Последняя тайна
– Надеюсь, он не сходит с ума. Он наш постоянный клиент!
– Перешли мне окончательный список гостей, – кивнула Анна-Роза. – Я проверю всех и поищу зацепки.
– Считай, что уже переслал.
Ноа нажал отбой и вышел посмотреть, как Джинни и другие сотрудники АРК проводят предварительный осмотр величественного особняка к юго-западу от Денвера. В списке гостей, который он отправил Анне-Розе, значились имена миллиардеров, высокопоставленных военных и влиятельных госслужащих. АРК предстояло охранять полный зал ВИП-персон, сопровождаемых их не менее агрессивными супругами. Все гости примут участие в аукционе, будут высказывать политические взгляды и мериться остроумием.
Он засмотрелся в окно, выходящее на запад. За окном полыхал красно-золотой закат. Великолепное апрельское небо, красивое и грозное, напоминало о приближении сезона пожаров. Но вместо того, чтобы обдумывать вероятность катастрофы, Ноа не сводил взгляда с Джинни. Она уверенно скользила между круглыми столиками, расставленными в центре бального зала с высоким потолком и мраморным полом. Она великолепно выглядела в черном облегающем комбинезоне и длинном черном с бежевым кашемировом жилете, под которым так удобно прятать кобуру.
Остановившись, она оглянулась через плечо, и их взгляды встретились. Ноа кивнул ей и напомнил себе: лучше ему держаться подальше от этой женщины, красивой, как закат в Скалистых горах. Еще один предвестник опасности! Из служебных романов, как правило, ничего хорошего не выходит, но в том, чтобы внимательно следить за каждым шагом новенькой, нет ничего плохого. Такая у него работа.
Он услышал сзади ворчливый голос:
– Не ожидал встретить у себя дома капитана Дженевьеву Фокс.
– Генерал Хеймаркет! – Ноа пожал руку энергичному пожилому джентльмену, устроителю сегодняшнего приема. Хеймаркет пока был в штатском: в мягких брюках и полосатой рубашке для гольфа, туго обтянувшей широкую грудь. Ноа знал, что Хеймаркет вот-вот выйдет в отставку.
– Джинни представила рекомендации от меня? – спросил генерал.
– Нет, сэр.
– Вам известно, что нас с ней кое-что объединяло?
Джинни рассказала Ноа о непростых отношениях со своим командиром.
– Надеюсь, проблем из-за этого не будет?
– С моей стороны – нет, но она меня недолюбливает. Во время нашего с ней последнего разговора она обозвала меня шовинистом и лысым павианом. Разумеется, она выражалась вполне уважительно.
– Разумеется.
– Ненавижу павианов! – Генерал нахмурился. – Она разозлилась на меня, потому что я не разрешил ей вернуться к оперативной работе. После взрыва она выглядела ужасно. Я не мог допустить, чтобы она снова пострадала, мне невыносимо было видеть, как ей больно.
– Она выздоровела, – сказал Ноа. – Вы ведь не против… м-м-м… некоторых особенностей ее состояния?
Он не собирался распространяться о нечувствительности Джинни к боли и нервном срыве. Если захочет, она сама расскажет бывшему командиру о многочисленных операциях, неустанных упражнениях и физиотерапии.
– Она прошла полный медосмотр у врача АРК и отлично сдала все тесты.
На другом конце зала Джинни задержалась у подиума, где выставили цветочные композиции. На вечере ожидалось выступление почетного гостя, Митча Мурано. Она по очереди осматривала густую зеленую листву, желтые цветы и темно-красные розы. Выпрямившись, мрачно посмотрела на маргаритки, как будто они в чем-то провинились. От цветов перешла к столам для негласного аукциона; на них выложили самые разные предметы. Потом Джинни снова посмотрела на цветочные композиции и, расправив плечи, направилась к Ноа и генералу.
Плотный, кряжистый генерал, который командовал войсками в Ираке и Афганистане, вздрогнул.
– По-вашему, она еще злится на меня?
– Генерал, неужели вы ее боитесь?
– Не позволяйте ее огромным голубым глазам вас обмануть! Малышка Джинни смертельно опасна.
– Я в курсе, – кивнул Ноа. – Прошло всего четыре дня, как она надрала мне зад.
Подойдя к ним почти вплотную, Джинни пожала генералу руку и смущенно улыбнулась:
– Рада видеть вас, сэр.
– Взаимно, – ответил генерал. – Ноа говорит, что вы теперь у него работаете.
– Да. И у меня вопрос в связи с цветами. Позвольте рассказать, что меня беспокоит.
– Только не мне. Я ни черта не смыслю в цветах и украшении зала.
– Значит, этим занималась ваша жена?
– Руби сегодня ничего не делала. Ее даже не будет на приеме.
– Мне будет ее не хватать, – призналась Джинни. – Надеюсь, она здорова?
– Здоровее некуда. Просто она не разделяет моих политических взглядов. По-моему, из Митча Мурано выйдет отличный сенатор. Руби считает его мошенником.
В чем-то Ноа готов был согласиться с женой генерала.
Генерал подал знак военному, который держал в руках дощечку с зажимом.
– Вы ведь помните капитана Дина Слокама? Это он заказывал еду и украшения для сегодняшнего вечера.
Слокам быстро зашагал к ним. Его форма была свежей и наглаженной. И сам он как будто весь сиял; коротко стриженные светлые волосы напоминали платиновую шапочку. Он выглядел почти альбиносом. В толпе суетящихся официантов и поставщиков провизии, которые что-то поправляли в последнюю минуту, Слокам казался на своем месте. Он долго был правой рукой генерала и преуспел в своей работе.
Высокомерная улыбка была не единственной причиной, почему капитан не нравился Ноа.
Пожав Слокаму руку, он представил ему Джинни.
– Мы знакомы, – холодно заявила она.
– Я знаю Джинни много лет, – ответил Слокам не менее ледяным тоном. – Она настоящая героиня, награждена медалью «Пурпурное сердце».
Генерал обратился к капитану:
– У Джинни вопрос насчет цветов. Я посоветовал ей спросить о них вас.
– Пожалуйста.
– Вы беседуйте. Джинни, надеюсь, мы с вами пообщаемся позже. – Генерал сделал шаг назад. – А сейчас поднимусь-ка я наверх – пора переодеваться.
– Передавайте привет Руби, – с улыбкой ответила Джинни. Улыбка исчезла, когда она развернулась к Слокаму. – Когда заказывал цветы, ты оговаривал особо их вид и цвет?
– Нет. – После ухода генерала Слокам перестал скрывать враждебность. Светло-голубые глаза на бесцветном лице превратились в щелочки. – Объяснил, что цветы нужны для благотворительного вечера; дал указания насчет размера и количества букетов. Флорист пришел в восторг, когда я упомянул Митча Мурано. Он – знаменитость. Надеюсь, приведет с собой свою подружку-супермодель. Ты ее видела?
– Понятия не имею, кто она и как выглядит, – буркнула Джинни.
– Ну, конечно! Судя по всему, модой ты не интересуешься. Тогда ответь еще на один вопрос: какого черта ты сейчас мутишь воду?