Дневники чужого мира (СИ)
Как же они мне надоели! Феодалы недобитые! Шовинисты! Варвары!
Так, ладно… Надо успокоиться, а то наделаю дел, устрою индюку первую брачную Варфоломеевскую ночь и, заодно, Утро Стрелецкой Казни! Он у меня получит!
Отвлечься бы мне… А то стану вдовой до свадьбы. Напишу-ка я рецептик, потому как стихи на ум сплошь нецензурные приходят.
Медовик.
1 стакан сахара;
3 ст. ложки молока;
1 яйцо;
2 ст. ложки меда;
ванилин (не обязательно);
1ч. ложка соды, погашенной уксусом.
Все смешать, поставить на паровую баню примерно на пятнадцать минут, помешивая, пока вся смесь не станет пышной.
После этого, сняв с паровой бани, добавить 3 стакана муки и сразу замесить тесто. Разделить полученное на семь шариков и быстро раскатать тесто как на лапшу в круг или квадрат. Толщина коржей должна составлять 4–5 мм.
Выпекать в духовке до золотистого цвета. Время выпекания составляет около пяти минут.
У меня всегда получается не семь, а восемь-девять коржей, потому, что раскатанное тесто я сразу обрезаю, пользуясь металлической формой подходящего диаметра, а из обрезков формирую еще пару-тройку коржей, причем последний всегда некондиционный (маленький, кривенький).
Охладив коржи, собираю торт. Его можно промазать кремом на манке, но я предпочитаю смешать сметану с сахарной пудрой (на 400гр сметаны 200гр сахарной пудры), сверху посыпаю крошками, которые получаю, раскрошив некондиционный коржик.
И еще, остывая коржи становятся очень твердыми, это нормально. Изначально они похожи на сухари, а потому могут хранится до месяца. Так что если есть время или желание, их можно напечь заранее, а потом только смазать кремом и поставить на холод. Через несколько часов часов нежнейший медовик будет готов.
Глава двадцать вторая
К тому времени, как вернулись мужчины, Катя пребывала в состоянии плохо контролируемого бешенства. Мудрая Лиззи, заметив в каком состоянии находится ее хозяйка, поспешила оставить ее в одиночестве, дабы не попасть под горячую руку. Марк, рискнувший разыскивать хозяина в опочивальне племянницы, получил строгое взыскание, а кухарке, надумавшей уточнить у молодой госпожи что-то касающееся обеда, было предложено подождать лэру Кинли.
— Бэлла, ты готова? — окликнул стоящую у окна племянницу лэрд Глэйв.
— Да, дядюшка, — не поворачиваясь, ответила она.
— А где твоя горничная? А вещи? — не унимался родственник.
— Лиззи в людской, вещи в гардеробной, — коротко ответила Катя.
— Так зови ее, котенок, — поторопил жених.
Послушно дернув за сонетку звонка, Катерина по-прежнему смотрела на осенний сад.
— Аруни, что случилось за те полчаса, пока меня не было?
— Ровным счетом ничего, — спокойно ответила девушка.
— Не обращай внимания, Алекс, — посоветовал лэрд Глэйв. — Это обычные бабские, то есть женские, — тут же поправился он, — заскоки, вернее нежные движения тонкой девичьей души, недоступные нашему мужскому пониманию.
— Это у вашей Лидии заскоки, — сочла нужным пояснить Катя, — от жадности и двусмысленного положения в доме.
— Поговори мне, — тут же рыкнул Тео.
— Аруни, — герцог приблизился к невесте вплотную, — вы ничего не хотите мне рассказать?
— Нет, — Катя пожала тоненькими плечами, с трудом сдерживаясь, чтобы не заорать. Желание сорвать эту скоропалительную свадьбу становилось непреодолимым. Только понимание того, в какой реальности она находится, заставляло молчать и подчиняться.
О чем только не передумала Катерина, стоя у окна, какими словами себя не отругала. Зачем она в который раз поперлась в этот домик? Потерпеть не могла? Вот и получай теперь тайное супружество! Наблюдай, как очередная Опалин вьется вокруг твоего мужа, а ты должна молчать и улыбаться. 'Так, стоп!' — остановила себя Катя. 'Так можно до глупостей додуматься. Или ты считаешь, милочка, что развязных особ остановит известие о том, что герцог женат? Совсем что ли последние мозги от любви потеряла? Хочешь свадьбу сорвать? Изволь, пара фраз, и ты свободна. Опозорена, одинока, но свободна. Хочешь этого? Нет? Тогда успокоилась быстро, улыбнулась и пошла под венец. А в качестве моральной компенсации можешь немножко помотать этим феодалам нервы или не немножко, как получится. Так что вперед на танки!' — подбодрила себя Катерина Пална, разжимая побелевшие пальцы, судорожно вцепившиеся в подоконник.
— Не волнуйся, котенок, — ничего не подозревающий о демонах воющих у нее в душе, жених мягко, но уверенно завладел девичьей ладошкой. — Все будет хорошо, вот увидишь.
Сдержав нервный смешок, Катя постаралась расслабиться, размышляя о влиянии юношеских гормонов на постклиматерический разум. Она позволила увлечь себя в портальный переход, привычно задремав в герцогских объятиях.
— Просыпайся, малышка, — нашел ее губы Алекс.
— Не хочу, — не обращая внимания на показные возмущения дядюшки, Катерина позволила вовлечь себя в чувственный воспламеняющий кровь поцелуй. Разом выбросив из головы все мысли, она полностью отдалась во власть умелых губ любимого, понимая, что никогда не откажется от этого мужчины не захочет, не сможет.
— Не стоит заставлять жрицу ждать, — напомнил лэрд Глэйв одинаково пьяным жениху и невесте. — Чем быстрее вы поженитесь, тем быстрее… — он посмотрел на смутившуюся Катю и улыбнулся. — Я рад за тебя, ворона моя. Ну все, — закончил с нежностями Тео, — поторопитесь в храм.
* * *Под руку с будущим мужем Катя ступила под древние своды семейного святилища. Оно было совсем небольшим и очень аскетично убранным, а еще очень светлым. Потоки солнечного света проникали в храм сквозь лишенные витражей стрельчатые окна и отражались от полированного белого мрамора, которым были отделаны стены, пол и даже высокий свод. Серебряными птицами парили тут и там кадильницы, посылая дымки воскуряемых благовоний к престолу богини. Отделанный малахитом и бирюзой, украшенный поздними цветами алтарь, был единственным ярким элементом убранства храма.
Охваченная волнением невеста вздрогнула, когда одновременно с грянувшим торжественным гимном из-за алтаря выступила высокая худощавая фигура служительницы Пресветлой. Мягко улыбнувшись взволнованной девушке, жрица начала обряд. Он был совсем коротким и безыскусным. Не было гневных проповедей и пышных речей, они не нужны Богине Матери, радующейся, что еще двое ее детей обретут счастье.
Забыв о кровожадных мыслях, Катя смотрела в любимые глаза и клялась быть верной, заботливой, внимательной женой, не оставляющей супруга в горе и радости здравии и болезни, в богатстве и бедности. 'Надо же,' — мелькнуло в голове. 'Мир другой, а клятвы те же,' — и тут же плеснуло болью воспоминание о первом муже, о Сашеньке. 'Прости меня, хороший мой, за то, что я сейчас с другим. Где бы ты ни был, милый мой, пусть тебе будет хорошо.' Она подняла наполненные слезами глаза на Алекса, и в этот момент служительница Пресветлой объявила их мужем и женой. Тотчас же на их левых запястьях появились сверкающие магической вязью брачные татуировки.
— Великая Мать благословляет вас, дети, — тепло улыбнулась женщина. — Будьте счастливы.
— Ну, чего стоите? — Тео украдкой промокнул глаза. — Целуйтесь уже!
И они конечно же послушались, а потом долго стояли, глядя друг на друга, и улыбались, не замечая ничего вокруг.
— Молодцы, — одобрил неуемный дядюшка. — И я молодец, — похвалил он сам себя, — сразу понял, что из вас выйдет прекрасная пара. Да хватит уже тут стоять, — принялся командовать лэрд. — Алекс, отдай жене подарок и веди ее в спальню.
— Тео, ты невыносим, — целуя тонкое запястье смущенной жены, констатировал герцог.
Он достал из кармана плоский футляр.
— Это тебе, котенок, — лэрд Рокк застегнул на катиной левой руке широкий усыпанный изумрудами браслет.
— Красиво, — Катя задумчиво коснулась плоских звеньев, усыпанных зелеными искрами изумрудов. — А главное, замечательно закрывает брачную татуировку.