Статус "D" (СИ)

Капсул было восемь, все заняты. Рядом толпилось еще несколько человек, сплошь молодежь едва ли старше меня. Они что-то горячо обсуждали между собой, время от времени поглядывая на информационные табло над капсулами. Там высвечивалось несколько строчек данных о статусе и крупно — таймер с обратным отсчетом, видимо, показывающий, сколько осталось до конца сеанса.
Джулию дружно проводили взглядом, кто-то из парней даже с ней поздоровался, отвесив шутливый поклон со сложенными перед собой ладонями.
Мы прошли к лифтам.
— Сколько стоит сеанс? — спросил я, кивнув в сторону игрового зала.
— Это бесплатные. Но в прошивку установлено ограничение — не больше двух часов в сутки на человека. Чтобы подолгу не занимали капсулу.
— Понятно.
— Интересуешься такого рода развлечениями? Этого нет в досье.
Я пожал плечами.
— Не пробовал просто.
— Попробуй, — неожиданно согласилась Джулия. — Сеансы в виртуальной реальности одобряются Системой.
— Почему?
— Интерактив, — коротко ответила она.
Ясно. Еще один источник информации для Системы. Система следит за всем. Куда ты ходишь, что смотришь, что ешь, что носишь, какие запросы в поисковиках делаешь. Она знает о нас порой больше, чем мы сами о себе знаем. И это меня пугало с самого детства, хотя все остальные, похоже, воспринимали это как данность. Я же старался лишний раз даже в поисковиках ничего не вбивать, чтобы не давать о себе информации.
Пожалуй, все после той истории с видео о пожарах. Система видела мои запросы, идентификационный чип считывал повышенный пульс при просмотре видео. Вряд ли, конечно, этих данных было достаточно для того, чтобы диагностировать у меня нездоровую тягу к разрушениям. Для этого нужно еще и заключение живого специалиста-психолога. А Баумгартен и рад стараться.
Но, наверное, Джулия права. Если я хочу выбраться из категории D, надо постараться вписаться в систему. Давать ей больше информации, сотрудничать. Скрывать-то мне особо нечего. Я, конечно, не в восторге от этого города, от властей и от самой Системы. Но выйдите на эти улицы и попробуйте отыскать того, кто доволен.
Мы поднялись на тринадцатый и вышли почти в такой же длинный коридор, ведущий от лифта к внешней стене здания. Только здесь по сторонам располагались двери в жилые боксы. Таких коридоров здесь было четыре, они расходились во все стороны от кольцеобразного холла с шахтами лифта в середине. Стены здесь были сплошь изрисованы граффити, на полу кое-где валялся мусор. С освещением была беда — половина светильников была или разбита, или попросту не работала, да и многие оставшиеся светили неравномерно, мерцая и потрескивая.
— Уютненько, правда? — улыбнулась Джулия, пуская вперед свою пантеру.
  
Глава 6
 
Выпускника интерната из желтой зоны сложно удивить нищетой и спартанской обстановкой. Единственное, что было непривычно — это хрустящий под ногами мусор и разрисованные стены. В интернате у нас царил культ чистоты. Нас заставляли драить полы и стены по всему зданию почти каждый день, а граффити если и появлялись, то тут же закрашивались, а горе-художников ждало суровое наказание. Здесь же, кажется, всем на все было плевать — и жильцам, и тем, кто за всем этим присматривает. Это же бесплатное социальное жилье. Какой смысл наводить уют, если наверняка свалишь отсюда, едва выдастся шанс.
Двери по обе стороны коридора вели в жилые блоки, каждый на несколько небольших комнат с общим санузлом и кухней.
Мой блок носил номер 13013. Ну прямо комбо. Хорошо, что я не суеверен.
Джулия коротко постучала в поцарапанную пластиковую дверь.
— Полиция!
Открыли довольно быстро. На пороге появился крепкий взъерошенный парень лет двадцати пяти в растянутой грязноватой футболке с широким воротом и мешковатых штанах. Смуглый, черноглазый, с короткой бородкой, выбритой на щеках так, что образовывались сложные геометрические узоры. В руке он небрежно держал жестяную банку с пивом.
— Офицер Харрис, — кивнул он, широким жестом приглашая войти. — Милости прошу!
В голосе его чувствовалась легкая издевка. Смелый он, однако. Может, из-за того, что заметно пьян.
Джулия вошла внутрь, оставив пантеру у порога. Я последовал за ней, невольно столкнувшись плечами с будущим соседом — коридор был узкий и полутемный.
— Эй, полегче! — прошипел чернявый, смерив меня взглядом.
Заскрипев роликами, откатилась в сторону дверь одной из комнат, и в коридор вывались еще двое, похожих на бородатого, как братья. Только оба помоложе. Один — толстый, с выкрашенными в кислотно-зеленый цвет короткими волосами, тщательно зачесанными вверх, чтобы торчали, как иглы. Второй, наоборот, такой худющий, что футболка на нем болталась, как на вешалке.
— А что такое, офицер? Мы ничего такого не делали… — писклявым голосом запричитал толстяк. Но старший одернул его, кивком указывая на меня.
— У вас новый сосед, — пройдясь по коридору и осмотревшись, ответила Джулия. — Знакомься, Фрост. Это братья Родригесы. Рико, Мартин и Пеп.
— Эх, а я надеялся, еще девчонок подселят, — вздохнул тощий. — Одной нам маловато.
— Одна комната свободна, может, еще повезет, — вторил ему толстяк, наблюдая, как Джулия открывает опечатанную дверь моей комнаты и передает на мой ИЧ коды доступа.
Старший брат, Рико, не сводил с меня глаз, и взгляд его мне не нравился. Изучающий, мрачный. Мне тут явно не рады.
Можно подумать, я сам в восторге от этого места.
— Санузел общий на блок, кухня тоже, — пояснила Джулия. — Но холодильники в комнатах индивидуальные. У меня ты должен будешь отметиться в понедельник, с двенадцати до двадцати часов. Участок в этом же здании, на втором этаже. Не опаздывай!
— Хорошо.
— Будут какие-то вопросы — звони. А пока извини, тороплюсь.
Она направилась к выходу, и Родригесы послушно расступились перед ней. Едва она скрылась за дверями, дружно развернулись ко мне.
Я собирался закрыться в своей комнате и осмотреться, но новые соседи явно не собирались меня так просто отпускать.
Рико подошел вплотную, едва не наступая мне на носки кроссовок, и внимательно осмотрел с головы до ног. Он почти на голову ниже меня ростом, но довольно широк в плечах, крепкий, жилистый. Лицо в каких-то мелких шрамах — будто ямки после неудачно заживших болячек.
— Так значит, тебя зовут Фрост? — спросил он. — Это имя или фамилия?
— И то, и другое.
— Ха!
Он обернулся к братьям, будто приглашая их заценить офигенную шутку. Те подтянулись ближе, с интересом оглядывая меня.
От Рико явственно тянуло каким-то неприятным запахом. Смесь гнили, оплавившегося пластика, чего-то кислого. Приглядевшись, я понял, что штаны его — часть давно не стиранной робы с объемистыми карманами на бедрах. На одном из карманов краснел полустертый логотип BRC — компании, занимающейся переработкой отходов.
Ясно. Мусорщик. Братцы тоже пованивают, даже отсюда чую. Наверное, коллеги. Или просто давненько не мылись.
— Да ладно, не боись, сосед! — ухмыльнулся Рико, расслабляясь. — Мы ребята простые, правильные. Не тронем.
— Я и не боюсь, — спокойно ответил я.
Ухмылка медленно сползла с его лица.
— А чего это ты у Харрис отмечаться пойдешь? — подал голос тощий. Наверное, Мартин. — Натворил, что ли, чего?
— Да он, похоже, вообще на учете, — хмыкнул Пеп. — Иначе бы чего эта соска самолично его сюда конвоировала? Я прав, верзила? У тебя что, статус D?
Я кивнул.
— Это хреново, — недобро прищурился Рико. — Нам тут лишние проблемы не нужны, понял? Ты чего натворил-то?
— Не ваше дел..
Тот подступил ближе, пахнул мне в лицо запахом пива и каких-то соленых закусок.
— А ты чего дерзишь-то? Отвечай, когда спрашивают! За что схлопотал статус D?
Глаза его недобро прищурились, но с места он не сходил. И, пусть раньше я имел дело разве что с интернатской шпаной, этих знаний вполне хватило, чтобы понять — не представляет он реальной опасности. Тех, кого действительно стоит бояться, не пыжатся и не стращают, дыша перегаром в лицо. А бьют жестко, неожиданно, зло. И, как правило, в спину.