Чернокнижник

— Стой. — Его глаза разом пожелтели, и зрачок вытянулся.
— В чем дело? — нас догнала отставшая Одри.
— Мои ловушки нарушены, — голос напарника стал ниже. — И некоторые сработали. Оставайтесь здесь.
Он беззвучно спрыгнул на землю и пошел вдоль ограды к тайной дверце в стене. Ворота распахнулись через двадцать минут, и, судя по мрачному виду напарника, хорошие вести меня не ждали.
— Что там?
— Сам увидишь.
Увидел. Пока нас не было, дом просто разворошили, словно муравейник палкой. Казалось, в нем разбили все, что можно было разбить, вспороли постельные тюфяки, вскрыли все шкафы, комоды и разрезали обивку на банкетках и кушетках. Разворошили одежду, перевернули и раскурочили мебель, расколотили напольные вазы, и — тут я застонал и почувствовал, как взвилась внутри темная сила, — разбили бочку с черничной настойкой!
Мы застыли в гостиной, весь пол которой покрывал слой перьев, соломы, осколков и прочего трудноопределяемого мусора!
— Убью, — сквозь зубы прошипел я.
Армон бросил на меня быстрый взгляд. Напарник знал, что обычно я не стесняюсь в выражениях, а если молчу, значит, доведен до крайности. Он тихо потянул Одри в сторонку.
— Лукавый Грох! — воскликнула Одри. — Что здесь произошло? Сражение?
— Может, грабители? — предположил Армон.
Я прошел через комнату, скрипя зубами от хруста битого стекла. Поднял из мусора крышку музыкальной шкатулки, сжал в ладони.
— Это точно не воры, — Одри присела, потянула из мусора остатки старинных песочных часов, что раньше украшали каминную полку. — Ни один вор такого не сотворил бы. Мне кажется, у вас что-то искали.
— Но что? — Армон оглянулся. Сесть было некуда, все покрыто слоем грязи и мусора. — Мои ловушки сработали, но ни крови, ни трупов я не нашел.
— Зачистили, — я бросил крышку в мусор и заложил руки за спину. Напарник поднял голову.
— Ловцы?
— Возможно. Хорошо зачистили, ни крови не осталось, ни ауры. Только след магии и то слабый.
— Что они искали?
Я пожал плечами.
— Думаете, в Круге узнали, что это Лекс открывал портал в моем доме?
— Если бы у ловцов были доказательства, нас бы ждали с кандалами, — возразил Армон. — Они перевернули весь дом, но потом ушли. Уверен, что это дело рук Круга?
— Сейчас посмотрим. Помоги мне.
Я пнул остатки банкетки, и она отлетела через всю комнату, разлетевшись острыми, как иглы, щепками от вложенной мною темной силы. Одри отшатнулась в сторону, Армон рыкнул. Скрипнув зубами, я поднял ладони. Очень хотелось кого-нибудь убить, но пришлось обойтись без жертвы. Грань времени без ритуала мне не открыть, но я мог отмотать ленту событий по-другому. Этот способ был слишком опасным, чтобы прибегать к нему часто, но моя злость требовала действий. Мне нужно было знать, кто за этим стоит.
Резанул себе запястье, выкрикнул заклинание и откинул голову. Черная тварь на моем плече ожила, пробила кожу и поползла вниз, отпущенная на свободу. Она похожа на червя-паразита, давным-давно мертвая, но все еще слишком сильная. Я зову ее Ши, по имени первой девчонки, разделившей со мной койку. Они похожи, та тоже была худой и извивалась, словно змеюка. Мне было тринадцать, и я ее терпеть не мог. Так же, как и эту тварь, что живет у меня под кожей. Ши сунула узкую безглазую морду в теплую кровь, присосалась жадно. Перед глазами потемнело, но я смотрел внимательно, ловя образы на внутренней стороне век. Тварь разбухала от моей крови, становясь слишком тяжелой, запястье ныло, а я все смотрел…
— Время, Лекс, — Армон сильно встряхнул меня, возвращая в действительность. Ши разрослась до ртутного блестящего сгустка размером с мою руку, черный хвост теперь касался моего загривка. Треугольная башка попыталась укусить и напарника, но я вздохнул и выкрикнул слова, вновь загоняя ее под кожу. Рука сразу онемела так, что пальцами я не смогу пошевелить пару дней. Голова кружилась, и внутри разлилась слабость, мертвая Ши способна вытянуть всю кровь и завладеть телом, если ее не остановить вовремя. Но она живет во всех реальностях и временных гранях одновременно, и, сливаясь с ней, я могу заглянуть в прошлое.
Правда, терпеть не могу этот способ.
— Что ты увидел? — поторопил напарник.
— Ничего, — я выдавил смешок и покачал головой. — Ничего. Пусто. Плохо дело, мой ненаглядный, потому что тот, кто решил разорить меня на уборщиках, отлично владеет силой.
— Светлой?
— Не знаю, — я сел на пол, прямо в кучу какого-то тряпья. — Ничего не увидел. Все стерто, — окинул взглядом гостиную. — Подчистую. Я так не умею и даже не представляю, как это делается. И это наводит на нехорошие размышления.
Армон покачал головой.
— Думаю, нам лучше отсидеться в другом месте, Лекс. Пока все не… выяснится.
Я лег, потому что слабость не давала мне даже сидеть. И скривился. На потолке висел голый крюк, даже люстру содрали, сволочи.
— Ты прав, надо уходить…
— Я соберу все, что нам понадобится, — Армон пошел к двери. — Ну или то, что уцелело…
Одри метнулась следом за оборотнем, я хмыкнул и закрыл глаза. Правильно метнулась. Сообразила, за счет кого я намереваюсь пополнить свой резерв. Снова посмотрел на потолочный крюк. Вот теперь я точно найду того, кто это затеял. И проведу над ними самый ужасный ритуал, какой смогу вспомнить. Может, превращу в нежить и заставлю мне служить. Или буду по капле выдавливать кровь, растягивая агонию на долгое время. Или просто хорошенько набью морду. Для начала.
Успокоив себя такими мыслями, я встал и поплелся к двери.
  
ГЛАВА 9
 
Для начала мы поругались с Армоном, потому я категорически не хотел тащить Одри в наше тайное логово.
— Какое оно тайное, если показывать его… всяким? — злился я.
— Я не всякая! — взвилась девчонка.
— Да ладно? А кто ты? — уставился ей в лицо, подначивая, чтобы проболталась. Но нет, смолчала, прикусив язык. Я хмыкнул.
— Всякая, значит.
— Здесь оставаться опасно, — напарник принюхивался тревожно. — И мы лишь теряем время! А идти нам больше некуда. Или ты предпочитаешь ближайшую подворотню?
— У меня есть домик на окраине Кайера, — сердито бросила Одри. — Можете пока пожить там.
— Какая неслыханная щедрость! Особенно после того, как из-за тебя мой дом превратился в помойку!
— Я не виновата в этом! — заорала Одри.
— Заткнитесь оба и залезайте на лошадей! — прошипел Армон. — Где этот дом?
— На северной окраине, — хмуро бросила девушка и отвернулась.
— Значит, решено, — подытожил напарник и тоже пошел к лошадям.
— А мое мнение не надо спросить? — обозлился я.
— Лекс, или ты идешь с нами, или оставайся здесь!
Я подумал, а не швырнуть ли в спину Армону файер, но решил не тратить силу. Швырну потом, когда немного отойду. Впрочем, силы возвращались ко мне довольно быстро. Но пока я лишь залез в седло и дернул поводья.
* * *
Домик на окраине оказался маленьким, тесным и пыльным. Всего две комнатки, похожие на чулан, сырой подвал и чердак, на котором было невозможно стоять в полный рост.
— Отвратительно, — осмотрелся. — А куда я буду девочек приводить?
Одри презрительно фыркнула и ушла в тесную и неудобную купальню, в которой вместо нормальной каменной чаши для омовений стояла деревянная кадушка. И даже водопровода здесь не было, Армон молча прихватил ведро и отправился к колодцу. Вдвоем с хозяйкой этого гнусного местечка, которое и домом-то назвать язык не поворачивался, они навели относительный порядок. Я в процессе уборки не участвовал, хотя и не удержался от раздачи ценных указаний.
— Там пыль осталась, — указал я Одри на древний трухлявый комод, развалившись в таком же доисторическом кресле. Девушка махнула тряпкой. — Ниже. Еще ниже. Детка, ты ослепла? Там все в паутине.
— Нет здесь паутины, — возмутилась она. И все-таки сообразила, что стоит, склонившись и отставив зад, обтянутый серым платьем. Выпрямилась и бросила на меня злой взгляд. Потом швырнула тряпку в мою сторону, правда, не попала.