Дорога смертников (СИ)
Побарабанил пальцами по столешнице, глубоко вдохнул, хотел выдохнуть, но проклятый кашель сбил весь настрой. Легкие совсем износились. Нейроконструктор не торопился предоставлять ему свои разработки в области омолаживания, поэтому распорядителю игр, похоже, опять придется прибегнуть к старому проверенному методу — к замене износившихся органов на новые. Он ненавидел этот процесс, просто презирал его, но деваться было некуда. Мысли о неизбежности смерти пугали его больше всего на свете.
Кронос снова вдохнул как можно больше воздуха и медленно, с трудом борясь с желанием прокашляться, выдохнул. Все, хватит, пора покончить с тем, от чего ему все равно не скрыться.
Распорядитель турнира коснулся сенсорной панели, и в центре его кабинета возникла тощая голограмма человека с длинным крючковатым носом и хмурым, пронзительным взглядом. Руки он держал за спиной, а голову чуть наклонил вперед, словно приглядываясь к оппоненту.
— Долго же ты отвечаешь на звонок, Кронос, — холодно произнес он.
— Прошу прощения, господин первый канцлер. — Распорядитель игр вытянулся во весь рост и учтиво поклонился. — Только что завершилась первая фаза турнира. Я должен был выступить с речью и…
— Довольно! — махнул рукой тощий человек. — Тот альриец… он выжил?
— Альриец?.. Но, ваше первородство, все участники турнира являются альрийцами…
— Не строй из себя дурака, Кронос. Ты знаешь, о ком я. — Голос первого канцлера стал еще холоднее.
— Да, ваше первородство, он выжил, — выпалил распорядитель турнира, чувствуя, как от тяжести скопившегося пота ото лба начинает отслаиваться искусственная кожа.
— Значит, ты не выполнил мою просьбу.
— Нет, что вы, господин первый канцлер. Просто возникли некоторые проблемы. Но мы их решаем… уже почти решили…
— Слушай меня, Кронос, — снова перебил его. — Если ты не понимаешь, насколько опасно оставлять в живых этого альрийца, то значит, мы ошиблись, назначив тебя на эту должность.
— Нет, нет, что вы, господин первый канцлер. Я…
— Тогда почему он все еще жив?! Почему я должен обращаться к тебе лично? Может быть, в следующий раз самому императору прилететь к тебе и откланяться?..
— Нет, вы что, я не достоин такой великой чести. — В ногах Кроноса забила мелкая дрожь, руки затряслись. Стоять ровно и не шевелиться стало для него пыткой.
— Тогда выполни эту просьбу! Разве это так сложно?
— Нет, нет, конечно, нет. Я все сделаю в лучшем виде. Клянусь честью нашей великой и могущественной империи. Да хранит вселенная императора и весь его род!..
— Он не должен дожить до третьей фазы, Кронос. Ты понял меня?
— Да, ваше первородство, очень хорошо понял. Я все сделаю.
— Если ты опять подведешь империю, то лишишься своей должности. И всех привилегий, которыми мы тебя наградили.
Распорядитель игр нервно сглотнул, открыл рот, чтобы в очередной раз поклясться в верности империи, но голограмма исчезла. Он снова остался в своем кабинете один.
Обессилено плюхнулся в кресло и тяжело выдохнул. Снова накатил глубокий, выворачивающий нутро кашель, который выбил из него последние силы.
— Вторая фаза… — прошептал он, глядя неморгающими глазами в потолок. — Ты умрешь на Арене, ублюдок! Умрешь!
Конец