Темный пакт (СИ)

— Ну что ж, Артур Сергеевич. Добро пожаловать в новую жизнь.
  
Глава 7
 
Пробуждение в первый самостоятельный день новой жизни оказалось неожиданным. Уж очень неожиданным.
Проснулся оттого, что в ванной комнате кто-то громко избавлялся от содержимого желудка. Полежав немного, не совсем понимая — чудятся мне звуки или слышатся на самом деле, отрыл глаза.
Да, нахожусь все там же — в выделенной мне комнате загородной усадьбы Юсуповых-Штейнберг под Елисаветградом, куда прибыл вчера вечером. Приподнявшись на кровати я — сквозь предрассветный полумрак, всмотрелся в дальний угол комнаты. Дверь ванной оказалась приоткрыта, и оттуда с новой силой начали раздаваться изгоняющие внутренних демонов заклинания.
Судя по интонациям и тональности звуков, перемещаемых едва слышными стонами и тяжелым дыханием, кто-то очень сильно перепил. И этот кто-то был женского пола — услышал я болезненный протяжный возглас, сопровождавший звучный шлепок тела о кафель. Видимо, смена позиции у белого трона не удалась.
Желание узнать кто находится в ванной комнате отсутствовало. Категорически — ну блюет и блюет кто-то, пусть его. Ее, вернее. Главное, чтобы убралась за собой — закрыл я голову подушкой и перевернулся на другой бок.
Полежал не более минуты — сон не шел. Тело молодое, сил полно — и даже несколько часов сна оказалось достаточно для того чтобы вновь почувствовать себя свежим и бодрым.
Несомненный плюс — я ведь уже напрочь забыл, как это — проводить по двое-трое суток на ногах, не теряя времени на сон, потому что оно слишком дорого. Причем без потери тонуса, наслаждаясь жизнью. Единственный момент, с которым не мог свыкнуться в новой ипостаси — телосложение; непривычно низкий рост, тоненькие, как тростинки, руки ноги. В связи с этим испытывал определенные неудобства рассинхронизации — вчера, к примеру, долго пытался открыть дверь, машинально вместо ручки хватая воздух. Раза с пятого только получилось.
Доведенные до автоматизма движения сбоили — так бывает, когда едешь на машине с ручной коробкой передач и переключая скорость начинаешь думать о своих действиях и не можешь вспомнить, с какой передачи снял, а какую надо включить. Приходилось привыкать заново двигаться и ориентироваться в пространстве — к примеру, не пригибаясь там, где так и так прошел бы в своем новом теле.
Откинув в сторону подушку, я лег на спину. Закинув руки за голову и абстрагировавшись от неприятных звуков из ванной, всмотрелся в лепнину потолка, вспоминая.
Прибыл в усадьбу я вчера, поздним вечером. Встретили меня… как дорогого гостя. Внешне. На деле, буквально кожей чувствовал исходящее от княгини презрение. Анна Николаевна — невысокая, статная женщина, показалась лишь на пару минут, чинно поздоровавшись и после перепоручив меня прислуге.
Княгиня при встрече со мной улыбалась очень приветливо, при этом глядя как на полное ничтожество. Тоже уметь надо, плюсик ей. Хотя, о чем это я — у аристократов подобные навыки с молоком впитываются, без этого в высшем свете свою нишу не занять.
Вспоминая мимолетную встречу с княгиней, размышлял. Опять же, различие в восприятии мира мной и Олегом. Если бы сам парень был здесь, он наверняка принимал бы происходящее близко к сердцу. Мне же холодное презрение, даже нескрываемое омерзение княгини было из разряда «ехало-болело».
Более того — я ее прекрасно понимал. В некотором роде даже сочувствовал — родовая иерархия четко выстроена и структурирована, активы поделены, а тут всплывает завещание гульнувшего муженька, а чуть погодя и нежданчик в виде признанного бастарда. Более того, всплывает из небытия таким образом, что по высочайшему повелению княгиня обязана обеспечить радушный прием, не показывая на людях истинного ко мне отношения.
В том, что повеление высочайшее, не сомневался. Это не бахвальство, просто констатация факта — и чем раньше это признаю, тем легче будет жить. Никогда не старался завышать свои достижения, умения и заслуги, но при этом и не занижал. Даже если эти способности, в данном случае, достались мне просто по праву рождения, а не тяжелым трудом или учебой.
Да, в общем не позавидуешь Анне свет Николаевне. Но это ее головная боль и ее проблема. У меня же и своих хватает.
Последние два дня промелькнули ярким калейдоскопом. После беседы с графом Безбородко и ротмистром Демидовым я целый день проходил медицинские обследования. Череда анализов, тестов, десятки докторов — как привычных по общению и действиям, так и напоминающих экстрасенсов повадками.
Личного терминала у меня больше не было. В ходе воскрешения — когда в вихре лоскутных всполохов восстановилось мое тело, оно оказалось в дефолтном состоянии, без вживленных в левое запястье имплантов.
Линзы с проекцией мне тоже никто не предлагал. На мой вопрос ответ был дан отрицательный. Причем без пояснений — не положено. Сюрпризом стало — память явно говорила о том, что в первом мире линзы и глазные импланты дополненной реальности, интегрированные с аккаунтом в Сети, распространены повсеместно. Даже более того — у каждого гражданина и подданного был личный помощник фамильяр с ИИ — выполнявший за владельца многие обязанности гражданина, а также берущий на себя лишние заботы. Оплата коммунальных счетов, заполнение холодильника, подписки в Сети, бронирование билетов, даже сделки купли-продажи недвижимости — большинство текущих дел владельца выполнял или подготавливал фамильяр, а его хозяину оставалось только подтверждать намерения и наслаждаться жизнью.
С отсутствием доступной Сети я смирился. Понимая, что это значительно ограничивает меня в действиях — память Олега подсказала. Я уже полностью сжился с его воспоминаниями, воспринимая их полностью легко и как свои. Память со знаниями остались, а чувства и эмоции парнишки ушли. И хорошо — потому что в данной ситуации, лишившись доступа к Сети, он точно бы запаниковал. Меня же пока даже привычный по старому миру информационный голод не трогал — необработанных знаний в голове и так накопилось на неделю вперед. Не разгрести.
Покинул территорию дипломатической миссии я в этот же день. Ближе к ночи ко мне заявилось несколько сопровождающих, вручивших небольшой чемодан со сменой белья и набором одежды на все случаи жизни. После чего мы вместе с молчаливым конвоем ехали несколько часов на посольской машине. Потом закрутилась карусель пересадок — перелет на бизнес-джете с дозаправкой, вновь наглухо тонированный микроавтобус, снова частный аэродром.
Сопровождающие меня фээсбэтмены менялись, но все были неуловимо похожи друг на друга — телосложение, пластика движений, даже рост одинаковый. «Генетический паспорт» — вспомнил я услышанную фразу, рассматривая очередных конвоиров, похожих как братья из ларца.
В ночной беспокойной полудреме в голову лезли самые разные мысли. К примеру о том, что в полки лейб-гвардии Российской Империи новобранцев отбирали по внешнему виду. В Семеновский — высоких голубоглазых блондинов, блондинов невысоких и курносых(!) в Павловский, брюнетов покрасивее лицом в Измайловский, пострашнее — в Гренадерский, а допустим в Московский полк забирали рыжих.
Традиции отбора сохранились? Или просто совпадение, что за неполные восемь часов все сопровождающие меня нижние чины ФСБ одинаковы ростом, манерой поведения и телосложением? А если не совпадение, то их отбирают при приеме на службу, специально выращивают или уже корректируют хирургически после отбора?
«Генетика. Евгеника» — вспомнил я слова Астерота. «Генетический паспорт» — как вживую прозвучал обрывок фразы Демидова из недавнего разговора. «…уже в шестидесятых годах двадцатого века уровень жизни этого измерения достиг…» — вновь Астерот.
Я попал в сословный мир, в котором не было слома колониальной системы. Это уже самостоятельный вывод, тут же продолженный логической цепочкой: при непрекращающихся локальных конфликтах войне по всей периферии первого мира здесь не было великих потрясений. И здесь невозможно перемещение по социальной лестнице так, как у нас — когда в двадцать ты продаешь ваучеры у проходной завода, а в сорок уже решаешь, как будет жить страна. Вернее, возможно — но не на потоке.