагов до Лео
Разошлась не на шутку и совсем скоро побросала туфли, стянула кофту, джинсы, пояс, носки, нижнее белье. Извивалась нагишом, крутила бедрами в такт музыке с нарастающим ритмом. На несколько мгновений показалось, что я — любима, Энцо ценит меня, раз уж решил меня вернуть. Значит, все будет у нас теперь иначе.
Я приняла душ, зажгла свечи, поставила приятную легкую музыку из Энио Морриконе и закружилась по кухне.
Подготовила мясо и выложила его на гриль, настрогала овощи, подрумянила багет в духовке. Все-таки приготовление пищи сродни магическому ритуалу. Теперь понимаю, почему раньше девочек с раннего детства обучали кулинарному искусству.
Когда по комнатам разлетелся дразнящий аромат запеченного мяса, я вернулась к зеркалу, вставила линзы, накрасилась, переоделась в темно-синее платье с открытой спиной, надушилась, причесалась. Но Энцо все еще не было. Где же он? И почему задерживается?
Набрала его номер несколько раз, но он, как обычно, мне не ответил. Тогда я позвонила в квартиру свекрови, Джина, мать Энцо, уже свыше десяти лет, как страдала слабоумием, несмотря на свои шестьдесят. За ней ухаживала румынка, Изольда. Они жили теперь вместе в малогабаритке, а все расходы покрывал Энцо.
После пятого гудка ответила Изольда:
— Пронто! *
— Здравствуй, Изольда! Скажи, Энцо у вас?
— Ну что ты! Он сюда только по вторникам заглядывает, а сегодня пятница.
В трубке у узнала Джину, мать Энцо:
— Ты знаешь что-то о моем мальчике? — я едва понимала, что она говорила тонким, писклявым голосом. — Он опять с той противной девчонкой, да? Скажи Марине, пусть не выпускает ее больше из дома!
— Будь спокойна, Джина, с ним все хорошо, — соврала я. Я не понимала, что за девочку она имеет в виду, ведь Энцо был ее единственным ребенком, и что происходит в ее больном уме. Хотя Марина это вроде тетка Энцо, которая пропала много лет назад.
Ее голос стал возбужденным:
— Я отколошматила своего гаденыша деревянным башмаком по голове! Вместо того, чтобы учить уроки, он опять играл с ней! Эмма! Какая гадкая девчонка!
Она захныкала, как капризный ребенок, и добавила:
— Ты скажи, пусть приходит домой. Энцо, mio bambino! * Я больше его не трону, — я услышала, как она запричитала в трубку. — Ты скажешь ему, правда? Скажешь?
Я уже соображала, как ее успокоить, но тут снова вмешалась сиделка:
— Ассоль! Я с трудом справляюсь с ней. Ей нужно подобрать в клинику. А пока ей необходимы лекарства! А Энцо не приносит их!
— Хорошо, Изольда. Я ему передам.
— Нет, сделай это сама. В последнее время на Энцо нельзя положиться!
— Я позвоню домашнему доктору, мы что-то решим, — послушно заверила ее я.
Уфф! Час от часу не легче! Не было у бабы хлопот! Ну что же, муженек, видать, у тебя другие планы на этот вечер. Я достала бутылку и откупорила ее. Лучше одной, чем с кем попало.
Я наложила в тарелку еду, налила вина, расстегнула молнию на платье, когда раздался скрежет ключа в замке. Затем дверь открылась и я услышала несколько мужских голосов, среди которых и возгласы Энцо. Они что-то обсуждали и хохотали.
Быстро застегнула молнию, поправила волосы и вышла им навстречу в коридор.
Мужчины, похоже, были навеселе, но запах алкоголя я не почувствовала.
— О! А вот и моя любимая жена! Откуда ты взялась, дорогая? Милая, как я рад тебя видеть! Скажи, ты тоже счастлива? — в его покрасневших глазах я заметила неестественный, почти неживой блеск и вспомнила фразу Алекса в поезде про современного черта.
— Энцо, а почему ты не представляешь нас твоей жене? Мы друзья или нет?! — пожилой мужчина лет шестидесяти, крепкого телосложения и небольшим животиком под стильным темным костюмом, протянул мне руку. Она была мягкая, как подушка, но совсем холодная. — Паоло Монтанье. К дьяволу, зови меня просто Поль!
Я обомлела: “Вот ты какой, Поль! Ну и встреча!”
— Поль, можешь по-дружески поцеловать мою жену. Только смотри, не переусердствуй! — шрам на Энцо дернулся, губы скривились в улыбке.
— Хорошо, я буду осторожен, фрателло! * А вот и еще один наш друг, — он указал на третьего вошедшего.
“Друзья, братья, хм, не нравится мне все это”.
— Берто, — сказал высокий мужчина лет пятидесяти, с гладкой лысиной и темной жидкой козлиной бородкой. Он вытащил руку из кармана охотничьей куртки и протянул ее мне. На тыльной стороне запястья я прочла “Prendi tutto dalla vita” * и ответила ему хлипким пожатием. Меня удивили его резкие и частые движения, будто у него был тик.
— Ciao! Можно просто Билл, — добавил он.
Выходит, мытье полов с лавандой привлекло лишь хорошие новости от Рильке. Остальная часть вечера ничего приятного не сулила. Проводить его в такой мужской компании я не хотела.
— Простите, но я не ждала гостей, — я сверлила взглядом Поля, прекрасно понимая, что решает здесь он.
— А что это ты раскомандовалась тут? — Энцо оттолкнул меня и прошел на кухню.
Там вскоре раздался звон крышек по кастрюлям, а за ним и скрип дверцы холодильника.
— Соль, а что это за дела? — громко возмутился муж. Я, а за мной и Поль с Билли, прошли на кухню. Энцо, увидев нас, негодовал: — Срочно накрой для моих друзей!
Я уже собиралась напомнить пословицу про непрошенного гостя, на которого плохо смотрят и еще хуже обслуживают, но тут вмешался Поль:
— Послушай, Энцо, а почему бы нам не поехать ко мне домой и не продолжить вечер? У меня ведь большой дом с бассейном. Искупаемся, запечем на огне мясо, рыбу и все такое, — он подмигнул, приближаясь ко мне, и нежно коснулся талии.
Энцо задумчиво глянул на него:
— А что? Это идея, брат.
— Ассоль! — Поль с умилением посмотрел на меня. — Я вас тоже приглашаю!
— Нет, это исключено! — я отскочила от него к окну. — Завтра очень важный, ответственный день.
— Ты не хочешь поехать к моему другу? — Энцо подошел ко мне. Когда он схватил меня за подбородок, в его полных гнева глазах я заметила расширенные зрачки. Неужто он обкурился?
Муж больно сжал лицо:
— Как ты можешь? Я все это время был совершенно один! Феличите ты дарила больше любви и внимания!
— Отпусти! — я почувствовала, как кровь бросилась к моей голове. С силой отдернула его руку. Сейчас я вдруг поняла, какую большую ошибку совершила.
— Из-за тебя я бросила Сандру! Дура! Я еще надеялась что-то наладить!
Моему разочарованию не было предела! Глупая! Я уже подняла руки, чтобы наброситься на него, но Поль встал между нами и полюбовно попросил:
— Друзья, только не ссорьтесь! Ну, пожалуйста! Мы поедем ко мне и забудем все неприятности, — он повернулся к Энцо — Мавр, ты ведь позволишь мне лицезреть твою жену?
— Если только посмотреть, — сквозь зубы процедил Энцо.
— Видишь, Ассоль? Мой друг знает, что может мне доверять.
Черт внутри меня захотел взять реванш за все эти годы. Да! Я хочу объяснений с Энцо! Мужчина, который так смотрит и говорит, вряд ли может испытывать любовь к своей жене. И я собираюсь прояснить это до конца!
Глава 19. В доме Монтанье
Поль уговорил меня сесть вперед к нему, а Энцо с Билли устроились на заднем сидении. Когда черный Порш уже несся по автомагистрали, в трубке раздался встревоженный голос Энн: