Время бусово (СИ)

Не оставил своими заботами князь и волхва Златогора. Уделив большое внимание расширению собранию книг, или по-гречески, биб-лиотеки, собираемой волхвом Златогором всю свою жизнь (особенно много книг было привезено волхвом из последней его поездки в составе посольства русколанского князя в Римскую империю и в град Визан-тий), Бус назначил его на должность главного хранителя библиотеки и книг. А в качестве добровольных помощников направил в помощь ему и в обучение книжной премудрости сына Бояна вместе с дядькой Сколо-том, а также еще двух-трех отроков из друзей сына. «Учись, сын! Луч-шего учителя, чем волхв Златогор, в Русколани больше не сыскать, — напутствовал он Бояна. — Мы со Златом также у него учились и никогда не жалели о том. Весьма премудр наш волхв». — «А Злат? — по-детски наивно спросил Боян. — Злат-то как?»
Присутствующий при беседе отца с сыном дядька Сколот, услы-шав столь щекотливый вопрос из уст своего питомца, было предостере-гающе поднял руку: праздный вопрос, не достоин ответа. Но князь от-ветил: «Злат — знающий и ведающий, а мудрым ему еще предстоит с годами стать, когда время вот так же, как у Златогора, посеребрит ему волосы и покроет лицо морщинами. Мой отец у него учился, не считал зазорным, потом я обучался, теперь твой черед настает».
Дорог, подобных тем, что были построены в Римской империи: выложенных булыжником, размеченных по всему пути мильными стол-бами, дающими представление о расстоянии, как уже пройденном, так и том, которое предстоит пройти, которые своими глазами видел Бус при посещении империи, как ни хотелось того, создать не удалось — не было людей на строительство. Ведь в Римской империи дороги строили рабы, а Русколань рабства принципиально не признавала. Да и особой нужды в дорогах, подобных римским, если по совести, не было. В степи, куда ни поскачи — везде дорога. Хотя с другой стороны, о римских дорогах можно было только мечтать. Каждая имперская или же государственная дорога не только в самом Риме, но и в отдаленных провинциях пред-ставляла чудо современной мысли и трудовой деятельности человека, как того, который ее спроектировал, так и того, кто построил. Полотно дороги при необходимости выравнивалось, по обеим сторонам в обяза-тельном порядке снабжалось канавами-водотводами, чтобы не допус-кать луж и грязи на поверхности. Булыжник не просто укладывался на место, где должна была лечь дорога, а на подушку из слоя песка и галь-ки, мелкого щебня, чтобы не проседать под тяжестью или же во время дождей и снегопадов, а также во время весеннего таяния снегов. Шири-на этой дороги была такой, что позволяла свободно размежеваться двум встречным каретам, телегам или возам, причем, она со временем не ос-тавалась постоянной, а расширялась и расширялась, обеспечивая все большую и большую пропускную способность. Для удобства путников, как уже говорилось, имперские дороги тщательно размечались мильны-ми столбами. И не просто столбами, а специальными камнями, имею-щими определенные и одинаковые размеры: высоту, диаметр, конфигу-рацию. Мильные столбы были цилиндрические по форме и устанавли-вались на квадратных постаментах-основаниях. За порядком установле-ния, сохранностью, содержанием этих столбов следили специальные лица из муниципального или же центурионского состава — бенефициа-рии. Также следует отметить, что каждый мильный столб-камень при его установке снабжался очередной порядковой цифрой, а также име-нем, титулом и годом начала правления того императора, при котором он, столб, был установлен. Кроме того, на этот дорожный указатель на-носилось еще и расстояние до ближайшего города. Через каждые двена-дцать мильных столбов на имперских дорогах предполагалось наличие почтовых станций, на которых можно было сменить лошадей, добыть пропитание или же подкрепиться горячей пищей, а между двумя стан-циями должна была находиться харчевня или же постоялый двор, где путники имели возможность уже отдохнуть сами. Так официально предполагалось, но не всегда на деле исполнялось. Порой станции на-ходились чуть далее друг от друга, чем приписывалось, а постоялые дворы могли быть и чаще. Все зависело от населенности той местности, через которую пролегала имперская дорога.
Бусу таких дорог в Русколани построить не удалось, зато регуляр-ную связь между ближними и дальними городами, включая Голунь, Во-ронежец и Курск, он с помощью верховых вестовых наладил, обязав местных старейшин и князей, где уговорами, а где и силой, содержать в своих градах и весях постоялые дворы для смены лошадей вестовым. Он вменил в их обязанность также кормление и оказание помощи с ночлегом княжеским посыльным или же дружинникам, если в том воз-никнет необходимость. Причем, за отдельную плату, которую эти лица были обязаны уплатить хозяину корчмы или постоялого двора.
Бус не раз вспоминал свой поход по землям славян, и как приходи-лось мучиться, преодолевая реки, овраги, буераки, трясины и лесные чащобы. По его приказу через неширокие и не очень глубокие реки и речки, протекающие близ городов и городищ, сел и огнищ, для больших удобств путников или торговых гостей были наведены прочные дере-вянные мосты, а на тех реках, где мосты построить было затруднитель-но или вообще невозможно из-за их ширины, организованы паромные переправы. В заболоченных местах проложены гати, сделаны просеки как для прохождения пеших или конных путешественников, так и для прохождения грузных телег и возов.
Старейшины родов, на плечи которых легли тяготы этого введения русколанского князя, а, значит, и заботы, которыми они не хотели себя обременять, сначала зароптали, но, обнаружив вскоре прямую выгоду от этого дела: обновились и улучшились связи между городами и веся-ми, активизировались торговые отношения, стали развиваться ремесла — сами с удовольствием взялись за него.
Вместе с этим русколанский князь упорядочил на территории сво-их земель хождение иноземных денег, как золотых, так и серебряных монет, введя собственную денежную единицы — гривну. Торговые от-ношения с соседями: греками и римлянами, с персами и армянами, а также с каждым годом крепнувшие связи с китайскими купцами, за-ключившими договор об охране их караванов на пути следования по русколанскому порубежью, способствовали тому, что на территории славянских земель большое хождение получили сестерции и солиды, дирхемы и драхмы, динары и динарии. Как серебряные, так и золотые. Причем, в большинстве случаев в золотых монетах, в том числе и рим-ских, чистого золота было не так много. Все больше и больше растущие потребности заставляли властителей прибегать к различным хитростям в обеспечении собственной казны, что привело к тому, что, вместо зо-лотого литья, все чаще и чаще использовались смеси золота и серебра. И с каждым разом часть серебра в золотых монетах все больше и боль-ше увеличивалась. Оттого все чаще и чаще возникали непонимания и недоразумения при расчетах за приобретенный товар. Требовалось как-то это упорядочить. Вот и появились в свет гривны: золотая и серебря-ная. Золотая гривна в торговых делах, как правило, не участвовала, она все больше выполняла роль княжеского символа власти, богатства и достатка, чем денежной единицы. Князь Бус мог такой гривной награ-дить кого-то из своих соплеменников за воинские подвиги, выделив тем самым его из числа остальных. Мог подарить иноземному послу или властителю. Серебряная же гривна была настоящей денежной единицей и состояла из полуфунта, а то и фунта серебра. Полуфунтовая гривна равнялась пятидесяти кунам — полностью выделанным куньим шкуркам, или стольким же дирхемам и сестерциям. Куна в свою очередь стоила двадцать векш — выделанных беличьих шкурок.
Мирные годы позволили Бусу усовершенствовать систему судов на всей территории Русколани, ввести систему штрафов-вир не только за незначительные проступки, но и за смерть сородича при отсутствии умысла на убийство у виновного лица. Ранее, согласно традициям и За-вету Отца Ария, за это наказание было одно — смерть. Скорая или же мученическая. В зависимости от того, была ли вина умышленной, или все случилось по недомыслию, по неосторожности. Этого же требовали не только все больше и больше расширяющиеся и крепнущие торговые отношения и связи с соседними государствами и народами, но и внутри самой Русколани.