Лишь тот…

Его тело затряслось в судорогах, из оскала вырывались непонятные звуки, а руки с ногами заметались в разные стороны, словно пытаясь убраться подальше от тела.
В какой-то момент он замер, изогнулся дугой и застыл, уставившись остекленелым взглядом на трупы крестьян, истекающих кровью на земле.
Ари, стоявший рядом с Нами, расслабил кулаки и молча смотрел на мёртвого дворянина.
Чёрный волосок из пальца исчез, Нами опустила руку, и глаза её начали принимать естественный цвет.
Послышался топот копыт, и спустя несколько секунд к толпе крестьян на лошадях подъехали отлучившиеся солдаты барона. За собой они тащили привязанных за ноги пытавшихся скрыться крестьян. Подъехав к согнанному народу, они остановились и молча уставились на лежащих на земле солдат.
Хлопок от резкого движения мантии, и пара коротких кинжалов устремляется к ним. Один попадает в глаз одному наезднику, а второй в шею.
— По-моему запястье вывехнул, — стряхивая руку, произнёс Руди.
Послушников молча обходит Снек и встаёт перед замершими в растерянности людьми. Он оглядел внимательно растерянные выражения лиц и сказал:
— Сегодня случилось то, чего не могло случиться, — начал клирик. — И самое главное, что вы должны уяснить — этого не было. Не было нас, не было барона, не было убитых. Никаких.
К наставнику подошёл Гош и встал рядом.
— Если кто-то из вас додумается рассказать, что тут произошло — умрет первым. Каждого из вас убьют только за то, что на ваших глазах погиб ваш господин. Каждого из нас убьют потому, что мы посмели вмешаться в дела барона на его землях.
— Может и не убьют, — хмыкнул за плечами клирика Гош.
— Наши вынесут выговор и отправят нас на годовой молебен в тёмные казематы, — покачал головой Снек. — А вот знать такое не простит. Убить тебя или меня может и не получится, но попытаются — это точно.
Гош кивнул.
— Если хотите жить — ничего не было, — повторил клирик и взглянул на паладина. — Надо… разложить тела. Сделать так, чтобы имитировать бой.
 
* * *
— Долго еще? — спросил хмурый мужчина, одетый в кожаную броню.
— Дык, за тем поворотом, господин Кьерсо, — ответил мужчина в простой холщовой рубахе.
Глава отряда обернулся и кивнул в сторону поворота дороги, проходвишей по редколесью. Всадник пришпорил коня и дал ходу.
Чем ближе они подходили к указанному месту, тем больше знаков было о том, что рядом был бой. Знаки эти были знакомы всем, более или менее видавшим воинам. На ветвях сидели вороны.
Кьерсо не спускал взгляда с всадника, посланного вперед, а когда тот доехал до поворота, он притормозил коня и оглянулся на него. Воин поднял руку и призывно махнул к себе.
— Ходу, — скомандовал глава отряда и пришпорил коня.
Весть о том, что на барона напали, пришла вчера вечером. К ним на загнанной кобыле прискакал местный мужик, передавший весть о том, что на дороге нашли разбитый отряд барона. На вопрос, был ли там барон, он ответить не смог просто потому, что барона никогда не видел.
Быстрые сборы и ускоренный марш помогли добраться до места затемно, но плохие новости были очевидны. Мужчина рассказывал о трупах на дороге и в лесу у неё.
— Единый сохрани, — прошептал Кьерсо, обнаружив за поворотом место боя.
Трупы со стрелами лежали прямо посреди дороги, некоторые имели рубленные раны, кто-то лежал без головы. На всем этом пиршестве сидело не меньше десятка воронов, которые, завидев людей, тут же ретировались.
Быстро спешившись, он принялся переворачивать один труп за другим в поисках барона. Слабая надежда, что его тут не обнаружат, быстро развеялась.
Тело барона лежало на спине рядом с лошадью, в которую вонзилось несколько стрел. Голова же его лежала ближе к канаве, изрядно обглоданная воронами.
Кьерсо подошел к телу и хмуро огляделся.
— Мис! Мис, твою за ногу!
— Господин Кьерсо? — тут же подскочил к нему невысокий мужчина без доспехов, но в плотной кожаной куртке.
— Бери кого надо и прочеши тут лес. Надо найти следы и понять, куда делись нападающие, — скомандовал глава отряда и сплюнул на землю.
— Будет сделано, господин Кьерсо.
Воин уже припустил к побратимам, но тут его окликнули.
— Мис, стой! Кто тут был, мысли есть?
Подчиненный обвёл взглядом вокруг и осторожно высказал предположения:
— Не разбойники тут были. Простите уж, господин Кьерсо, но это не они.
Под строгим взглядом командира отряда он поёжился и добавил:
— Не делают разбойники стрел таких, — пояснил он. — Древки ровные, оструганные. И перья крашеные. И еще…
Тут мужчина указал на кусты.
— Били оттуда. Били по лошадям в начале. Там и там солдат придавило конями…
Кьерсо оглядел место боя и мрачно кивнул.
— Знали, что делать. Готовились. И… ни одного трупа их нет. Всех своих забрали. Разбойники так не делают.
Глава отряда мрачно кивнул и ответил:
— Работай, надо понять, куда они сбежали…
 
* * *
— Слушай, а откуда… где ты научился так заметать следы? — спросил Руди, глядя на костер.
— Наемничий труд… иногда требовал разных навыков, — ответил Гош, сидевший напротив.
Отряд расположился на ночевку у ручья. Снек уже посапывал во сне, как и Ари с Нами, лежащие в обнимку.
— Я, если честно, предполагал, что надо будет имитировать отход, но… по реке?
— На воде следов не оставишь, — ответил паладин. — Но если они притащат мага… Тот быстро определит, что произошло.
— А они притащат? — спросил воришка.
— Не должны, — хмуро ответил паладин. — Да и магов, чтобы так быстро прибыть, в этих местах нет. Да и маг нужен непростой. Тут уметь надо со следами работать.
— Маги следы читают?
— Непростые следы. Те, которые оставляет живое тело. По хорошему это должен быть маг жизни или на крайний случай земли. Но если маг опытный, то тут любой сойдет.
— А почему земли? — нахмурился Руди. — И жизнь тут причем?
— Маг жизни может по траве, деревьям и животным определить: кто, сколько и в каком месте был там. А маг земли может через стихию узнать, где были следы, и сколько людей по ней ходили. Да, это на первых курсах не преподают. Насколько я знаю, такое вообще не показывают студентам.
— Это секрет?
— Нет, это трудоемкий процесс, который не каждому нужен. Я бы сказал… далеко не каждому.
— А в армии? Гвардия короля такое может?
— Гвардия короля может и не такое, но там тоже не каждый маг на такое способен.