Одна (ЛП)

Киваю. Глубоко вдыхаю и закрываю глаза. Начинаю с той ночи, когда Брейден пытался сбить нас с дороги. Они кивают, когда говорю его имя. Очевидно, они знают, кто он. Они уже разговаривали с Паксом.
— Я не уверена, как он это сделал, но он нашел меня.
— У этой семьи есть много преступных связей.
Я не сомневаюсь в этом.
— Где он?
— Арестован, вместе со своим дядей.
— Хорошо.
Мои глаза светятся. Они в тюрьме.
— Как Брейден поймал вас?
— Он легко схватил меня, — отвечаю я с холодом в глазах. — Он усыпил меня тряпкой, на ней что-то было. Я потеряла сознание и проснулась, привязанной к чему-то в доме.
Описала свои слабые попытки спастись и как, наконец, настолько отчаялась, что убедила Хосе отвезти меня к Гонзалесу.
— Почему вы захотели поехать к нему? — спрашивает агент Колдуэлл с неподдельным замешательством в глазах.
— Это было единственное место, о котором Пакс и Билл знали, — отвечаю я. — Думала, что если я не вернусь, Алексу и Нэт это покажется подозрительным. Они сообщат об этом Биллу. Он и Пакс найдут меня. Мне просто нужно было прожить достаточно долго, чтобы они пришли ко мне. — Я закрываю глаза, замираю, вспоминая, как меня пытали.
— Не думайте об этом, — спокойно говорит агент Колдуэлл. — Расскажите, что случилось, когда вы были с Брейденом.
Я глубоко дышу, отталкивая воспоминания назад.
— Он хотел увезти меня в Мексику, — говорю я. — Я была в отчаянии. Гонзалес был мизерным шансом, но он был единственным, — от твердого стула мое тело болит. Я сижу прямо. — Хосе усыпил Брейдена, потому что знал, что тот не позволит мне уйти. Затем он усыпил меня, и когда я проснулась, то была прикована к металлической кровати, а Гонзалес был передо мной, — яд слышен в моих словах.
Он мертв, но гнев и ненависть, которые испытываю к нему, кровоточащие и свежие. Возможно, со временем это уменьшится.
А возможно и нет.
Рассказываю, что сказал мне Гонзалес, как он признался о наркотиках и о том, что продает части тела людей на черном рынке.
— Это была холодная комната. Там они делали операции. И там специально было холодно, чтобы хранить органы, — говорю я, содрогнувшись, несмотря на мои усилия не делать этого.
Вижу, как оба агента смотрят на мой живот.
— После того, как Гонзалес поговорил со мной, пришел хирург. Он хотел, чтобы операция была сделана сразу, — отвечаю на не прозвучавший вопрос.
— Ты что-нибудь помнишь?
— Да. — Киваю. — Гонзалес отказался усыпить меня. Он сказал, что хочет, чтобы другие люди услышали мои крики. — Агент Эймс вздрагивает. Я смотрю прямо на нее. — Сколько жертв вы нашли? Сколько выживших?
— Многие погибли в результате взрыва. Мы смогли найти только двух выживших.
Чувствую, как слезы скатываются с моих глаз. В конце концов, я смогла помочь только себе. Так будет всегда?
— Как вы спаслись?
— Я не знаю, — мой голос немного надрывается, и я останавливаюсь, чтобы сделать несколько успокаивающих вдохов. — Помню голоса. Я думаю, кто-то меня вывел. Гонзалес хотел использовать меня, чтобы обменяться с вами. Мужчины, несущие меня, не верили, что Гонзалес победит. Они меня где-то оставили.
— Да, — агент Колдуэлл кивает. — Согласно сообщению, агент нашел вас в полумиле от комплекса. Вы потеряли много крови, но все еще были живы.
— Да. — Я глотаю. — Помню, они сказали что-то о том, что меня плохо зашили.
— Нет. В вашей медицинской карте указано, что на вас была сделана операция и одной почки не было. Человек, который ее проводил, знал, что он делает. Тем не менее, ваша рана не была зашита должным образом и была занесена инфекция. — Я киваю. Все это уже знаю. Боль в моем животе была доказательством этого.
— Вы можете сказать, как вы нашли меня? — спросила я.
— Полагаю, вы имеете право знать. — Агент Колдуэлл нахмурилась, глядя на зеркальную стену рядом с нами.
— Да.
— Вы правы, думая, что ваши друзья пришли к выводу, что это было обманом. Ваши друзья и Рид искали и ждали вас примерно сорок шесть минут, прежде чем позвонить капитану Биллу Пакстону.
— Используя карту, сделанную для капитана Пакстона, и основываясь на том, что вы сказали Риду, оба смогли определить местоположение объекта. Деталь, которая помогла нам больше всего – это ваше описание о ручье, который прорвался через камни. Один из наших агентов, который обследовал эту территорию раньше, вспомнил что-то вроде этого. Мы немедленно отправили вызов офицерам, и в течение трех часов мы были готовы двигаться. Определили границы, но, конечно, объект был тщательно скрыт. Нам нужно было идти пешком. Рид был довольно... убедительным, чтобы мы сразу вошли в здание, опасаясь, что ваша жизнь в опасности. Он как-то прокрался вместе с офицерами и ворвался на объект. — Она делает паузу, что-то сверкнуло у нее в глазах. — Это было довольно глупо, и у меня был разговор с офицерами, которые позволили этому случиться, но без его помощи мы бы не успели прийти к вам вовремя. Он движется как что-то нереальное. Я слышала, что он спортсмен?
Я киваю.
— Нет ничего невозможного для его тела. — Я моргаю, понимая, как это звучит.
— Он был тем, кто загнал Гонзалеса в угол, вы знали это? Конечно, агенты были прямо за ним, но Рид схватил его, как будто тот был ребенком. Ну, это то, что они сказали мне, — добавляет она. — Потом была драка, и агенты были вынуждены запустить небольшую гранату в несколько коридоров, чтобы блокировать выходы. Мы считаем, что Гонзалес сгорел. Несколько офицеров, а также Рид подтверждают эту историю. Он лично сделал заявление о смерти Гонзалеса.
Я долго молчу после того, как она закончила. По-прежнему нереально, что он исчез.
— Как насчет наркотиков? Органов? — спрашиваю я.
— Все сгорело. Мы арестовали нескольких мужчин и многие из них готовы сотрудничать и предоставить имена в обмен на сделку. — Агент Эймс протягивает свою руку к моей. — Мы уничтожили голову змеи, мисс Хендрикс. Теперь мы только находим остальное ее тело.
— Нам жаль, что вы не доверяли правоохранительным органам, чтобы сразу прийти к нам, — продолжает агент Калдуэлл. — Мы надеемся, что то, что мы сделали, показало вам, что есть сотрудники, которые следуют закону, и они здесь, чтобы защитить общество. Те, которые этого не делают, —ее голос становится холодным, — учтены, и их накажут в соответствии с законом.
Хорошо. Ничто не идеально и полицейские не словят всех, но новости об этом распространяться. И возможно, некоторые из них будут достаточно напуганы, чтобы прекратить свой незаконный образ жизни.
Слышу, как отодвигается стул.
— Спасибо, что нашли на нас время, мисс Хендрикс. Мы надеемся, что вы быстро и без последствий восстановитесь. Если вам что-то понадобится, пожалуйста, не стесняйтесь обращаться к нам. — Она вручает мне свою визитку, я беру ее и кладу в карман брюк. Мы пожимаем друг другу руки.
— Вы сильная женщина, — говорит она мне.
— Я выжившая. — Качаю головой.
— Герой.
Прирастаю к полу. Герой. Это звучит чуждо и тяжело, как будто это слово содержит слишком много хорошего, чего у меня нет.
— Есть много разных героев. Многие герои темные и испорченные – они выжившие. Они не умирают, даже когда они ожидают этого. — Агент Эймс улыбается мне. — До свидания, мисс Хендрикс. — Она выходит вслед за своей напарницей. Я ошеломленно смотрю им вслед.
Иногда жизнь – пустыня. Иногда секреты не могут оставаться захороненными. Иногда ваше прошлое найдет способ выследить вас.
Когда это произойдет, вы позволите ему прийти.
Вы дадите ему отпор.
Глава 36
Я нервно дергаю за свою рубашку, недоумевая в сотый раз, почем так нервничаю. Каталась на этом мужчине верхом. Целовала его губы и чувствовала, как его мышцы сжимались над моим телом. Чувствовала его внутри себя. И вместе с ним столкнулась со смертью.