Темный пакт (СИ)

При этом я отчетливо осознавал, что против группы спецназа конфедератов у меня не было никаких аргументов. И от отчаяния, от вмиг накатившей злости на весь мир вдруг сотворил что-то похожее на поле подавления, которым остановил разъяренную княгиню совсем недавно в Елисаветграде.
Мир вокруг окрасился в серое, замелькали лоскутные всполохи мглы, а я повел рукой в сторону шагнувшего ко мне фельдшера. Боец отлетел в сторону, словно запущенный из рогатки оловянный солдатик и ударился в стену с такой силой, что там остался вмятый отпечаток фигуры.
— Я сказал стоять! — разнесся мой голос, отражаясь от стен также, как совсем недавно метался здесь истошный крик, когда конфедерат грубо снял с меня жилет подснежника.
Сам я в этот момент оказался будто у черной манящей бездны. И лишь титаническим усилием, в самый последний момент смог остановиться перед тем как нырнуть в нее. Словно всадник, сумевший поднять на дыбы коня у края глубокого каньона. Для всех остальных этот момент уместился не более чем в доли секунды, я же моментально покрылся потом — от страха того, что едва-едва не шагнул за порог опасного безумия.
Возвращаясь в яркий мир, выныривая из серой пелены, я осмотрелся. Офицер стоял чуть покачиваясь, ошеломленно открыв рот. Он смотрел на меня, сморщившись от боли и шока. Ну да, он единственный тут без шлема, а я видимо немного переборщил с голосом — из ушей конфедерата текла кровь. Откинутый в сторону фельдшер уже поднимался. Не очень уверенно, правда, но главное что жив.
— У меня остались здесь еще неоконченные дела, — с трудом сохраняя спокойный голос, заговорил я, — и мне сейчас нужна ваша помощь. Имя, звание? — обратился я к офицеру.
Спрашивая, добавил немного силы убеждения во взгляд, совсем чуть-чуть — по урокам фон Колера. Не сработало — импланты в глазах конфедерата сверкнули. Ну да, ментальная защита, кто бы сомневался. Но офицер заговорил, представившись:
— Штабс-капитан Измайлов, ССпН.
— Мы где? Высокий Град?
— Да, — вытирая текущую по скуле кровь, кратко ответил он.
Фух. Если бы находились в другом месте, было бы сложнее. Но кто знает, в городе ли еще Зоряна?
— Послушай, капитан. У меня здесь в протекторате осталось двое близких людей, и их надо забрать, — безапелляционным тоном произнес я.
Говорил так прямо, недвусмысленно намекая на свое более высокое сословное положение, специально и осознанно. В иной ситуации подобное при обращении к гвардейскому штабс-капитану армии Конфедерации могло показаться весьма глупым поступком. Но я только что едва не испепелил всех здесь присутствующих явно высокоранговой способностью, против которой не сработали щиты доспехов. Так что это придавало серьезного веса и моему мнению, и главное форме его выражения.
— У меня приказ незамедлительно доставить тебя в Конфедерацию, — только и сказал в ответ Измайлов.
Сомневаться в моем праве разговаривать с ним в подобном тоне он не стал, но и потворствовать моим желаниям явно не намеревался.
— Понимаю. Еще раз повторяю, у меня здесь — в протекторате, сейчас находится два человека, которых нам надо забрать с собой. И если мы…
Говоря, ненадолго прервался, слизнув пот с верхней губы. Солоноватый привкус — кровь что ли? Быстро провел лукой по лицу, посмотрев на пальцы. Вздрогнул, невольно передернув плечами — отлично, после того как я справился с соблазном шагнуть в манящую тьму, у меня через поры кожи не пот, а кровь выступила. Но это было совсем мгновенное отвлечение — я продолжал говорить:
— …если мы не заберем с собой моих людей, они могут умереть. И смерть — не самое плохое, что с ними может случиться.
О том, что мое внимание к Зоряне не останется незамеченным я догадался еще в те минуты, когда сидел затаившись на смотровой башенке. Если поздний старт выкупил Нидермайер, а я нахожусь на перевалочной базе, с которой меня должны доставить покупателям, вполне реально что свое раздражение моими поступками или Нидермайер, или аравийцы могут выместить также и на девчонке. Да и на датчанина могут выйти легко, учитывая наш разговор с Халидом — если сириец купится на легкие деньги. Или если его убедительно спросят серьезные люди.
— У меня приказ. Ты понимаешь это? — выпрямившись, спросил штабс-капитан, уже полностью придя в себя после зубодробительного контакта с моим полем подавления.
— Свяжись с командиром, прямо сейчас.
— Хорошая шутка, — дернул щекой Измайлов.
Ну да, они в общем-то автономно здесь, и вообще в форме с опознавательными знаками британской колониальной армии. Доставить меня домой, как догадывался, должны были через одно из независимых княжеств в Галиции, или через вольный город Корбин. Попытка же отсюда сейчас связаться с Россией, это как автограф оставить с номером части и подтвержденной электронной подписью: «здесь был штабс-капитан Измайлов, командир РГ ССпН армии РК».
Ситуация патовая, и мне нужны были аргументы. Причем очень срочно; и такие аргументы, чтобы не называть фамилии Демидова или Безбородко — что было бы возможно действенно, но весьма глупо.
Конфедераты рядом со мной уже подобрались — еще несколько секунд, и меня просто выключат, никто со мной разговаривать больше не будет. Решали мгновения — я чувствовал вокруг концентрацию внимания и присутствие еще нескольких бойцов в коридоре — щиты, ментальная защита, быстрая скоординированная атака и я просто не смогу ничего сделать.
— Через год, может быть чуть больше, я получу титул и… какую-то власть, это точно. Если сейчас вы меня вырубите, потом увезете отсюда, а мои близкие погибнут или пострадают… все свое приобретенное влияние я употреблю на то, чтобы пострадали и ваши близкие люди. И твои, капитан, и твоих бойцов. Ланнистеры всегда платят свои долги, — случайно от волнения я даже вставил цитату из своего мира, — так что мой ответ будет очень и очень жестким. Заплачу вдвойне. Уверяю вас — все что я сейчас сказал, мне совершенно не нравится, но мне придется отвечать за свои слова. Цена выполнения приказа и может быть карьеры, капитан — это жизнь и здоровье твоих близких, и близких твоих подчиненных. Ты видел мои способности сейчас, так что наверняка понимаешь, какими силами я смогу овладеть в дальнейшем. Выполняй приказ или помоги мне. Решай, капитан.
Тишина повисла такая, что я отчетливо слышал свое дыхание.
— Если твоя карьера пострадает, возьму к себе заместителем службы безопасности рода, — после недолгого раздумья добавил я.
— Почему заместителем? — глухо, из-под шлема, поинтересовался один из бойцов. Тот самый, который именовал капитана «его благородием».
— Кто ж незнакомого человека во главе личной службы безопасности сразу поставит? — удивился я.
— Имена, — прерывая на полуслове, произнес принявший решение Измайлов.
— Зоряна Смит и Гекдениз Немец. Где девушка не знаю, Немец должен быть в отеле «Будапешт» в президентском люксе. Если его там нет, не ищем и не ждем, уходим только с девчонкой. И узнать — там Немец или нет, желательно не оставляя следов.
В том, что Зоряна в протекторате, я не был уверен. И если сейчас мне скажут, что ее здесь нет, придется поверить. А после проверить: в то, что я говорил капитану, мне приходилось верить самому. И, как это не было бы неприятно, пришлось бы действительно отвечать за свои слова в будущем. При условии, конечно, что я действительно добьюсь хоть какого-то влияния или власти.
К счастью, Измайлов решил рискнуть карьерой — он-то мне точно поверил, особенно после того что я исполнил с полем подавления.
— Слышали? Работаем, — коротко обернулся штабс-капитан к бойцу, который до этого сообщил о карете. Конфедерат стремительно выбежал из кабинета, а капитан уже коротким, говорящим жестом показал фельдшеру на одно из тел в легкой броне.
Несколько быстрых манипуляций, и медик вскрыл управляющий блок доспеха, воткнув туда обманку. Брызнул сноп искр, тело дернулось, но все было в порядке вещей — мгновениями позже медик начал избавлять охранника от брони, перебрасывая мне элементы легкого доспеха.