Вечное Лето, Том III: Спасение (СИ)

Малатеста издаёт трудноопределимый возглас.
– Так, детишки, у нас есть работа, которую надо сделать, – бросает пират. – Напоминаю вам, что это не торговое судно, а пиратский корабль. Хотите захватить этих ребят? Что ж, теперь мы с вами говорим на одном языке.
– Как славно видеть тебя в добром расположении духа, – усмехается Ивонн, спускаясь с площадки на мачте обратно на палубу.
– Хватит сбивать меня с толку, гарпия! – рычит Малатеста. – Ведьма, веди нас вправо!
– Меняю курс! – бодро отчитывается Куинни.
Ивонн протягивает мне и Мишель мушкеты, а Малатеста быстро рассказывает Эстелле, как обращаться с пушкой, что стоит с правой стороны палубы. Куинн отдаёт Раджу и Диего какие-то команды по поводу парусов, а Вэйрин находит на борту старинного вида длинный лук.
– Ведьма, полный вперёд! – кричит Малатеста.
Диего и Радж направляют паруса так, что «Дораду», кажется, подхватывает ветер и несёт над самой водной гладью – так быстро несётся корабль.
– Ты! – Малатеста указывает пальцем на Эстеллу. – Вот, – он кивает на связку тяжёлых цепей, заканчивающуюся гарпуном размером, наверное, с треть моего роста. – Заряди это в пушку.
Эстелла смотрит на него, как на идиота, но бросается выполнять приказ. Я помогаю ей запихнуть громадную цепь в широкое дуло пушки. Мишель дрожащими руками чиркает спичками. Эстелла направляет пушку на борт приближающегося к нам корабля.
– Закройте уши! – ору я, когда Мишель подносит горящую спичку к фитилю.
Прикрыть уши мало помогает, потому что взрыв пушки слишком громкий, но это не так уж и важно, потому что огромный гарпун протыкает насквозь металлический борт вражеского судна, и два корабля – наш и Арахнидов – оказываются скованными тяжёлой цепью. До нас доносятся крики Алистера и возмущение солдат.
– Занять оборонительную позицию! – командует Майк.
– Итак, дети, – восклицает Малатеста, – есть три вещи, которые вы должны запомнить о захвате кораблей. Во-первых, не сдохните.
В этот момент Арахниды открывают огонь, и мы ныряем за высокий борт «Дорады», чтобы пули нас не достали. Правда, они почему-то стреляют по толстой цепи, словно мы зачем-то нужны им живыми. Возможно, это инициатива Алистера, но я уже ни в чём не могу быть уверенной.
Радж добывает откуда-то пару мечей и кинжалов. По возмущённому взгляду Малатесты я понимаю, что достал он их из капитанской каюты.
– Ну и что, что у них винтовки! – жизнерадостно произносит Радж. – Мы нарежем их на мелкие кусочки! – с этими словами он протягивает кинжал Диего, а один из мечей ловко кидает мне. Я перехватываю рукоять левой рукой, всё ещё держа в правой пистолет, и поднимаюсь на ноги, рядом со мной Мишель возводит курок своего мушкета, а Эстелла ловит брошенный Раджем кинжал.
– Во-вторых, – продолжает Малатеста, – помните, что море – такое же оружие, как и любой клинок. Используйте его в своих целях.
– Окей, – кивает Эстелла, поднимая с пола рыбацкую сеть. Когда Малатеста тянет на себя рычаг, цепь между нами и кораблём Арахнидов натягивается, сокращая расстояние. И, когда нас разделяет футов двадцать, Эстелла бросает сеть на ближайших к нам солдат – мастерски точно, так что они, дезориентированные, падают в воду.
– И в-третьих, – ревёт Мал, – никаких пленных!
– Кроме, знаете, наших друзей, – встревает Диего. – Тех, которые в плену у этих ребят.
Ивонн хватает свисающую с мачты верёвку и, разбежавшись, перепрыгивает на вражеский борт. Ухитрившись максимально изящным жестом подобрать длинную юбку, Мишель делает то же самое. Следом за ней – Джейк. И Эстелла. Заткнув мушкет за пояс, я присоединяюсь к ним, едва не задевая ногами металлическую обшивку корабля Арахнидов. Крэйг и Шон на борту смотрят на нас, шокированные. Мишель направляет пистолет на охраняющего их Арахнида и цедит сквозь зубы:
– Пошёл прочь.
Конечно, солдат не двигается с места, и Мишель, чуть приподняв уголки губ в ехидной улыбке, простреливает Арахниду колено. Тот падает на пол, постанывая от боли, и Миш протягивает мне руку. Кивнув, я отдаю ей меч, и она перерезает верёвки, связывающие Шона и Крэйга между собой, однако не успевает ничего сделать ни с кляпами, ни с путами на руках – потому что другой Арахнид приставляет дуло к её лбу.
– Не стрелять! – орёт Алистер. – Все… замрите!
– Что? – возражает солдат, целящийся в Миш. – Они… атакуют!
– Я здесь представляю Эверетта Рурка! – злится Алистер. – И я приказываю вам отступить!
Солдаты переглядываются и нехотя подчиняются. Алистер тяжело вздыхает и поворачивается к нам – как раз вовремя, потому что оказавшаяся рядом с ним Эстелла бьёт его кулаком в скулу.
Алистер отшатывается, потирая место удара, но, кажется, его это совершенно не задевает – он шокировано осматривает нас, прежде чем выдавить:
– Не могу поверить. Вы живы. Вы все живы.
– Не благодаря тебе! – выплёвывает Эстелла.
– Отец сказал, что вы пытались сбежать, – бормочет Ал, не слушая её. – Что вас пристрелили. Что вы предпочли умереть, но не оставаться в заключении.
– Соберись, Малфой, – раздражённо бросает Джейк. – Каким бы умным ты ни был, когда надо – ты ведёшь себя, как тупица.
– Но…
– Подумай об этом, – вкрадчиво произносит Джейк. – Твой отец лгал тебе всю жизнь. Почему в этот раз что-то должно было измениться?
– Рурк попытался убить нас, едва вы с Грейс ушли, – когда Мишель поворачивается к Алистеру и произносит эти слова, он, кажется, съёживается, будто пытается касаться меньше ростом. Его руки мелко дрожат.
– Я не знал, – заикаясь, произносит он. – Не знал, клянусь. Мне… мне так жаль!
– Ага, блядь, – шипит Эстелла. – «Жаль». Если бы тебе было жаль, нам не пришлось бы спасать Шона и Крэйга!
Алистер запускает ладонь в волосы, бледнеет, его глаза бегают, когда он смотрит на нас.
– Это… Всё сложно, – выдыхает он.
К Алистеру подходит Майк – с абсолютно бесстрастным выражением покрытого шрамами лица.
– Сэр, заложники – наша первоочерёдная задача.
– Майк! – окликает его Джейк, и меня накрывает дурным предчувствием. Я закусываю губу, стараясь подавить подступающую панику. – Ты бы никогда не позволил втянуть себя в это! В тебе ведь осталась часть тебя настоящего! Приди в себя!
Майк поворачивается к нему и наводит пистолет на уровень груди Джейка. Я даже не успеваю подумать, прежде чем вскидываю руку с мушкетом и направляю его в голову Арахнида.
– Слишком много разговоров для захвата судна, – ворчит Малатеста, возводя собственный мушкет и тоже целясь в Майка.
– Пожалуйста, просто уходите, – кусая губы, просит Алистер. – Я не хочу причинять вам вред.
– Ага, конечно, – в моей крови кипит адреналин, потому что я держу на мушке лучшего друга моего мужчины, который целится в этого самого мужчину, и от этого, по-моему, я не способна адекватно соображать. – Сейчас, минутку. Мишель, не будешь ли ты так любезна связать Шона и Крэйга? А то Алистер попросил нас уйти, а кто мы такие, чтобы с ним спорить?
Миш фыркает, направляя свой мушкет в голову Алистера.
– Разбежалась, – цедит она.
– Так тому и быть, – шепчет Алистер. – Арахниды, схватить их! Живыми!
Отряд Арахнидов становится плотной группой между нами и Шоном и Крэйгом, которые, кажется, слишком дезориентированы, чтобы принимать в заварушке хоть какое-то участие. Алистер отступает за спины солдат.
– Иви, – сквозь зубы бросает Малатеста, – твой «парфюм» всё ещё при тебе?
– Никогда не выхожу в море без него, – усмехается она.
Ивонн бросает пирату небольшой шарик с чекой, которую Малатеста выдирает зубами, бросая шарик под ноги Арахнидам.
Их окутывает густой, сизый дым. Я инстинктивно прикрываю нос и рот подолом рубашки, потому что из дыма слышится надсадный кашель.
В это мгновение «Дорада» врезается в корабль Арахнидов. Я оглядываюсь назад и вижу Раджа, который тянет на себя рычаг с цепью. Я теряю концентрацию на долю секунды, и этого оказывается достаточно, чтобы из плотной дымки на меня выскочил солдат. Рука в перчатке выбивает мушкет из моей ладони, а я машинально отступаю в сторону, и солдат цепляется за мою ногу, падая за борт.