Не бойся темноты (СИ)
— Эд?
Карлайл едва заметно кивнул ей и невозмутимо обратился к Эмме:
— Эмма, будь добра, оставь нас.
Блондинка недовольно фыркнула, но говорить ничего не стала. Легким, грациозным движением она поднялась и направилась в сторону танцпола. К ней тут же подошел какой- то молодой человек, и они закружились в вихре танца.
— Присаживайся, — мягко сказал мужчина, кивком головой указывая на стул, в который Томка вцепилась мертвой хваткой.
Девушка послушно опустилась на стул.
— Выпьешь со мной? — предложил он.
Томка глуповато хихикнула и тут же потупилась.
— Так я вроде уже… ик… выпила.
— Да я заметил.
Граф бросил на Томку неодобрительный взгляд из под хмурых густых бровей. И так стало Томке неудобно за все поведение. Львиная отвага куда-то разом пропала. Наверное, шампанское стало потихоньку отпускать. Вот сидели люди отдыхали. Может у них свидание. А она тут как хабалка последняя подкатила. Да уж. Пить Томке определенно вредно.
Пока парень в маске, вытянувшись по стойке смирно, принимал заказ у хозяина, Томка откровенно рассматривала Карлайла. Интересный он мужик. Моложавый. И не скажешь, что уже взрослый сын имеется. Но нет в нем той одухотворенной, аристократической красоты, как у Даниэля. Обычный. Самый обычный.
— Значит, поговорить хочешь?
Томка вздрогнула и кивнула в ответ. Голос у графа был глухой и хриплый, словно больной. Она еще это в прошлую встречу заметила.
— А не боишься?
Граф прищурил глаза, неотрывно гладя девушке прямо в глаза. Томка несколько мгновений держала взгляд, но стушевавшись, стала рассматривать узоры на скатерти, которые почему-то стали расплываться перед глазами.
— Боишься, — за нее ответил брюнет, — Я запах твоего страха чувствую. Ты знаешь кто я?
Вот как прикажете отвечать на подобный вопрос? Что он имел в виду? К счастью от необходимости отвечать ее избавил официант, который принес графу вино. Карлайл величественным кивком головы отпустил парнишку и пригубил темно-рубиновый напиток.
— Кстати, — поинтересовался он с легкой иронией, — Кто такой «гребаный леший»?
Только теперь Тамара осознала, что все это время они общались на русском и с перепугу выдала:
— Леший — в мифологии восточных славян хозяин леса, покровитель лесных зверей и птиц, а гребанный…эм… В общем — лексика… ненормативная.
Мужчина хрипло засмеялся.
— А ты, я смотрю, прямо энциклопедия ходячая.
Он пристально посмотрел на девушку из под полуопущенных век, и вынес вердикт:
— Забавная ты. Но я не более того.
Неприятно ударило по самолюбию.
— А вы тоже, знаете ли….э… необычный. Но не более того, — не осталась в долгу девушка.
Блуждающая на губах Эдварда Карлайла улыбка неожиданно стала теплой и искренней. Но именно от нее у Томки прошел легких морозец по коже. Опасный он человек. Или не человек? Настоящий хищник.
— Спрашивай что хочешь, — любезно позволил граф, — Но сначала ответь на один мой вопрос.
Он слега подался вперед и не мигая уставился на девушку.
— Ты с головой дружишь? Или как?
— Что простите? — выдохнула Томка вне себя от возмущения.
— Я спрашиваю, — медленно повторил мужчина, — У тебя все с головой в порядке? А то твое показное бесстрашие наводит на определенные мысли. Ты знаешь, кто она? — кивок головы в стону танцующей Эммы Браун, — Она глава очень сильного и древнего клана оборотней. А знаешь, какая у нее вторая ипостась?! Леопард. Очень опасное животное. Чтобы разодрать твое дрожащее от страха тельце на клочья ей потребуется, ровно двадцать секунд. Теперь посмотри на меня, — грозно приказал он, — На меня!
От его рыка Томка подпрыгнула на месте, и усилием воли заставился себя посмотреть на Карлайла. Хотя какая к чертовой бабушке сила может взяться в затуманенном алкоголем мозгу. «Какая, какая? А вот такая!» — про себя буркнула она, — «Богатырская! Знай наших, кошак… облезлый».
— Нет! Ты просто невозможна, — сокрушенно вздохнул он, — Что совсем жить надоело? Ты в курсе, что я тигр! Знай, что в моем истинном обличив смерть твоя настанет гораздо быстрее, чем от коготков мисс Браун. И вот ведь трясешься вся от страха, а туда же! Говорят тебе люди добрые — уезжай по-хорошему. Нет! Все равно на рожон лезешь.
Эдвард заметил, что у его хмельной собеседницы вздрагивают плечи. И заволновался. Не перегнул ли он палку. А то еще грохнется от шока в обморок.
— Да не бойся, не трону, — решил реабилитироваться в Томкиных глазах граф.
Тут он понял, что девушка, уткнувшись носом в раскрытые ладони, стала трястись и потихоньку сползать со стула.
— Тамара? — удивленно позвал граф.
Она растопырила пальцы, глядя на ошарашенного Карлайла и продолжила трястись… от смеха.
— Та-а-а-к, — мрачно протянул граф, — И по какому поводу веселье?
Томка честно пыталась принять серьезное выражение лица, но получалось с трудом. Стоило только посмотреть на вытянувшуюся от негодования физиономию Карлайла, так и подмывало снова хихикать.
— Если я скажу, боюсь, смерть в вашем обличии настигнет меня не дав договорить до конца.
— И все же? — не унимался он.
Томка снова хихикнула и, постаравшись принять серьезный вид, наклонившись над столом, шепотом спросила:
— А как вы от блох избавляетесь?
Надо было видеть лицо графа в этот момент. Карие глаза округлились, рот приоткрылся от Томкиной неописуемой наглости. А девушка нисколечко не жалея нежные кошачьи чувства чуть громче продолжила:
— Вы же от них избавляетесь? Правда? — и с самым искренним участием глядя невинными глазенками, — У меня дома кошка была Маруська, так вот я ей ошейник специальный надевала от паразитов всяких. Она глупая снимала его постоянно. А у вас ошейника не заметила.
Медленно. Очень медленно оборотень поднялся и, обогнув стол, взялся за спинку стула, на котором сидела девушка.
— Вставай, — рыкнул граф.
— Вот я же говорила, что не надо было рассказывать.
— Вставай! — мужчина явно начал терять терпение и хорошенько тряханул стул.
— Да встаю уже, встаю.
Томка поднялась и тут же пожалела о содеянном. Злобный графский прищур заставил метнуться в поисках убежища. Но не тут-то было. Карлайл вцепился девушке в локоть и потащил куда-то за барную стойку. Чертыхаясь и спотыкаясь, Томка всеми силами пыталась освободиться от железной хватки. А когда поняла, что ее тащат в сторону подсобных помещений и вовсе перепугалась не на шутку.
Эдвард не обращая внимания на жалкие попытки освободиться, открыл дверь с табличкой «Служебное помещение» и буквально втолкнул туда девушку.
Томка замерла на мгновение, ощутив, как окатило ледяной водой.
Глава 5
— Да чтоб тебя блохи сожрали! Да чтоб хвост облезлый прищемили! — орала Томка что есть сил пиная дверь, в которую ее так нелюбезно вытолкнул Эдвард Карлайл.
Собственно пинала она ее уже не менее часа. Злой как все черти ада граф вытолкал ее в окно портала, а сам преспокойненько вернулся в «Маску», оставив нечего не понимающую, пьяную и трясущуюся от ужаса девушку в одиночестве. Страх, как и опьянение, схлынули, а на место пришла дикая ярость.
— Кошак облезлый! Гад блохастый!
Конечно, если бы оборотень находился здесь, Томка не посмела бы и слова пискнуть в его адрес, но в виду отсутствия адресата, сыпала проклятиями, на чем свет стоит, не смущаясь в выборе слов. Если уж отводить душу, то по полной программе!
Когда проклятия в словарном запасе закончились, девушка не решительно огляделась вокруг. Кабинет. Определенно мужской. Современная мебель. Ноутбук на столе. Словом, обитель современного бизнесмена. Подошла в двери напротив. Дернула за ручку. Безрезультатно. И так страшно стало от осознания собственной беспомощности, что дрожь пробежала по всему телу.
— Дура! — в сердцах обругала себя Тамара и свернулась калачиком в хозяйском кресле.
Томка не верила, что Котик способен причинить ей вред. Ведь это именно он спас ее