Нана (СИ)

— Давай, хотя бы на время, мне очень нужно тачка. Документы оставлю.
Молча обойдя нас, парень направился к мотоциклу. Мы с Наной переглянулись и пошли за ним следом.
— Вот это зверь… — С придыханием сообщил незнакомец, поглаживая ладонью бензобак. Затем обернулся ко мне. — Слушай, а ты машину-то водить умеешь?
— Не сомневайся. — Хмыкнул я. — А твоя восьмерка меня довезет?
— Обижаешь. — Он по-детски надул губы. — Я ж в автосервисе работаю, а не в цирке.
— Хорошо. — Пока Паша не передумал, я всунул в его руку ключи и документы. — Я сам тебя потом найду. — И протянул ладонь, ожидая ответных действий.
Парень порылся в карманах, достал маленький ключ и протянул мне.
— Ты только аккуратней с ней. — Взглянул на восьмерку и печально прикусил кулак, будто раздумывал, не погорячился ли.
— Если что, заберешь мой байк. — Заверил.
— Ладно. — Уже спокойнее.
— Ты хоть умеешь на мотике-то? — Уточнил я на всякий случай.
— Пф, — задрал нос Пашка. — Сначала Бог придумал два колеса, потом уже четыре.
Бог, значит. Ну, ладно.
— Этот байк мощный, имей в виду.
— Не переживай, — отмахнулся он, косясь на дыру на моем рукаве. — Права на «А» категорию у меня есть.
— Ну, в автошколе вас на чахотках учили ездить, а тут…
— Все будет нормально, — переведя взгляд на мотоцикл и погладив ручку газа, пообещал Пашка.
— Ну, ладно. — Я сжал в руке ключ.
— Тебя как хоть зовут? — Вдруг спросил парень.
— Илья.
Паша протянул руку, но, заметив на моей ладони кровь, понимающе кивнул, а затем хлопнул меня осторожно по левому плечу.
— Бывай, Илья. Удачи!
— Спасибо.
Мы развернулись и пошли к машине.
— Магнитолу снимай, когда выходишь! — Донеслось в спину.
Я обернулся:
— Хорошо.
— Ручка от стеклоподъемника в бардачке…
Понятно.
Нана крепче сжала мою руку. Ее присутствие — все, что мне было нужно. Рядом с этой девушкой мне даже удавалось забыть о боли в руке.
А это — я осмотрел бежевого железного динозавра из прошлого века — это все временные неудобства. Просто ерунда по сравнению с тем, что нас хотели найти и убить. Подумаешь, груда металлолома. На ходу, ведь.
Странно, но мы даже без приключений смогли доехать до шоссе, которое кольцом огибало город. Там мне на глаза попался маленький придорожный парк-отель. Номера с отдельным входом, кафе, автомойка, беседки. Тихий уголок, где нас вряд ли быстро обнаружат.
«Прованс» — значилось на вывеске. Он, и правда, напоминал маленький уютный клочок земли где-то в провинции. Простота, изящество и даже немного природы посреди шумного шоссе.
Едва я заглушил двигатель, Нана выскочила из машины и бросилась к багажнику. Я вышел следом. Вот, что она там искала — аптечку.
Но едва девушка приподняла белый чемоданчик с красным крестом на корпусе, как вдруг ойкнула — тот был слишком тяжелым. Открыв его, мы немало удивились — он до отказа был набит ключами и отвертками.
— Тогда мне нужно в аптеку. — Расстроенно сказала Нана, опуская руки.
— А здесь что? — Достал из багажника старый советский портфель.
— Аптечка! — Радостно воскликнула она, вытаскивая оттуда пакет с медикаментами и прижимая его к груди.
— Отлично. Тогда попробуем снять номер.
Оставив Нану снаружи, я приготовил деньги, спрятал окровавленную руку в карман и направился внутрь. Молоденькая регистраторша не стала задавать мне лишних вопросов, мельком глянула на права и, не став переписывать ни фамилию, ни мои данные, сграбастала купюры. Быстро пересчитав, выдала ключ и тут же уткнулась взглядом в телевизор, висевший на стене.
— Слава Богу, — обрадовалась Нана, увидев ключ в моей руке. — Пойдем быстрее, ты такой бледный.
Бледный? Да, у меня кружилась голова, но я хотел быть для нее сильным. Таким сильным и отважным, каким только смогу. И плевать, что мое тело теряло кровь — мне нравилось, что рядом Она. Таким пьяным и счастливым я еще не чувствовал себя никогда. Хотелось улыбаться и улыбаться бесконечно, пока скулы не сведет от этой дурацкой улыбки.
— Садись, — приказала Нана, закрыв дверь и пододвинув мне стул.
Я послушно опустился на него и начал снимать куртку.
— Господи… — В ее глазах читался испуг, а голос звенел тревогой. — Может, нужно было сразу в ванную?
О чем это она?
Долго недоумевать не пришлось: крови было гораздо больше, чем показывают обычно в фильмах. Сколько бы травм я не получал на треке, никогда не видел такого ее количества. Рука от плеча до пальцев вся в разводах, засохших пятнах и свежих ручейках крови.
Нана унесла куртку в ванную комнату и вернулась.
Вся футболка, начиная от подмышек и заканчивая спиной — все было в крови. Ремень джинсов — красные капли добрались и туда.
— Раздевайся, — скомандовала Нана, а затем бережно подхватила край футболки, — я помогу.
Осторожно отлепляя ткань от тела, она поднимала ее и тихо вздыхала. Заботливо придержала ворот, помогая мне вытащить голову и освободить руки. Я даже боли не чувствовал. Забывал обо всем, ощущая ее легкое дыхание на своем лице, наблюдая за трепетом длинных черных ресниц, вдыхая запах волос.
— Выстираю. — По-деловому сообщила она, скомкав футболку и положив на пол, мне под ноги.
Я повернул голову, чтобы осмотреть рану. Какая маленькая дырочка. И еще одна. Пуля прошлась по мягким тканям, разодрав поверхность кожи с двух сторон. Сущая ерунда. А вот запах спирта отрезвлял.
— Сейчас обработаем поверхность вокруг раны. — Предупредила Нана, щедро поливая кусок ваты пахучей жидкостью.
Моя отважная медсестричка.
— Ничего страшного не вижу. Артерии и вены не задеты. Но я бы лучше зашила. — Ворковала она, пока я сжимал зубы. — Потом забинтуем и, наверное, нужно будет приложить холод.
— Хорошо.
Мои мысли возвращались к Кириллу. В груди нарастало беспокойство. Раньше мы часто даже на расстоянии чувствовали, если с одним из нас происходило что-то плохое. Вот и сейчас мне казалось, что я слышу его голос, ощущаю переживания и страдания, которые он испытывает.
— Когда ты видела его в последний раз? — Спросил, стараясь дышать глубоко, пока Нана продолжала возиться с моим плечом. Сжал зубы.
— В его квартире. — Ответила она, не уточняя, кого я имел в виду. — Я пришла, там уже были эти люди. Они избили Кирилла. Потом нас обоих куда-то повезли.
— Прости меня. Я не должен был отпускать тебя. Разозлился, как последний идиот. А когда спустился, тебя уже не было.
— Жалею, что не послушалась тебя. — Нана шумно вдохнула и выдохнула. — Ты ведь говорил, что с ним опасно. Да я и сама догадывалась.
— Я сам с ним всю жизнь как на пороховой бочке. Мог поговорить, образумить, заставить, припугнуть. Но предпочитал закрывать глаза, чтобы просто не знать о его проделках. Не знаю, когда мы отдалились. И почему. Просто в один прекрасный момент Тим стал лучше понимать брата, и я уже стал не нужен. — Приподнял локоть, чтобы ей удобнее было управляться с бинтом. — Дай мне телефон, пожалуйста.
Она дала. Я набрал номер Левицкого. «Находится вне зоны действия сети».
— Отключен. Это только подтверждает, что они влипли вместе с Кириллом. Я так понимаю, что угнали машину не у простого смертного. Скорее всего, очень дорогую. Поэтому их и ищут такие серьезные люди.
— Да. — Нана присела передо мной на корточки, придирчиво оглядывая повязку. Кажется, кровь больше не капала. — Ему звонили ночью. — Сказав это, она смущённо опустила глаза. — Я поняла, что речь идет о машине. Потом он ушел, а вернулся только утром. Пьяный, вел себя… грубо. Мы поругались…
Мне было неприятно слышать это.
— Что хотели эти люди? Ты помнишь, куда они вас привезли? Их имена?
— Какой-то поселок, кругом коттеджи, большие дома. Самого главного все называли Геннадьичем. Полноватый мужчина, седой, с лысиной, все леденцы грызет. Он сказал Кириллу, что тот должен устранить кого-то, иначе нас обоих убьют. Охранники называли жертву Яцыком. Или Яцуком. Как-то так. Единственное, что я поняла — они все ждали известие о смерти, но Кирилл пропал. Пока решали, что со мной делать, я попросилась в туалет и выскочила в окно. — Нана закрыла лицо руками. — Потом бежала, бежала…