Право первой ночи. Танец огня (СИ)
Реймор не желал тратить слишком много времени на покорение девичьего сердца. Растопить лед благовоспитанности он собирался с помощью подарка. Оставалось решить, какого. Первым на ум приходили драгоценности. Девона, например, обожала массивные серьги с каменьями и браслеты из редкого белого золота. Но она была дамой высшего света и могла «выгуливать» свои украшения на многочисленных приемах, которые посещала с князем, а еще чаще без.
Перед мысленным взором Реймора появилась Мейден, пасущая коз в колье из розового жемчуга поверх простенького серого платьишка. Забавное зрелище. Только вот, когда за подарком явится староста, а князь не сомневался, что льстивый старичок далеко не так безобиден, как кажется на первый взгляд, до смеха ли будет Мей?
Можно было преподнести что-нибудь попроще. Скажем, шубу или сафьяновые сапожки. Но для Реймора такой выбор был в духе городского лавочника. Слишком практично и приземленно.
А вот необычный поясок в самый раз. Своего рода украшение, но не так банально, как любая друга вещь. И в то же время Реймор не сомневался, что его подарок станет предметом зависти всех женщин в селении. Наверняка пояс очень пойдет Мейден: подчеркнет тонкий стан, оттенит привлекательную смуглость. С такой вещицей при внешности пастушки и драгоценностей не нужно.
Оставалось лишь разузнать, где такой достать. Возможно, их ткут неподалеку отсюда. И даже если придется сделать небольшой крюк, оно того стоит.
* * *Местные обычаи запрещали напрямую обращаться к незамужней девушке. Единственной возможностью задать вопрос Варде был разговор во время танца.
Вооружившись приветливой улыбкой, князь направился к Аварису.
— Ваше Величество, позволите пригласить вашу дочь на танец?
— Конечно, мой друг.
Король бросил взгляд на советника, тот подал знак своему помощнику, а тот — музыкантам. Южная мелодия оборвалась, не успев начаться, и Реймор услышал знакомые ноты. Терешковель? Отлично! Пусть на родине князя этот придворный танец считался низким, зато он прекрасно располагал к общению: никаких прыжков и сложных фигур, только торжественное шествие и поклоны.
Князь обратился к Варде:
— Могу ли я надеяться, что вы удостоите меня чести потанцевать с вами?
Принцесса молча кивнула, глядя на него из-под опущенных ресниц.
— Благодарю, — с этими словами князь вывел девушку в центр зала.
Негласные правила обязывали мужчин начинать беседу с комплимента.
— У вас прекрасный вкус, — Реймор решил не ходить вокруг да около.
Варда подняла глаза, и князь в очередной раз отметил их странный цвет. Карие с зеленцой, они напоминали ему скальный мох.
— Что вы имеете в виду?
— Ваш пояс, например. Только женщина, постигшая саму суть красоты, могла выбрать такой.
— Благодарю, — на щеках принцессы заиграл румянец. — Вы очень добры.
— Позвольте узнать, откуда он у вас?
— Прислали из Марены.
— Дивный край магнолий, — сказал Реймор первое, что пришло на ум.
Варда кивнула.
— К слову, столица Марены зовется Мореной, вы знали?
Принцесса неопределенно повела плечами. Ее молчание вкупе с затуманенным взглядом, который обычно называют «с поволокой», производили на князя тягостное впечатление. Собеседница из Варды, скажем прямо, никакая.
— Ваш пояс, — Реймор снова попытался завязать непринужденную беседу. — Что за дивная ткань? Неужели шелк?
— Вы наблюдательны. Могу я спросить?
— Разумеется.
— Почему мой пояс вас так заинтересовал?
Теперь наступила очередь князя загадочно молчать. А что ему было ответить? Выше Высочество, а нет ли у вас второго такого? А то я подумал, что мог бы подарить его одной из своих селянок…
— Ревную, — Реймор понизил голос и чуть наклонился к уху принцессы. — Этой вещице позволено тесно обвить ваш стан у всех на виду.
На губах Варды застыла напряженная улыбка. Принцесса наклонила голову, будто боялась, что окружающие это заметят, и нервно хихикнула.
— Я подумал, — князь продолжил нахально врать, — что должен добыть такой же. Буду глядеть на него и вспоминать вас.
— Не хочу разочаровывать, но это невозможно.
Варда взяла себя в руки, ее лицо опять стало серьезным. О смущении девушки свидетельствовали лишь бисеринки пота, поблескивавшие на лбу.
Повисла пауза. У Реймора, обычно питавшего симпатию к немногословным женщинам, на этот раз чесался язык отпустить какую-нибудь колкость.
— Вы заблуждаетесь, для меня нет ничего невозможного.
— Открою секрет: сия, как вы выразились, вещица уникальна. Ее нашли в одном из затерянных городов. Тех, что принадлежали артего. К тому же вам пришлось бы отправиться за ней в Марену, пути до которой не меньше месяца, — Варда выделила последнее слово.
Князь был почти уверен, принцесса прикидывается неосведомленной дурочкой, чтобы его подразнить. При иных обстоятельствах он с удовольствием поддержал бы игру, но сейчас безобидная уловка только разозлила. Он обязан заполучить именно этот пояс.
— Вы правы, — Реймор изобразил смирение, — слишком далеко. Боюсь, мне ничего не остается, только умолять вас подарить мне пояс.
Девушка глянула на него с сомнением. Князь мысленно проклял женщин. Он ненавидел ритуальные пляски, но в случае с принцессой без цветистой лести, похоже, не обойтись.
— Пусть он всего лишь бледное отражение вашего совершенства, но в разлуке, милая Варда, пояс станет для меня путеводной звездой.
— Я подумаю о вашей просьбе, — в голосе девушки прозвучали игривые нотки.
Танец закончился, и Реймор проводил Варду обратно к отцу. Они обменялись любезностями, как того требовал этикет, и больше в этот вечер не разговаривали.
Скуку и раздражение князь решил спрятать под маской скорби. Пусть принцесса считает, что его печалит грядущее расставание. Глядишь, надумает перед отъездом сделать прощальный подарок.
* * *Расчет князя оказался верным: Варда как миленькая притащила ему поясок. И гораздо раньше, чем он рассчитывал.
В ночь перед отъездом Реймор не мог уснуть. Волнующие мысли о предстоящей встрече с Мейден отравляли необходимость искать вескую причину, чтобы дипломатично отказать королю Аварису в женитьбе на его дочери, и неизбежное объяснение со жрецами.
В полудреме князь услышал шаги. Кто бы ни крался по коридорам глубокой ночью, он был не один.
Сон как рукой сняло. Реймор бесшумно соскользнул с кровати, нащупав в темноте прохладную рукоять меча. Пальцы уверенно легли на гравировку: «Сын неба славен милосердием». О, да! Он не станет крушить весь дворец, а лишь нашинкует незваных гостей.
Князь распрямился, перехватив клинок поудобней. Дверь со скрипом отворилась, и на пороге появились женщины с масляными светильниками в руках.
Реймор слышал о серпентинах, таинственных наемницах с Сар-Моад, но никогда их не видел. Говорили, что убийцы магов отличались на редкость безобразной внешностью. Эти же были типичными южанками. И если судить по грузным фигурам и тяжелой поступи, не самыми молодыми.
В абсолютном молчании женщины продолжали заполнять княжеские покои, выстраиваясь вдоль стен. Последней, прижимая к груди шкатулку, вошла Варда.
— Прошу прощения, князь, — смутилась она. — Не хотела вас будить.
«И поэтому притащила с собой сразу всех нянек», — подумал Реймор, убирая меч в ножны. Он все еще стоял нагой в окружении женщин, которые в отличие от своей госпожи, не спешили прятать глаза.
— У меня к вам дело, — продолжила принцесса.
Князь готов был поклясться, что заметил, несмотря на тусклые отблески пламени, как она покраснела.
Варда передала шкатулку Реймору. Каково же было его удивление, когда внутри он обнаружил… пустоту.
— Это для пояса, — объяснила принцесса.
И снова замолчала. Видимо, дальше действовать должен был Реймор. Только вот чего от него ждут? Вероятно, это все часть какого-то ритуала: проверка жениха на сообразительность или что-то в этом духе? Поди пойми этих южан. Определенно стоило быть более внимательным, когда советник рассказывал про обычаи, царящие в королевстве Авариса.