Паук (СИ)

В какой-то момент Арбатов будто дал волю своей страсти. Глаза стали черными — в них словно родилось пламя, лицо приобрело жесткие очертания, а движения превратились в таранящую очередь толчков. Тогда и я уже перестала быть собой…
Словно разделили меня на две части и та, что темнее взошла на трон и начала править. И я сама позволила утянуть себя и раскрыть эту часть.
Когда Демид придавливал меня так, что воздуха не хватало — я обнимала его плечи, обхватывала ногами талию и прижималась навстречу. Когда он терзал ртом мою грудь и путался пальцами в волосах до боли — я гладила его спину и чувствовала, как непокорно напрягаются мышцы, словно не привык он к такой ласке.
Я поддалась и забылась — так проще было думать. Но возможно я просто сделала то, что хотела делать!
В какой-то момент бандит поставил меня на четвереньки и принялся доводить до нового пика, сжимая ладонями плечи, и ревностно собирая каждый крик, посвященные одному ему.
— Да! Да!.. О, Боже… — сорвался голос на самой грани, и я снова провалилась в бездну острых ощущений.
Что-то рыкнув с матом, Демид навалился сверху и кончил следом. А я была настолько обессилена, что меня уже ничего не волновало. Даже то, что он продолжал оставаться внутри, когда перекатился на бок, утягивая мое тело за собой и не торопясь выпускать из захвата рук. Я просто притаилась, и надеялась, что он утолил свой голод, потому что ничто уже не могло удержать мой разум в реальности…
* * *
Я проснулась резко. Даже кровь зашумела в ушах, когда оторвала голову от подушки и, щурясь от света, растерянно огляделась в комнате. Впервые проспала так долго в этом доме — солнце уже вовсю светило за окном. Однако не оно первым встретило меня, стоило открыть глаза, а навязчивое ощущение пустоты.
Чувствуя неуютный озноб под кожей, я обняла колени руками и опустила взгляд на пустые подушки рядом. Внутри что-то тут же царапнуло и неприятным осадком собралось в груди. Словно вчера я сильно напилась, а сегодня пришло похмелье и сожаление о своем поведении. Словно я перестала видеть границы, отпустила страховку и позволила пользоваться своей слабостью… И ведь раньше все происходило в том же ключе, так почему сейчас меня так волновало это пробуждение в одиночестве?
Я ощущала, как стягивает кожу на бедрах, но только сейчас решилась откинуть одеяло.
Твою мать…
Увидев обильные остатки спермы между ног, я хныкнула в голос и закрыла лицо ладонями. В этот миг в сознании вспышкой пронеслись картины вчерашней близости. Да так ярко, что щеки загорели огнем, пульс участился, а внизу живота все заныло от горячего спазма. Стоило только вспомнить, как Демид врывался в меня, как его щетина царапала шею и как глаза пронизывали своей темнотой…
Будто в самую душу заходили без спроса!
Ненасытный зверь.
Ночью он брал меня еще раз… Дал всего несколько часов на отдых, прежде чем разбудил бесцеремонными прикосновениями. И все, что я поняла, проснувшись в плену его рук — твердый член упирается мне в бедро, а между ног уже горячо и мокро.
Боже… Внутри неожиданно проскочила догадка.
Я даже убрала руки от лица и настороженно уставилась в пространство, а мысль, довольная безумная на первый взгляд, начала стремительно развиваться — может он специально это делает?! Что если все это время я была слепа?! Что если совсем не снисхождение двигало Арбатовым, когда он решил оставить меня в этом доме?!
Цена ошибки может быть слишком высока.
Теперь, когда я носила его фамилию, но формально была замужем за Романом, имела все шансы без угрозы родить наследника известному авторитету города!
Идеальный вариант для возмещения долга.
Меня передернуло от собственных мыслей, и к счастью в сознании вовремя прошла волна скепсиса. Да нет… Бред! Под гнетом последних событий, у меня просто развилась паранойя, и я везде начинала видеть злой умысел.
Медленно выпустив воздух из легких и, заставляя себя переключиться от лишних мыслей, я сползла с кровати и направилась в ванную. Отмывшись под горячим душем, без особого энтузиазма выбрала вещи из шкафа и некоторое время бесцельно бродила по комнате. Очень хотелось есть, но я никак не решалась выйти. Чувство неловкости и стыда шлейфом следовали за мной и останавливали каждый раз, как подходила к двери.
В конце концов, благоразумие победило, и я покинула свое мнимое укрытие. По пути на кухню очень надеялась не встретить кого-нибудь из охраны, а тем более хозяина дома. Однако в доме казалось было так же пусто, как и в комнате. Скорее всего, Демид еще утром уехал по своим делам.
Завтрак начался для меня в обед. В этот раз я не скромничала и поискала в холодильнике контейнеры с готовыми блюдами. Невольно отметила, что все исключительно домашнее и традиционное. Никакого пафоса в виде дорогих экзотических продуктов или разнообразия европейской кухни.
Я чувствовала себя комфортно в одиночестве за столом, поэтому ела не спеша.
Все смотрела в окошко, выходящее на ту самую террасу с мангалом, и взвешивала заманчивую идею прогуляться по территории. Солнышко пригревало землю и очень хотелось ощутить на себе это тепло…
Удерживая в голове эту мысль, я уже встала из-за стола, чтобы убрать тарелки, когда мое уединение неожиданно нарушили. Сначала послышались уверенные шаги, но прежде чем я успела выстроить какие-либо догадки, в проеме показалась высокая фигура Константина.
— Здрасти, — выпалила я на автомате.
Будто ничего не услышав, он мазнул по мне хмурым взглядом и дернул головой в сторону выхода.
— Пошли.
Всем своим видом, наемник показал, что ждать не собирается, поэтому пришлось оставить посуду в раковине и спешить за ним. Он задержался возле лестницы и не утруждая себя объяснениями, велел мне собраться. Через пятнадцать минут я уже спускалась с мраморного крыльца дома, следуя за безучастным Константином к черному Геледвагену.
Внушительная машина. Никогда бы не подумала, что выпадет случай ездить на такой!
Устроившись на заднем сидении, я дождалась, когда он сядет за руль и, взволнованно стиснув телефон, спросила:
— Куда мы едем?
— Когда приедем, тогда и узнаешь, — сухо отозвался наемник, встретившись со мной взглядом в зеркале заднего вида.
Я поджала губы и обиженно отвернулась к окну. Засранец… Похоже теперь я у него навечно в черном списке!
Почти всю дорогу почему-то не отпускало ощущение, что меня везут на встречу к Демиду. В тот загадочный офис без вывески или быть может в ресторан, где он предпочитает обедать… Не представляю, откуда эта ересь лезла в голову.
Возможно, сыграло роль его неожиданное вмешательство в мое тихое существование, после наказания, поэтому сложилось впечатление, что Демид нашел для меня очередной способ проветриться.
Однако предчувствия меня подвели, и все предположения растаяли как сахарная вата в воде, когда вместо ожидаемого офиса или ресторана, я увидела глянцевый фасад какого-то частного учреждения. И еще до того, как сообразила, что это клиника, уловила тревогу внутри.
Минуя главный вход, Константин проводил меня до ресепшена, где нас встретила молоденькая медсестра. Я сразу поняла, что это женская консультация, поэтому нехотя последовала за девушкой, наградив косым взглядом водителя, что остался ждать в фойе.
Все внутри сжалось от дурного предчувствия. Скорее всего, меня ожидала унизительная процедура обследования на всякую заразу. Это казалось очевидным, ведь теперь я жила в доме господина Арбатова, а значит, самое время убедиться в здоровье новоиспеченной родственницы, которой отныне суждено регулярно греть постель.
В этом накрученном состоянии, медсестра и привела меня в большой светлый кабинет. обставленный по последнему спову техники. И как только мы появились на пороге, из-за рабочего стола к нам тут же вышла пухленькая женщина в белоснежном халате с тонкими очками на носу. Тепло улыбнувшись, она пожала мне руку, представившись Вероникой Сергеевной, и предложила сесть на кушетку.