Истинная красота (ЛП)
— Вообще-то можешь забрать его с собой. Он уходит.
Ник останавливается на полпути к двери, затем поворачивается ко мне, но я не отрываю глаз от Эмили.
— Я, блядь, никуда не пойду. — Мы смотрим друг на друга, и я слышу, что Ник в конце концов уходит. Мысленно собираясь, я готовлюсь к буре, которая вот-вот начнется.
Эмили
Я смотрю на человека, который много лет назад разбил мне сердце. Когда он вернулся, я дала ему шанс объясниться, только чтобы снова получить удар в спину. Обида, ярость, предательство и большая доза полного неверия ко всей этой ситуации бушуют во мне. Я чувствую, что близка к срыву, но стараюсь контролировать себя. Я отказываюсь показывать ему, как сильно он ранил меня снова.
— Я планировал сказать тебе.
Я фыркаю, не веря его словам.
— До или после того, как трахнешь меня?
Он со злостью сжимает зубы.
— До. Я собирался рассказать тебе все когда мы приедем сюда.
— Как удобно.
— Чего ты ждешь, Эмили? Я не видел тебя шесть лет, я не мог сказать тебе, пока не знал, в каких отношениях ты с родителями. Это большое дело. Жизнь многих людей поставлена на карту. Я должен был убедиться, что могу доверять тебе!
— Я ожидаю, что ты будешь держать свои чертовы руки при себе, а не притворяться, что тебе есть до меня дело! — Лишь от мысли о том, как он касался меня несколько часов назад, мой живот сжимается.
— Эм, детка, послушай, я...
— Не зови меня так! Мне плевать, что ты скажешь. Уходи!
— Я, блядь, не оставлю тебя. Пока не...
— Почему бы и нет? Ты делал так и раньше. — В его глазах вспыхивает чувство вины, но я не клюю на это и наконец задаю один вопрос, который хотела задать с тех самых пор, как его увидела. — Ты взял деньги?
Он зло прищуривается.
— А ты, блядь, как думаешь?
Я сглатываю, пытаясь говорить спокойно.
— В течение шести лет я говорила «нет», но теперь не знаю. Я тебя совсем не знаю. И не думаю, что когда-либо знала.
— Чушь собачья! — кричит он. — Ты, черт возьми, знаешь меня, и знаешь, что я не брал эти гребаные деньги!
— Нет, не знаю! Я больше ничего не знаю! Ты ушел, и не вернулся! — Моя боль становится очевидной, и я больше не могу сдерживать слезы. — Я говорила тебе, что люблю тебя. Как ты мог просто взять и оставить меня?
Я смотрю, как он сжимает зубы, пытаясь справиться с чувствами.
— Ты забыла, что я попросил тебя поехать со мной, Эмили, а ты ответила «нет».
Гнев начинает перекрывать мою боль.
— Это несправедливо, и ты это знаешь! Мне было семнадцать, у меня не было денег, я была слепа. У меня ничего не было...
— Я бы, блядь, позаботился о тебе! Я бы никогда не допустил, чтобы с тобой что-нибудь случилось.
— Я не хотела, чтобы ты заботился обо мне! — кричу я в ответ. — Я не хотела быть обузой. Тебя ждало будущее, а мои нужды тебя лишь сдерживали бы, но это не значит, что я не любила тебя. Я и не думала, что больше никогда не увижу тебя! — У меня перехватывает дыхание, когда я вспоминаю самое ужасное время в моей жизни. — На следующий день я часами сидела у колодца, но пришел лишь отец. Я пыталась защитить наши отношения, но он сказал мне, что заплатил тебе, а ты любезно принял деньги.
— Он, блядь, соврал тебе. Он угрожал Гектору и его семье; сказал, что закроет его бизнес или что-нибудь еще хуже. Мне сказали, если я останусь, ты тоже будешь в опасности. Мне было всего семнадцать, я не мог защитить тебя от всех! Я сделал то, что должен был сделать, чтобы ты была в безопасности. Но если ты думаешь, что уйти было легко, Эмили, ты ошибаешься!
— Ты даже не попрощался, — шепчу я. Он делает шаг ко мне, но я поднимаю руку, чтобы остановить его. Я не могу позволить ему дотронуться до меня, или я сдамся, а я не могу. Не снова.
Он разочарованно вздыхает.
— Я не мог, блядь, попрощаться. Это было слишком тяжело. Если бы снова увидел тебя или услышал бы твой голос, я бы не ушел.
Я снова выхожу из себя.
— Ну, я рада, что ты сделал прощание легче для себя! А я тем временем осталась гадать, что же случилось с мальчиком, в которого я влюбилась. Взял ли он деньги? Он использовал меня? Был ли отец прав, говоря, что я была для него просто очередной телкой? Но если тебе так было легче, то, конечно, я рада, что ты ушел без всяких объяснений!
— Что ты, блядь, хочешь, чтобы я, сказал? Что я ошибся, не сказав тебе? Хорошо, давай представим, что я пришел попрощаться и не смог уйти. Где бы сейчас был Гектор? Где были бы мы? Посмотри, на что он способен, Эмили. Все еще хуже, чем я думал, но я больше не какой-то долбаный беспомощный ребенок, и я собираюсь посадить его за все это!
Я смотрю на ненависть в его глазах и понимаю, что это месть за прошлое. Я не сомневаюсь, что ему не безразлична судьба девушек, и он хочет торжества справедливости, но дело касается его и моего отца. Я лишь его способ подобраться поближе. Я качаю головой, мое сердце болит от горя.
— Я помогу вам с Ником, — шепчу я, мне нужно закрыть вопрос до того, как разрыдаюсь перед ним.
Он с облегчением вздыхает.
— Спасибо.
— Я делаю это не ради вас. А ради девочек. Я покончила с твоими играми, Райдер. Я просто... покончила со всем этим. — С этими последними словами я быстро ухожу, игнорируя его, когда он зовет меня. Оказавшись в своей комнате, я позволяю чувствам выплеснуться. Зарываюсь лицом в подушку, чтобы заглушить рыдания. Саммер прыгает, устраиваясь рядом, и словно обнимает меня, носом потираясь о мою влажную щеку. Вскоре усталость накрывает меня, и я поддаюсь ей, не желая больше чувствовать боль.
Глава 14
Райдер
Следующим утром я лежу на самом неудобном диване, на котором когда-либо спал, в голове полно мыслей, а сердце ноет после вчерашней перепалки с Эмили.
«Я сказала, что люблю тебя. Как ты мог так просто взять и уехать?»
Я не спал ни секунды, не в силах выбросить из головы выражение ее убитого горем лица. Я думал, что узнав правду о том, что произошло все эти годы назад, она поймет, но я ранил ее сильнее, чем осозновал, особенно когда не попрощался. Не удивительно, что ее старик сказал, будто я взял деньги. Я предвидел такой поступок, и, честно говоря, часть меня надеялась, что она поверит в это. Потому что было бы легче, если бы она ненавидела меня, чем любила меня, но она знала, что я их не брал. Она всегда видела во мне больше, чем кто-либо другой. Что лишь заставляет меня чувствовать себя настоящим уродом.
Я всю ночь размышлял о прошлом, но каждый раз, когда думал о том, что случилось бы, если бы я остался, понимал, что сделал все правильно. Но я должен был попрощаться с ней. Как тяжело не было бы, она заслуживала объяснения, и я буду сожалеть об этом решении до конца своей жизни.
Я снова слышу движение в коридоре, как и час назад. Она проснулась и отправилась в душ, а я представлял ее под горячими струями воды. Мне потребовалась каждая унция контроля, чтобы не войти туда, не наклониться и не сделать то, что мне не терпелось сделать с тех пор, как снова ее увидел. Черт, что я хотел сделать с ней последние шесть лет. С того времени я больше ни с кем не встречался. Трахался — да, вступал в отношения — нет. Но секс никогда не приносил удовлетворения, потому что они не пахли, как Эмили, и на вкус были иначе, с ними все было по-другому.
Да, я вернулся из-за дела, но это не меняет того факта, что с того момента, как снова увидел ее, я понял, что все еще люблю ее. Она единственный человек, которого я когда-либо любил. Понимаю, что она сейчас злится, но я не собираюсь от нее отказываться. Я заставлю ее простить меня и докажу ей, что она моя и всегда была моей.
Не желая больше думать об этом, я решаю встать и приготовить кофе. Взяв джинсы с пола, я надеваю их, затем смотрю на свою окровавленную рубашку и решаю оставить ее. Быстро пишу Стоуну сообщение с просьбой заехать ко мне и взять для меня кое-какую одежду. Я планирую приклеиться к Эмили как гребаный клей, пока вся эта хрень не закончится. Слишком много всего сейчас происходит и слишком много вопросов без ответа. Интуиция подсказывает, что это дело как-то связано с ней.