Восхождение (СИ)

Страус и его камарилья ушли через полчаса, оставив нас отдыхать после трудной ночи и трудной пресс-конференции. Обсуждение дальнейшей нашей жизни оставили «на потом». Номера были оплачены еще на трое суток, и мы могли не беспокоиться, что нас из них выгонят. А вот потом надо будет думать – куда деваться.
Жить в консульстве? Глупо как-то… да и позволят ли они у них жить. Но к ним, в консульство, все равно придется обратиться, это определенно. Ситуация очень даже неоднозначная, очень странная, и чтобы понять это не надо быть семи пядей во лбу.
– Что ты наделал! – замогильным голосом спросил Нестеров, глядя на меня глазами обиженного Бемби – Как ты мог?!
– Что мог? – вздохнул я, и чтобы прекратить дальнейшее нытье, предложил – давай поступим вот как: когда меня спросят, как я оказался на улице Нью-Йорка ночью, я скажу правду. Я тебя обманул, сказал, что лягу спать и никуда не пойду. А сам отправился гулять. Ты об этом ничего не знал, и сделать ничего не мог, потому что я насильно выпроводил тебя из номера, сказав, что желаю спать один, а не в твоей компании. И тебе ничего не оставалось, как отправиться в свой номер. А еще, мы с тобой скажем, что случившееся никак не бросило тени на образ советского человека. Наоборот! Мы показали на весь мир, что советский человек является защитником добра, закона и порядка. И что он всегда готов вступиться за обиженных и угнетенных. Ну как-то так, я утрирую, конечно – сам придумаешь как и что сказать. Думаю, что мысль тебе понятна. И вот теперь все информационные агентства разнесут по всему миру, как хороши советские люди, и как нехорошо на них нападать! А также на тех, кого они взяли под защиту! Сревато для агрессоров! Понял?
– Понял! – Нестеров явно приободрился, закивал головой – А что, я с этой позиции ситуацию не рассматривал! Вполне вероятно, что сработает! Я обдумаю, что именно сказать, но думаю – твою версию событий мы возьмем на вооружение!
– И кстати сказать, тут нет ни слова вранья – серьезно заявил я – именно потому наша версия самая правильная. Я действительно думаю, что мы подняли престиж Советского Союза. Скажешь, что это не так? Не скажешь. Потому что для тебя единственно правильная формула защиты – именно эта. На ней ты можешь подняться так, как тебе и не снилось. Поверь мне.
– Кстати, а что ты там за чушь нес насчет Толкиена? – хмыкнул Нестеров – Ты вообще-то знаешь, почему его не издают у нас?
– И почему?
– Потому что он анархист! Он не признает никакое государство! А нам с анархистами не по пути!
– Чушь какая! – фыркнул я – в книгах хоть слово о его анархизме есть? Так какого черта запрещать добрые, позитивные сказки?! Господи, ну что за идиотизм! Все, вали отсюда – отдыхать буду! Я всю ночь в участке сидел, не выспался. У меня голова трещит, разламывается! Спать буду.
Я ухватил Нестерова под руку и не глядя на его сопротивление, подвел к двери, открыл и вытолкнул в коридор. Тошнит меня от этих гэбэшных игрищ! Вот реально – тошнит! Неет… Союз заслуживает перестройки! Да такой перестройки, что и не снилось! Все надо ломать, все заново сшивать! Хватит ходить на кривых ногах, выпрямлять надо! Иначе и получится, как предсказывали – «Советский Союз – колосс на глиняных ногах». Так оно и получилось, увы… на глиняных ногах. Подгрызи, твари, толкнули – и рухнул великий Союз, распался на множество кусков и кусочков! Грязь, жалкие кусочки да насекомые, грызущие тело России. Не хочу этого! Сделаю все, чтобы этого не допустить!
Выпроводив Нестерова, сбросил ботинки и плюхнулся на кровать. Все! Хватит на сегодня волнений! Полежу немного, посмотрю телевизор – надо же знать, чем живет страна, ну а потом лягу спать. И никаких тебе ночных Нью-Йорков!
Само собой, никакого телевизора я не посмотрел, и проснулся только поздней ночью, чтобы… раздеться и лечь спать уже раздетым. Спал спокойно, провалившись в сон, как в колодец. За последние сутки у меня было слишком много волнений…
Разбудил меня Рон. Он объявился в десять утра по местному времени, когда я уже умывался и чистил зубы. Я открыл ему, Рон ворвался в номер и грохнул пачкой газет о журнальный столик:
– Сенсация! На первых полосах всех газет: «Русский писатель спасает двух полицейских!» «Русский писатель – окруженный тайной человек – голыми руками убивает пятерых вооруженных бандитов!» «Русский писатель, который приехал в Нью-Йорк для презентации своей новой книги, вышедшей в издательстве „Фаррар, Страус и Жиру“, защищая двух полицейских убивает пятерых гангстеров, вооруженных ножами и пистолетами». Майкл, ты чудо! Лучшей рекламы и представить нельзя! Твои книги рвут из рук продавцов! Книжные магазины открылись в девять часов утра, и твоих книг к десяти утра на полках уже нет! Новости по всем телепрограммам начались с твоей истории! Майкл, ты – наш выигрыш! Страус бегает и мочится кипятком, помчался договариваться о дополнительном тираже – тысяч пятьдесят, а то и сто! Мельком бросил мне на ходу, что звонили с «Уорнер Бразерс», интересовались твоей книгой! Ты представляешь?! Братья Уорнеры заинтересовались!
– Это хорошо… – усмехнулся я – Вот только бы еще расследование пораньше закончили. А то не дай бог превращусь из героя в обвиняемого.
– Не превратишься – отмахнулся заглянувший в ванную Рон – Все будет нормально! Ну да, придется подождать, так и что? Тут вот какое дело, на время расследования Страус снял тебе квартирку на Манхеттене, недалеко… честно сказать, господин Страус у нас немного прижимист, так что через пару дней тебе придется переехать в эту квартиру. Но ничего страшного! Поживешь там, пока расследование не закончится, а потом и полетишь домой! Если захочешь, конечно…
Рон многозначительно посмотрел на меня, но я пропустил мимо ушей это его «если захочешь». Пусть старается. Ему за это деньги платят. И похоже что из двух источников сразу. Впрочем – это было ясно с самого начала.
А после мы с Роном отправились в банк, открывать счет. Нестеров пытался пойти со мной. Само собой он не знал, что я иду в банк – я ему сказал, что хочу пройтись по магазинам, погулять, купить новые рубашки и брюки – мои-то кровью забрызганы. Так вот Нестеров порывался пойти со мной, на что я категорически не согласился. Нет уж, мне его только в банке не хватало! Мотивировал я это тем, что мы с ним договорились – я делаю то, что хочу, хожу куда хочу, а с ним потом договоримся, как у нас тут все «на самом деле было». В общем – он мне не мешает, а я не качу на него бочку. Да и что ему? Куда я денусь? Сиди в номере, да заливай свое горе дармовым виски! Благо, что все оплачено – и еда, и выпивка. Когда еще ты на такую халяву нарвешься? Точно – никогда.
Счет открыл быстро – заняло это всего час, и часть этого времени ушло на дорогу к банку. Договор на мое имя уже был готов, мне оставалось только его прочитать и подписать. Читал внимательно – мало ли чего там понаписали? Но насколько я разобрался – особых подводных камней не было, и не особых – тоже. Обычный банковский договор, похожий на все договоры, которые я видел в свое времени.
Что касается распоряжения о доставке денег моей жене через пятьдесят лет – после углубленных размышлений на тему, я не стал ничего делать. Почему? Да по одной простой причине – на самом деле, а кто мешает отдать мне эти деньги самому? Прежде убедившись, что она моя жена в этой реальности, и что дубль-Я тут является ее мужем и погиб в автомобильной катастрофе? Или исчез при автомобильной катастрофе – с этим я не разобрался. Скорее всего – исчез, иначе как бы я оказался в этом времени (или мире?) в своем обычном теле? При гибели я бы перенесся в качестве неумирающей души, а никак не в своем простреленном, не первой молодости организме.
И вот еще какая штука… а если она в этом мире не моя жена? Если изменения, которые я уже привнес в этом мир зацепили и ее, и моего дубль-Я? Какие изменения? Ну, например – я спас сотни людей от различных катастроф, и еще спасу – например, от катастрофы на чернобыльской АЭС. И как эти изменения скажутся на судьбе моей будущей жены и на моей лично? Может в этом мире моя жена мне чужой человек! Нет уж, вначале надо убедиться в обратном, и уже тогда…