Музыка страсти

– Что вы имеете в виду?
– А то, что ей, например, рассказали, кто такая Лалла Хантер.
– Я?
– Да. Прежде чем Джейн была представлена Грею Четвину, она уже знала, что его оставила своенравная, упрямая и независимая особа, ныне живущая в Париже. – Касси крутила в пальцах длинные локоны. – И что, вы думаете, предприняла наша «бедная девушка»?
– Попробую отгадать. Наверно, старалась играть роль моей полной противоположности – этакого робкого, слабого существа, нуждающегося в постоянной опеке.
– Вот-вот. – Касси понимающе улыбнулась. – Простушка оказалась не так наивна. Придуманная ею кротость характера сыграла на руку Грею Четвину. Он сделал ей предложение, и она, естественно, приняла его.
– Что-то я не понимаю, – сказала Лалла. – Пусть она заполучила Грея в мужья, скрыв истинную подоплеку, но почему она превратила его жизнь в ад? Почему решила бежать с Роллинзом?
– Наверное, просто хотела быть любимой. Впрочем, как и любая женщина, – вздохнула Касси. – Думаю, Джейн хотела доказать себе, что отвечает требованиям такого привлекательного джентльмена, как мистер Четвин, и может составить ему достойную партию. Но в семейной жизни ее ждало разочарование. Оказалось, все это время Грей не переставал любить другую женщину, и она решилась на возмездие – лучше уж синица в руке – и доверилась человеку, который действительно любил ее.
– Эллиоту Роллинзу.
– Мне жаль Джейн, – произнесла Касси печально. – Она была такой… такой… да никакой. А ведь из кожи вон лезла, чтобы ослепить, покорить, заставить говорить о себе в свете. Увы, ничего у нее не получилось.
– Нет, она добилась своего, в определенном смысле. Ни Грей, ни я уже никогда о ней не забудем.
Обе женщины замолчали, прислушиваясь к гулу океана. На небе появились белые облачка, задул ветер, и все потемнело.
Лалла посмотрела на сгущавшиеся тучи и почувствовала какую-то неясную тревогу.
– Касси, вы знаете, кто мог бы желать смерти Джейн?
– Боюсь, нет.
– Не думаете ли вы, что это мог сделать Грей?
Несколько секунд Кассандра Гейт изучала свои пальцы, мирно лежавшие на коленях.
– Об этом многие говорят. Подозрения начались с той самой ночи.
– Так вы были там? – Лалла удивленно раскрыла глаза.
– Конечно.
– Великолепно! Скажите, вы помните, Грей покидал залу хотя бы на некоторое время?
– Дорогая моя, каждый из нас на время оставлял залу. Поначалу Джейн была с гостями, и все заметили, что она в ужасно подавленном настроении. Грей был крайне недоволен чем-то и отвел ее в дальний угол для беседы. Не знаю, о чем они говорили, но, судя по выражению лиц и темпераментным жестам, разговор был не из приятных. А вскоре Джейн исчезла.
– Наверное, это и был час, назначенный для встречи с Эллиотом, – предположила Лалла.
– Должна сказать, что перед обедом исчезли они все.
– Кто все?
– Я имею в виду Джейн, Грея, Дейзи и Тодда. Они вдруг оставили гостей. Кое-кто просто обратил внимание, что хозяева неожиданно куда-то исчезли. А потом появился Грей, разыскивавший свою жену. Гости бросились на поиски. Чем все кончилось – вы и сами знаете.
– Да, – задумчиво произнесла Лалла, отвлеченная шумом ребятишек Гейтов, катавшихся на пони. Вскоре они исчезли из виду за холмом, и она снова повернулась к Касси: – Так почему же полиция никого не арестовала?
– Смерть Джейн списали на несчастный случай. Да и не было повода думать об убийстве. Все сплетни пошли от Эллиота Роллинза. Его бурная фантазия, болезненное восприятие действительности сделали свое дело, – вздохнула Касси.
Не столько фантазия, сколько реальность, усмехнулась про себя Лалла.
– Так мог ли убийцей быть Грей? – снова спросила она.
– Ну что вы! Если бы он так хотел освободиться от Джейн, то мог расторгнуть брак. Конечно, это вызвало бы скандал в обществе, и развод стоил бы ему немалых денег, но все же это гуманнее, чем идти на преступление.
– А что случилось с родителями Джейн после ее смерти? Поверили ли они в версию Роллинза?
– Они восприняли гибель дочери как удар судьбы и вскоре уехали в Кливленд. Больше я о них ничего не слышала.
– А Тодд О’Коннор? Он мог стать убийцей?
Касси изумленно повернулась к Лалле:
– Тодд? Этот очаровательный паренек? Не говорите глупостей, Лалла. Он так старается во всем услужить Грею! Зачем же ему убивать жену шефа! К тому же он давно влюблен в Дейзи. Только слепец не заметил бы этого.
Лалла сидела не дыша. Где же искать ответ?
– И все же, сдается мне, Эллиот говорит правду. Кто-то все же столкнул Джейн с лестницы.
– Оставьте ее в покое, когда люди начинают ворошить прошлое, ничего хорошего из этого не выходит.
Лалла не могла с этим согласиться, но промолчала.
Кассандра Гейт подняла глаза к небу:
– Кажется, надвигается гроза. Почему бы нам не пойти в дом?
Лалла поднялась и последовала за ней. «Кто бы знал, какая гроза бушует в моей душе», – подумала она и вздохнула.
– Как отдыхалось в Ньюпорте?
Лалла улыбнулась, глядя на седовласого слугу.
– Ах, Эндрю, все было прекрасно, только дети у Гейтов слишком шумные. Каждый из девятерых требовал к себе внимания, и я не успевала играть со всеми сразу. Они так утомили меня, что я бы с удовольствием вздремнула перед обедом.
– Но, мисс Лалла, – остановил ее дворецкий, – какой-то джентльмен уже три часа дожидается вас в гостиной.
Она вздрогнула.
– Кто?
– Он попросил не называть вам его имя, хотел сделать сюрприз.
– Ох, Эндрю, я чувствую себя совершенно разбитой.
– Настолько разбитой, что не примешь гостя? – раздался рядом знакомый голос.
Она обернулась и увидела выходящего ей навстречу из гостиной Грея. Он выглядел ужасно усталым. Голубые глаза его были наполнены болью, а в уголках их залегли такие глубокие морщинки, что у Лаллы возникло непреодолимое желание подойти и разгладить их.
Она откашлялась, пытаясь справиться с внезапной сухостью в горле.
– Грей! Что ты здесь делаешь?
Он бросил быстрый взгляд на слугу, и тот исчез.
– Я приехал извиниться.
Лалла прекрасно понимала, что при самолюбии Грея значило подобное заявление.
– Пойдем лучше в гостиную, – предложила она.
Грей посторонился, пропуская ее вперед. Лалла почувствовала, как напряглось его тело. Проходя мимо, она и сама почувствовала, что вся трепещет. Пространство между ними напомнило Лалле упругую пружину: казалось, отпусти ее, и… Но Грей даже не смел прикоснуться к ней.
Он вошел в гостиную и встал у камина.
– Я хотел сказать, что был не прав. Однажды я уже совершил глупость и потерял тебя. Еще раз я этого не переживу, Лалла. Разреши попросить у тебя прощения.
Она не знала, что и сказать. Слишком свежа была обида, которую ей нанесли.
– Ты оскорбил меня, Грей.
– Я знаю, но когда ты засомневалась в моей искренности, Лалла, я почувствовал себя самым несчастным человеком на свете.
– Так, значит, Харт Уэст лгал?
На мгновение Грей застыл, и лишь потемневшие глаза и плотно сжатые губы выдавали его отчаяние.
– Харт Уэст говорил правду, – наконец выдавил он. – Когда-то это было правдой, но не сейчас.
– Может, ты объяснишься? – с дрожью в голосе потребовала Лалла.
– Ну что ж… После того как ты покинула меня, я понял, что жизнь моя разбита вдребезги. И чтобы как-то утешить больное самолюбие, я начал строить планы мести. Да, Лалла, я живо рисовал себе картину, как в один прекрасный день встречу тебя, затащу в постель, и когда ты достигнешь пика наслаждения, оттолкну, выброшу из своей жизни как ненужную вещь. – Он поморщился. – Я раззвонил тогда об этом всем знакомым – мне хотелось триумфа! Уэст был в их числе.
Грей замолчал. Он стоял перед Лаллой, на расстоянии нескольких дюймов, и она могла заметить, с каким трудом дается ему каждая фраза.
– Это было давно. Теперь я понял, что по-настоящему люблю тебя и никогда не смогу унизить.