Дороги Пламенных (СИ)

— Ты, вообще, спишь? Или вы все перешли на эльфийский режим дня?! Какого змея посреди ночи я должен пытаться до тебя достучаться? Мне на службу завтра!
Райга миролюбиво ответила:
— Добрый вечер, Хунта. Может, если ты так торопишься спать, перейдем сразу к делу?
Ищейка проворчал:
— Ладно. До меня дошел слух, что ты запросила у гномов кое-что интересное в обмен на одну услугу.
Райга тут же напряглась и спросила:
— Ну и что?
— Гномы тебе скоро все принесут, — вкрадчиво ответил ищейка. — За исключением одного важного листочка.
— Откуда ты знаешь?
— У меня свои источники. Если этот листочек тебя заинтересует, могу его достать в обмен на одну услугу.
Девушке казалось, что сложившейся ситуацией Серый очень доволен. Она настороженно спросила:
— Какую?
— Узнаешь, если согласишься.
Райга недовольно сказала:
— У тебя есть мое обещание. Если тебе что-то нужно, может, воспользуешься им?
— Нет уж, — самодовольно сказал ищейка. — Такими вещами я не разбрасываюсь. Так что, нужен тебе то листок, или нет?
— Подумаю, — сказала Райга и отложила артефакт в сторону.
То, что происходило, ей решительно не нравилось. Какое-то время она крутила в голове слова ищейки так и этак, но ничего не придумала. Она не сомневалась, что если Хунта пытается шантажировать ее листком, который утаили гномы, в нем содержится что-то очень важное. Оставалось понять, насколько.
Гномы не обманули. В пятницу днем магистр Дарху передал Райге зашитый в кожу пакет с документами. В субботу утром Райтон застал ее за изучением бумаг.
— Нашла что-нибудь? — спросил принц.
— И да, и нет, — вздохнула Райга. — Легенды о Бегроторе весьма… интересны. Но я все еще не знаю, как нам попасть туда.
— И чем же они так интересны? — раздался от дверей голос наставника. 
Райга обернулась. Эльф вошел в комнату, сел рядом с ней и настойчиво повторил:
— Ну, так что же такого интересного ты нашла в этих летописях? 
— Вы знали, что гномы забросили его в год, в котором закончилась война Светлых и Темных эльфов? — серьезно спросила его ученица. — Это снова возвращает нас к тому, что Ллавен прав. И наш враг — темный эльф.
Магистр бросил на нее холодный взгляд и покачал головой.
— Я думаю, что это не совсем так. Алый Жар не мог дожить до наших времен, мой дед сжег его. Но я поднял летописи и обнаружил кое-что занимательное.
— И что же?
— В одном из городов на границе как раз в это время родился мальчик с заостренными ушами. Никто из эльфов не признал себя отцом, хотя для нашего народа немыслимо оставлять полукровок вне брака. И еще более немыслимо — не признать родную кровь. Говорят, юноша страдал лунной болезнью. С возрастом он начал сходить с ума. А в восемнадцать лет убил свою мать и скрылся. С тех пор больше его никто не видел.
— Лунная болезнь — признак темной магии эльфов? — спросил Райтон.
Магистр Лин подтвердил:
— Один из признаков. Как и сумасшествие. Но здесь есть нестыковки. Полукровки почти не наследуют эльфийскую магию и не живут больше трехсот лет. И даже если допустить, что произошло чудо, и магия Алого Жара перешла к его сыну, мальчишка не должен был столько прожить. Ему негде было брать кровь светлых. Он должен был сойти с ума и умереть. 
— Возможно, он тоже успел оставить потомков? — задумчиво сказал Райтон.
— Нельзя исключать такую возможность. Но это уже не полуэльфы, а на четверть эльфы. О передаче магии не может быть и речи. И проживут они уже лет сто пятьдесят, ну, в лучшем случае, двести. И в каждом поколении эльфийская кровь, какой бы сильной она ни была, будет ослабевать.
Несколько минут комнате царило молчание. Каждый думал о своем. А затем Райга осторожно спросила:
— А если наоборот?
— Что наоборот? — не понял наставник.
— Если допустить, что этот сумасшедший сын Алого Жара, к которому перешла магия отца, женился не на человеке, а на эльфийке? На светлой эльфийке. И ее кровь помогла ему не сойти с ума и передать силу своему сыну. Магия усилилась бы или ослабела?
Магистр Лин несколько мгновений удивленно хлопал ресницами, а затем отвел взгляд и признался:
 
— Я не знаю. Не было таких случаев за всю историю нашего рода, чтобы полуэльф женился на эльфийке. По логике — да, эльфийская магия усилилась бы. Но я не слышал о таком. А все брачные союзы записаны в летопись.
— Все добровольные союзы, — поправила его Райга. — Я не имела в виду брак по любви. Он мог похитить эльфийку против ее воли. Может быть, в том поколении были какие-то странные исчезновения? Невесту никто не терял? 
Эльф долго молчал. Наконец, он медленно произнес:
— То, что ты говоришь сейчас — совершенно дико для нашего рода. Впрочем, зная, что тебя хотели отдать Рэуто, я не удивлен, что такие идеи приходят тебе в голову. Хорошо. Я буду искать в летописях. Это невероятно, но откуда-то же этот темный взялся!
  
Глава 37. Кража
 
Райга сидела на постели и мрачно смотрела на шкатулку, которая лежала перед ней. Хватило одного дня, чтобы понять, чего не хватает в копии, которую передали гномы. Они утаили от нее самое главное — карту Бегротора. И теперь девушку грызли сомнения. 
Дать понять Сиду, что ей нужна карта — значит, расписаться в том, что они собираются туда отправиться. Как воспользуется этой информацией ищейка? Большой вопрос. Не найти искомого на карте и пойти ради нее на сделку с Сидом — тоже досадно. Райга провела в этих сомнениях три дня, но все еще не могла принять решение.
Наконец, она нерешительно открыла шкатулку и осторожно сжала в ладонях красный камешек. 
Хунта откликнулся сразу. В голове зазвучал его веселый голос:
— Что, решилась?
Девушка осторожно сказала:
— Допустим. Что ты хочешь получить взамен?
— Мне пришлось понести определенные… издержки, чтобы заполучить то, что тебе нужно. Так что цена будет соответствующей. Достань мне одну мелочь из класса Великого герцога Ичби.
Райга напряженно спросила:
— Какую?
— Твой темный друг наверняка ее видел. Пузырек из темного стекла, с золотистой крышкой и гербом, на котором изображены дерущиеся вороны.
В голосе девушки прозвучало подозрение:
— И зачем он тебе?
Ищейка снисходительно ответил:
— А вот это, дорогая Райга, тебе знать совершенно не нужно. Как только достанешь его — выйди за ворота замка и вызови меня по амулету. Я тут же заберу эту милую безделушку, передам тебе листок, и мы будем в расчете.
— Ты просишь слишком много. 
— Судя по тому, что ты связалась со мной — бумажка тебе очень нужна. Так что, дело того стоит. 
Райга попыталась возразить:
— Я могу сдать тебя наставнику…
— А я — еще много чего интересного слить мастеру Алси, — заверил ее Хунта. — Так что давай без торга и угроз. Нам обоим есть что терять, и нужно сосредоточиться на взаимной выгоде.
Камень погас, и Райга в задумчивости вернула его в шкатулку. 
Сначала она хотела посвятить в свой план только Мирана, но быстро отказалась от этой идеи. Следующим вечером, после тренировок, Райга решительно постучала в комнату парней. 
Ей показалось что они о чем-то спорили. Миран мрачно смотрел на принца, а в раскосых глазах Райтона притаилась печаль. Ллавен сидел на подоконнике и переводил напряженный взгляд с одного на другого. 
— Что такое? — тут же спросила Райга.
— Все в порядке, — отмахнулся принц.
— Да, в порядке, — эхом откликнулся Миран. 
Ллавен взглянул на нее и спросил:
— Что-то случилось?
Райга плотно закрыла дверь и покачала головой. Затем опустилась на постель рядом с принцем и призналась:
— У нас проблемы.
И коротко пересказала свой разговор с Сидом. Миран задумчиво сказал:
— Склянка… Есть такая склянка у Ичби. Она на виду стоит, в учебном классе.
— И брать ее — опасно, — возразил Ллавен. — Он обязательно обнаружит пропажу и поймет, что это сделал кто-то из адептов.