Клетка для соловья (СИ)
Возражать Софье Иккон, когда за ее спиной стоит мрачный муж никто не посмел. Да и зачем? Клеточка там точно будет, как за каменной стеной.
Между тем Соне действительно надоело наблюдать за тем, что творят мужчины. Она привезла Секлетинью к себе домой, усадила в кресло на веранде и спросила:
– Тебе не надоело всего бояться?
– Бояться? – девушка передернула плечами, – Надоело!
– Стрелять умеешь?
– Нет!
– Тогда идем!
Оказалось, в доме Икконов есть тир! Самый настоящий! Софья показала Секлетинье самые разные опасные железки. Пистолеты, винтовки, парочку карабинов, и даже что-то многоствольное, и громоздкое. Разрешила трогать, щелкать и крутить, как угодно. Потом объяснила:
– Оружие не заряжено и не имеет кое-каких важных деталей. В доме дети, поэтому правила безопасности все знают как «Отче наш». И если хочешь научиться со всем этим обращаться – тебе придется их выучить.
Секлетинья не возражала. Ей неожиданно понравился запах железа, ружейной смазки и пороха. Сначала она учила общие правила безопасности для тира. Потом – собирать, разбирать и чистить пистолет. Потом винтовку «мелкашку». Затем более сложные модели.
Иккон нашел жену и гостью перемазанными в масле, но смеяться не стал. Глянул пристально и посоветовал:
– Ножи попробуйте, девочка легкая, ствол не удержит долго.
Софья кивнула и отправила Секлетинью в душ. Целую неделю Клеточка жила у Икконов и тренировала руки – держала на вытянутой руке то утюг, то настоящий пистолет, добиваясь правильной стойки. Потом ей позволили пострелять. Грохот выстрелов, пороховая гарь и неровные мелкие дырочки на мишени внезапно вдохновили дочь Финна так, что она стреляла и целилась даже во сне.
Всю следующую неделю она училась правильно целиться – учитывать траекторию пули, делать поправку на движение воздуха и прочие факторы. К удивлению учительницы, у Клеточки получалось неплохо.
– Снайпером не станешь, а вот стрелком – вполне! – шутила она.
Выходя из тира девушки шли в тренировочный зал. Там была целая стена из пробки, разрисованная мишенями. И ножи – самые разные. От крохотного «специального» до обычного кухонного.
– Профессионал может и кисточку в глаз противнику воткнуть, а дилетанту надо уметь хотя бы нож правильно кинуть, – объяснял Секлетинье Евгений Иккон, загоняя в мишень разом нож, топорик, и пилочку жены.
А еще через три дня за Клеточкой приехал отец. Уверил, что все проблемы решены, и его девочка вновь может играть на фортепьяно, посещать танцкласс, и вышивать крестиком. Да только Клеточка прищурилась и уточнила:
– Папа, а у тебя в доме есть тир?
Глава 18
Экзамены сданы, результаты объявлены, баллов на поступление хватает… В жизни Секлетиньи наступило некое безвременье. Уже не школьница, еще не студентка. До появления отца, она планировала провести лето у моря – они с бабулей нередко ездили в гости к ее старым знакомым и дальним родственникам. Но в этом году ее настоятельно попросили посидеть дома. Впрочем – развлечений ей хватало. Стрельба из пистолета, метание ножей, отец, поразмыслив добавил стрельбу из лука, а Горецкий на полном серьезе посоветовал тренироваться вместе с телохранительницей. Просто для уверенности в своих силах.
Так что утро «домашней девочки» начиналось с пробежки и бассейна. Потом душ, легкий завтрак, и тир. Надышавшись порохом – на спортплощадку, дышать свежим воздухом и глотать песок под ногами Арины, так звали ее личную охранницу. После тренировки снова душ, и обед. Жару пережидали в доме. Вот тут можно было подремать, почитать, или полазить по сети. Когда жара спадала – снова тир, только на этот раз ножи и лук. Вечером, если оставалось время до ужина, Арина учила Клеточку водить машину пока по широкой дорожке, окружающей сад.
Благодаря грамотно распределенным нагрузкам, разумному питанию и вниманию наставников, прежнее воздушное создание за два месяца превратилось в «шкатулку с секретом». Внешне Секлетинья почти не изменилась, разве что плечи стали чуть крепче, да взгляд решительнее. Но теперь она даже двигалась иначе.
На день рождения в середине августа в особняк приехали Икконы и Горецкий. Софья обрадовалась, увидев, как изменилась Клеточка, Иккон одобрительно хмыкнул и показал Марку большой палец, а вот Горецкий – задумался. Он подарил дочери друга небольшой арбалет. Соня посоветовала. Сами Икконы преподнесли имениннице интересную игрушку – широкий бархатный пояс, щедро расшитый золотыми и серебряными нитями. Вещичка напоминала корсажи от национальных костюмов, и вполне уместно смотрелась с белой блузкой и джинсами или темной юбкой. Но ее секрет был не в этом. Расшитый бархат служил маскирующим чехлом для дюжины метательных ножей и стрелок.
– Медицинская сталь, – с легкой улыбкой презентовала подарок Софья, – за счет шитья на сканерах будет выглядеть как украшение. Главное не бросай – может звякнуть. Ну и тяжелый он, если будешь носить, учитывай!
Клеточка от души поблагодарила, и сразу примерила подарок. Плотная основа из кожи действительно легла на талию непривычной тяжестью, зато смотрелся подарок необычно и красиво. А уж сами ножи…
В общем забыв о накрытом столе хозяева и гости отправились в тир, чтобы от души испытать новое оружие. Горецкий опять не мог отвести глаз от именинницы, так что Софья даже наступила ему на ногу и шепнула:
– Аккуратнее, братец. Финн уже подозрительно на тебя коситься!
Антон потупился, и действительно перестал глазеть на девчонку. Вместо этого завел разговор с тещей Марка. Маргарита Александровна посетовала на занятость внучки, одобрила поступление на филологический факультет, а после увлекла Соловья болтовней об особенностях байкерской культуры. Горецкий и сам не заметил, как рассказал о себе много личного или лишнего. Как посмотреть.
Когда спустилась ночь, и гости разъехались, Клеточка вышла в сад. Ей почему-то не спалось, не смотря на усталость. Бабушка сидела на скамеечке недалеко от веранды, и любовалась крупными августовскими звездами.
– Бабуль? Ты чего не спишь? – девушка присела на краешек и тоже уставилась в небо.
– Да так, поболтала сегодня с твоим Соловьем…
Клеточка вскинулась:
– И вовсе он не мой!
– Ну пока может и не твой, – рассудительно заметила Маргарита Александровна, чтобы не тревожить внучку.
Ее жизненный опыт не просто шептал – вопил в самое ухо, что ни одна романтичная барышня не устоит после таких приключений. А еще мотоцикл, брутальная внешность и несомненный интеллект мужчины не оставлял Секлетинье шансов. А первая любовь она такая. Жесткая и жестокая, испытывающая на прочность. Правда и Горецкий слегка увлечен. Но взрослый мужчина с определенным опытом не будет нырять в чувства с головой.
Помолчав под звездным небом, бабушка и внучка разошлись. А через две недели Секлетинья отправилась на первую лекцию в институт.
Конечно, огромные здания полные ярких, шумных ровесников Клеточку ошеломили. Она так погрузилась в учебу, что не сразу поняла – ей чего-то не хватает. А когда осознала, пошла с вопросом к бабуле:
– Ба, куда делся Антон Горецкий?
– А ты не слышала? – удивилась Маргарита Александровна, – Марк отправил его с проверкой по филиалам. До самого нового года, говорят.
– Понятно, – покивала Секлетинья. И больше вопросов не задавала.
Между тем вместе с учебным годом начался театральный сезон, и Маргарита Александровна напомнила внучке о городской светской жизни. Софья тоже намекнула, что девушке ее возраста и положения пора посетить несколько официальных мероприятий:
– До официального приема, лучше всюду появляться с отцом, или с бабушкой, – наставляла она будущую звезду сезона. – Если кто-то попытается тебя куда-то увести, или что-то предложит – не стесняйся, бей в пах. Это самый доходчивый ответ в любой ситуации.
Клеточка хихикала, но запоминала. А еще Софья, ненавязчиво курирующая внедрение дочери Финна в местное общество, организовала для Секлетиньи фотосессию у модного фотографа, потом провела по магазинам, чтобы освежить гардероб, и наконец посоветовала посетить стрелковый клуб, расположенный на окраине города.