Натурал в гее (СИ)

 Хотя, если честно, так оно и есть… Просто Аманда никогда не обращает на это внимания. Наверное. Во всяком случае Сайф вообще никогда меня с этим не достаёт. Ну, я же не знаю, когда мне или ей приспичит…
 Доминик молчит. Я вижу, как он поджимает губы, а потом скользит глазами от моей макушки до ног и обратно.
 - Что-то в тебе изменилось, - тянет Санторский, склоняя голову к плечу. – Что-то…
 Парень хмурится, пытаясь понять, что же со мной не так, морщится, немного отворачивается, а потом приходит к выводу:
 - Ты выглядишь лучше.
 Я вскидываю бровь, довольно хмыкая. Да! Я сделал Билла! Даже его…эээ… парню (?) нравится то, как я оделся.
 - Стой-ка, - бормочет Санторский и приближается.
 Я еле удерживаюсь, чтобы не отшатнуться. И думаю, что всё пройдёт круто, если этот чувак не будет ко мне приставать… Доминик протягивает руки и кончиками пальцев немного снимает с меня очки.
 - Ты не красился? – удивлённо спрашивает парень.
 Я мешкаю. Я ни разу за последние несколько лет не видел брата не накрашенным. Ну, за исключением тех моментов, когда он выходит из ванной и тащит свой зад к себе в комнату, но я особо на него не заглядываюсь, поэтому не могу сказать, хорошо то, что я не накрасился, или не очень.
 - Проспал, - вру я, ловким движением возвращая аксессуар на место и заставляя Санторского убрать свои клешни от меня подальше.
 - Ты? Проспал? – не верит парень. – Ты же никогда в жизни не выходил из дома так… и не просыпал…
 - Поэтому и надел очки, - бурчу я, поворачиваясь обратно к окну. – Трудная ночка выдалась…
 Доминик вздыхает.
 - Чего ты сразу недоволен? – бормочет он, прислоняясь спиной к подоконнику. – Как твой нос?
 Я на пару секунд замираю, вспоминая, как долбанул брата о стену и как тот чуть не сломал нос. По крайней мере, боли я не чувствую, видать уже почти прошёл за день.
 - Да нормально, - я дёргаю плечом.
 Ник не отстаёт:
 - Как дома?
 Ну чего он пристал, мать его?
 - Хорошо.
 Я открываю сумку и начинаю в ней рыться, чтобы хоть чем-нибудь себя занять.
 - Наказали?
 - Нет.
 - Серьёзно?
 - Да.
 - Да прекрати говорить так, - не выдерживает он. – Это невыносимо.
 Я сдержанно вздыхаю. Невыносимо, это когда ты, кретин, лезешь не в свои дела!
 Доминик отмахивается и безнадёжно трясёт головой. Мне хочется, чтобы он ушёл. И не возвращался. Мимо проходят какие-то студенты с другого курса, а, может быть, даже и из группы близнеца, я не знаю, а я всё так же роюсь в этой бабской хрени и не понимаю, что хочу здесь найти. Когда так ничего там нового и не появляется, я её закрываю и поднимаю голову, бросая взгляд на парковку. Никого знакомого… Все, наверное, в аудиторию умотали…
 Интересно, как там Билл?
 - Пошли, аудиторию открыли, - Доминик кладёт мне руку на плечо, а я представляю, как он это рукой держит член моего брата, и меня пробирает дрожь.
 Я хватаю сумку и быстро отстраняюсь – его рука слетает с моего плеча – и иду к открытой двери, в которую только что кто-то зашёл. Я проскальзываю внутрь и стремительно начинаю подниматься как можно выше. Я сажусь прямо к стенке на верхнем ярусе и прячусь от посторонних глаз, однако Доминик, козёл паршивый, идёт всё равно ко мне и садится рядом.
 Мы оба молчим.
 - Что с тобой? – спрашивает Санторский, доставая диктофон.
 - А что со мной не так?
 Ставлю сумку рядом на скамейку, и кладу голову на локти.
 - Очки сними, - недовольно выдаёт парень и насильно снимает с меня мой предмет «а-ля, меня не видно», кладя его на столешницу.
 Я не обращаю на него внимания и прикрываю веки.
 - Да ладно, не так уж всё и плохо, - тянет Ник. – Сегодня прекрасная погода, можно сходить куда-нибудь, развеешься…
 Вот, сука, как же я тебя ненавижу! И Билла заодно! Всё ваше отродье педиков! Почему нельзя просто меня не замечать? Я бы посидел на парах, подумал, как быть с баскетболом, и домой бы свалил… И никаких проблем…
 - Не знаю…
 Доминик откидывается назад и вздыхает. Я понимаю, что он разочарован. Опять. Что ж ты, Билли, его не балуешь-то? Неудачник…
 - Иногда мне кажется, что мы с тобой вообще не подходим друг другу, - тихо говорит Санторский. – То ты на работе пропадаешь, не разрешаешь мне даже заглянуть к тебе после прошлого раза. То занят проектом по искусству. То у тебя опять какие-то дела и…
 - Что ты хочешь? – не понимаю я, кладя щёку на предплечья и смотря на него.
 - Чтобы ты хотя бы час уделил мне, вот и всё, я что многого прошу? – он вскидывает руки и в упор смотрит на меня, отчего я снова закрываю веки, чтобы не видеть его глаз.
 Достал. И зачем я спросил?
 - Мы с тобой мало проводим времени вместе, - не унимается парень. – Стоит рассмотреть наши отношения получше…
 Интересно, если я скажу, что трахаюсь с Кэпом, он заткнётся? И что Билл в нём нашёл? Зудит и зудит в ухо, как вибратор. Невыносимо. Даже Аманда столько не болтает, ей только секс подавай. Скажет что, а я её целую, а дальше дело техники, она уже и не вспомнит потом, что ей в наших отношениях не нравится. А этот… Лучше бы братец нашёл кого получше…
 - Тебе сегодня не надо на работу, - Доминик не спрашивает, а ставит перед фактом. – Ты вчера предлагал в клуб сходить, ещё не передумал?
 Я открываю глаза и смотрю на него, как на придурка. Какой клуб, чувак, ты чо? У меня девушка есть, и я не шляюсь по вашим гей вечеринкам! Это унизительно…
 «Может, как-нибудь в другой раз?» - хочу сказать я.
 - Народ! Двадцать минут прошло, пора валить! – орёт кто-то с другого конца аудитории.
 Я вздыхаю, готовый расцеловать этого придурка, потому что он спас меня от ответа.
 - Кретин, - шепчет Доминик, бросая в ту сторону усталый взгляд.
 Кто-то одобрительно свистит, кто-то смеётся.
 И тут раздаётся ещё один голос:
 - Пусть староста прётся на кафедру!
 - Заткнись! – другой голос из толпы.