Wrong (ЛП)

Я стону, на мгновение закрываю глаза. Это больно, но я хочу посмотреть на него.
— Посмотри на себя, — выдыхает он, не сводя глаз с наших соединенных тел. — Ты выглядишь так прекрасно, растянувшись вокруг моего члена, грязная девчонка. В следующий уик-энд я наряжу тебя в кутюр и выставлю перед своими коллегами, но все время я буду думать о моем члене, погруженном в твою задницу. Я буду думать о том, как ты грациозна и прекрасна на публике и какая ты грязная шлюха в постели, — он проскальзывает дальше.
Теперь не так больно, как первоначальный толчок. Давление безумно интенсивное, и я чувствую себя так странно. Я снова сжимаюсь, и Джастин перестает теребить мой клитор, обводя мою киску кончиком пальца.
— Ты грязная девчушка, тебе так нравится, что ты вся течешь.
— Джастин, мой клитор. Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, — умоляю я.
Он смеется.
— Сделай это сама.
Я очень довольна этими инструкциями, и двигаю свою руку вниз и тру себя кончиками первых двух пальцев. Он проскальзывает еще дальше и наклоняется надо мной, опираясь всем своим весом на руки.
— Ты такая чертовски горячая, — он скользит туда и обратно. — Как ты себя чувствуешь?
— Мне нравится, Джастин. Это настолько неправильно, что мне так хорошо.
— Ничто не неправильно, когда я внутри тебя, — затем он коротко целует меня, а потом скрещивает свои локти надо мной и слегка ускоряет темп. — Между нами все по-другому, Софи. Ты даже не представляешь.
Между нами всегда всё хорошо, особенно в сексе, но это что-то совсем другое. Он находится внутри меня не совсем естественным образом, но так интимно. Ощущения разные.
— Все хорошо? Ты в порядке? — Джастин спрашивает поверх меня. — Скажи мне.
— Так туго, я все чувствую, — трудно говорить, я так взвинчена. — Это непривычно, но я в порядке, — продолжаю я.
— Я сейчас так сильно кончу в твою задницу. Ты будешь чувствовать это всю ночь, — он скользит своей рукой мимо моей и просовывает палец внутрь меня. — Может, мне отвезти тебя на ужин сегодня вечером? С моей спермой, капающей из тебя?
— Джастин, я уже близко.
— Я знаю, — он двигает пальцем внутри меня, продолжая вонзаться в мою задницу.
Я кончаю, мое тело сжимается вокруг его члена так сильно, что это больно.
— Черт возьми, Софи, — он застывает надо мной на мгновение, а затем резко дергает бедрами, когда его оргазм прорывается наружу.
Он опускает руки и прижимает меня к своей груди. Мне немного трудно дышать, я едва соображаю.
— Надо развязать тебя, — бормочет он, все еще придавливая меня своим телом.
— Хм, — я сгибаю пальцы ног. — Ты не будешь держать меня связанной в одной из твоих странных пустых спален в качестве секс-рабыни?
— Я не буду тебя пытать, — говорит он, и тут звонит его телефон. — Господи, — он на мгновение закрывает глаза, прижимаясь лбом к моему лбу, затем легонько целует меня в губы, берет телефон и отвечает.
Я потею и чувствую, как его сперма вытекает из моей задницы на подушку, которую он подложил под меня. Очень надеюсь, что миссис Джигер получает хорошую зарплату.
Джастин сидит на краю кровати, рассказывая о 3D-УЗИ и неделях беременности, когда я понимаю, что могу дотянуться до конца повязки, привязанной к изголовью, поэтому я начала развязывать себя. Мои ноги оказываются на полу прежде, чем Джастин понимает, что я двигаюсь.
— Я перезвоню, — Джастин резко обрывает разговор и, схватив меня за запястье, тянет обратно к себе. Он кладет руки мне на бедра и целует в живот. — Прости, — говорит он мне.
— Все нормально, — я ожидала немного большего внимания после анала, но младенцы не рождаются сами.
Я сдвигаюсь, сжимая ноги вместе. Джастин откидывается назад и смотрит на меня.
— С тобой все в порядке? Я сделал тебе больно? Ложись, дай мне посмотреть, — сейчас он просто доктор Бибер.
— О, нет! Только не это, — я делаю шаг за пределы его досягаемости.
Похоже, мой отказ его не впечатлил.
— Значит, мы можем играть в гинеколога, когда тебе захочется, но я не могу смотреть на тебя, когда тебе действительно может понадобиться помощь?
— Ты все правильно понял. К тому же, я в порядке, — я подчеркиваю последнее слово. — Просто странно, что твоя сперма вытекает из моей задницы и спускается вниз по ноге. Теперь ты счастлив? — я иду в ванную комнату.
Он ухмыляется и следует за мной, обнимая меня за плечи, когда я тянусь в душ и включаю его.
— Мне нужна мочалка, — говорю я, когда он пытается загнать меня обратно в душ. Он протягивает руку между моих ног и проводит ею по моей мокрой коже.
— Ну конечно, — отвечает он и продолжает размазывать свою сперму вокруг моих бедер.
— Разве чей-то плод не нуждается в твоем внимании? — напоминаю я ему.
Он бормочет что-то в знак согласия.
— Мне нужно съездить в больницу. Пойдем со мной, а потом мы поужинаем в Ломбарди.
— Мне очень нравятся их куриные пиккаты.
***
— Почему они не могут собрать свои средства в июне? — спрашиваю я Джастина. — Здесь так холодно.
Мы едем на благотворительный вечер в Мемориальную больницу Болдуина. Он смотрит на меня через заднее сиденье и улыбается.
— Слишком большая конкуренция. Летние месяцы наполнены другими событиями и прогулками по гольфу.
— Объясни мне еще раз, какой это имеет смысл с финансовой точки зрения. Тысячи долларов тратятся на дизайнерскую одежду и помещения для проведения мероприятий. Разве благотворительность не заработала бы больше, если бы все просто прислали чек?
— Есть еще и безмолвный аукцион, — напоминает мне Джастин.
— А не могли бы мы все вместе собраться в футболках и джинсах и пожертвовать деньги на благотворительность вместо одежды, которую вы надеваете на этот вечер?
Джастин смеется, когда автомобиль поворачивает направо на Chestnut, направляясь к Ritz Carlton вниз по улице. Это в полумиле от его квартиры, но сейчас январь, и я на каблуках, а поверх короткого платья накинуто пальто.
— Ты забавная, Софи.
Что? Я же серьезно говорю. Это платье, которое я одолжила, стоит целое состояние, и его, вероятно, носили дважды, включая сегодняшний вечер. Это не имеет никакого финансового смысла.
Автомобиль заезжает под навес, закрывающий вход в отель, и моя дверь открывается, как только автомобиль подходит к полной остановке. Джастин обходит машину и открывает мне дверь.
Я не хочу быть здесь. Я не росла, посещая благотворительные мероприятия. Я выросла, собирая деньги на благотворительность, продавая шоколадные батончики или участвуя в автомойках.
— Ты ведь не оставишь меня в покое, правда? — говорю я, потуже затягивая пальто. Платье милое, если не сказать практичное. Оно белое, до колен, с V-образным вырезом спереди. Этот образ дополняют серебряные шпильки с ремешками и серьги-капли, опять же заимствованные у Мередит.
Джастин смотрит на меня, нахмурив брови.
— Не пугайся, Софи. Они просто люди, — он шепчет мне на ухо.
— Большинство из них нет, — соглашаюсь я.
— Я и не подозревал, что ты так ревнуешь, куколка, — говорит он, и в его глазах пляшут огоньки. — Если хочешь, я разрешу тебе потом расцарапать мне спину ногтями.
Я смотрю на свои ногти, обдумывая это. Мы с Мередит провели вторую половину дня в спа-салоне, готовясь. Волосы, макияж и ногти. Готовиться к этому событию было весело, и Мередит заверила меня, что я выгляжу идеально.
Пока я одевалась, Джастин попытался завязать перепихон, и я отшила его, по-моему, в первый раз за все время. Он ни в коем случае не хотел испортить мне настроение перед отъездом. Он засмеялся надо мной, когда я крикнула: — Ни за что! — а потом шлепнул меня по заднице.
Джастин отдает наши пальто в гардероб, а я стою, держа крошечный клатч. Когда Джастин возвращается ко мне, он останавливается перед парой примерно его возраста, и женщина, вроде, беременна. Я не разбираюсь в беременных женщинах, но у этой живот как у Мередит, а так на 4 месяце.
Эта женщина вся светится. На Джастина. Ее спутник пожимает Джастину руку, прежде чем он представляет их как доктора Дэвиса и его жену Сару.