Слесарь 5 (СИ)

Богато жили господа маги, библиотека личная очень впечатляет.
Шестой этаж тоже закрыт, процедура повторяется и теперь Маги поступают осторожно, осматривают покои через то же зеркало, сначала один, потом другой. Но поставленные запоры и ловушки исчерпались за двенадцать лет, хоть и привязаны к невероятной толщины магнитному камню, заканчивающемуся огромным столом, из которого толстенная колонна все так же уходит наверх, на последний этаж.
Да, энергии необъятное количество в наличии, но, без управляющих заклятий и умений ничего не работает, подновлять такие хитроумные ловушки необходимо пару раз год, как поясняют мне мои спутники.
Они, отправляют мужиков вниз, поднимаются по ступенькам и осматриваются в комнате, я следом за ними ступаю с лестницы на пол комнаты и тоже стою, потрясенный.
Круглое помещение по всей длине стен обшито красивым деревом, на потолке высотой в четыре метра висят пара огромных люстр, похожих на хрустальные. Две огромные кровати заняты тремя скелетами в женских платьях, вернее сказать, остатках платьев. Скелеты лежат по стойке смирно, вытянув кости рук вдоль тела, все на спине и похоже, что такая поза свидетельствует о наступившей смерти в беспамятстве или они были убиты заранее.
— Похоже, у Мага был свой гарем или это его жена и дочери. Только, где же он сам? — вырывается у меня фраза, и я умолкаю.
Как-то глупо она звучит в такой момент, когда наследники магического умения через двенадцать лет пришли познакомиться с оставленным ничьим наследством.
Ничьим, но, потрясающе огромным.
— Наверняка, мы все узнаем, когда поднимемся наверх, — кивает на деревянную лестницу на кирпичных опорах Фатих. Она притаилась в углу огромной комнаты и пара шкафов и гардеробная с множеством платьев и нарядов, упавших с вешалок, устилают пол в ней, отвлекая внимание от скромной лестницы.
Нетерпение в моих спутниках чувствуется уже очень сильно, они обходят, не обращая больше внимания на останки умерших здесь людей, кровати. Идут прямо по платьям и остановившись около лестницы, неотрывно смотря на закрытый люк, которым лестница заканчивается.
В руке у Торма солидный топор, которым мы рубили деревья перед повозкой, он поднимается к люку, оставив свой факел Фатиху и с силой бьет по люку. Люк дрожит, но, не поддается, удары сыпятся один за другим. Но неудобная позиция и невозможность хорошо размахнуться, не дают ему выбить тяжелый и еще крепкий массив дерева.
Утомившись, он передает топор Фатиху и теперь уже мой Учитель обрушивает удары на преграду. Преграду, мешающую добраться до того самого, что перевернет мир и подчинит его власти Магов, личной власти моих попутчиков.
Судя по торопливости и странности поведения обычно спокойных и разумных людей, то есть, нет, конечно, нелюдей-Магов, по их прикидкам, это самое лежит наверху, и крыша у них от этого знания стремительно улетает. Они сменяют друг друга и лупят по люку, которому хоть бы хны, оба уже красные и мокрые. Но позвать меня на помощь у них даже мысли не возникает, они даже не замечают моего присутствия, находясь всеми мыслями по ту сторону преграды.
Длится это буйство уже полчаса, когда мне надоедает ждать. Мысли что-то изменить прямо сейчас, пока они так заняты борьбой с люком, у меня появляются. Но, я не могу решиться на это, плана у меня нет, а придумать смертельный экспромт у меня не получается. Оружия тоже у меня с собой нет, вступать в магический поединок в относительно небольшом помещении с двумя умелыми Магами, настроенными крайне решительно, не хочется. Кажется, стоит подойти мне к ним вплотную, и они сразу нападут, без предупреждений. Такое помешательство я вижу у них в глазах.
Я даже не знаю, что они ищут и хочу увидеть сначала то, зачем они сюда пришли, чтобы понять, что мне делать. Хотя и боюсь, что тогда будет поздно.
Со своим факелом в руке я спускаюсь по темным лестницам между этажами Башни и нахожу застывших в ожидании людей и одного Слугу на втором этаже. Повар варит что-то в котле, я сглатываю слюну и говорю:
 
— Двое, возьмите бревно на первом этаже и идите за мной.
Свечу факелом им вниз и жду, пока они поднимутся наверх с увесистым бревном, потом сопровождаю наверх, навстречу частым ударам, иногда перестающим нарушать покой мертвых. Когда выбившиеся из сил Маги передают топор друг другу. Их тупость и упорство начинают пугать даже меня, что же говорить про обычных людей.
Затаскиваем бревно наверх и отвлекаем упарившихся Магов от такого захватывающего для них процесса. Появление своих людей заставляет их успокоиться и отойти в сторону от лестницы, как только они замечают бревно. На простых людей реакция спокойная, тем более, своих слуг.
Несколько минут возни с бревном, от увесистых ударов люк поддается и еще через пару ударов отлетает наверх и падает с грохотом. Оба мага отталкивают мужиков и, подхватив факелы, взлетают стрелой по лестнице, скрываясь на верхнем этаже.
Несколько секунд ожидания и счастливый крик, сначала Фатиха, потом Торма, говорит о том, что они нашли, то, что так искали.
  
Глава 18 ШАР СЧАСТЬЯ И ПОГОНЯ
 
Радость в голосах меняется настоящим счастьем, похоже, что нашли искомое. И теперь еще удостоверились, что это то самое, о чем неясно намекали в коллективном общении.
Я решаю подняться, но, на всякий случай, остаюсь стоять около люка, не пытаясь приблизиться к попутчикам. Они вдвоем навалились грудью на край магического стола необъятных размеров, протянули руки вперед и что-то держат в них. держат, и очень счастливы, судя по голосам.
Отсюда мне не видно, что именно привело в восторг моих спутников, но, я не тороплюсь приближаться. Настоящее счастье в голосах Магов говорит, что они находятся в крайне возбужденном состоянии и способны внезапно показать истинное отношение ко мне. Каким оно будет, я не знаю. Не хочу так рисковать.
Поэтому смирно стою и жду, пока Маги успокоятся и придут в себя.
Пока оглядываю помещение с трехметровым потолком, на котором так же повешены две большие люстры, похожие на хрустальные. Стены так же обшиты деревом и затянуты тканью ярких, когда то, цветов. Теперь она побуревшая и покрыта пылью и грязью за двенадцать прошедших лет, еще и разошлась кое-где, обнажая дерево.
Причина этого — не до конца закрытое окно, обе ставни в котором распахнуты на половину и сейчас, от ночного ветра на большой высоте, покачиваются в такт. Как привыкли за много времени, с тех пор, как лежащий около окна скелет хозяина башни, распахнул их в последнем усилии. Хотя, может, и не в последнем, просто долго любовался красивой картиной, чувствуя, как умирает. За окном темно и ветрено, в комнате очень холодно и, подумав, я подхожу к нему и прикрываю разбухшие ставни, как могу плотно, стараясь не наступить на останки прежнего владельца этой огромной недвижимости с потрясающим видом на, иногда, действующий вулкан. Ставни со скрипом глубоко влезают в рамы и отсекают звуки за пределами помещения, зато Маги немного приходят в себя и смотрят в мою сторону, по-прежнему не убирая руки с какого-то предмета в центре стола.
Сначала в глазах я вижу непонимание того, кто я такой и как посмел нарушить это сказочное состояние счастья и восторга. Но, вскоре они приходят в себя, продолжая вопросительно смотреть в мою сторону.
— Господа Маги, вас можно поздравить? — я перехожу на «вы», чтобы подчеркнуть торжественность момента и добавляю, — И всех нас, Магов, тоже можно? Поздравить?
Мой голос разрывает атмосферу счастья, хотя, нет, ее порвал скрип ставней и уже добило мое обращение.
Маги приходят в себя, поднимаются от стола, и я вижу пару секунд, лежащий на столе, светящийся изнутри, как будто, стеклянный или хрустальный шар, размером примерно в пятнадцать или четырнадцать сантиметров. Фатих накидывает на него какой-то мешок и шар пропадает из поля моего зрения, пока Торм помогает ему, приподнимая сам шар и протаскивая под ним горловину мешка.
Они не отвечают и не обращают внимания на мои слова, занятые самым важным делом в своей жизни, как я понимаю.