Дерзкая подруга сестры, или Проучить тебя
Нет, ну надо еще доработать. Вяловато звучит.
Это ж он удивляет меня пока больше. Блин, прикидываться Евсею лучше удается. Но я не виновата, что он связан с детективными делишками в офисе отца. Там и нахватался. Все равно я леди, каких поискать. Сомов фигушки найдет похожую!
Чудо небывалое… Тайный парень раскрывает пассажирскую дверь и приглашает меня присесть без пинка. Сажусь и платье поправляю, там и оставляя пальцы. Сжимаю ткань от подступившего волнения.
Ох, боюсь уже ляпнуть что-то лишнее. Мой личный план: на серьезном свидании не первой сорваться. Вот и держусь.
— Как время проводила до свидания? — Евсей в дороге подкидывает мне новый странный вопрос.
Задумываюсь перед ответом. Как бы ему так сказать, что носилась по магазинам в поисках платья? Дома делала уборку, кормила гуся, болтала с Ариной и прихорашивалась перед зеркалом. Телефон чуть глазами не съела, пока он написал.
— Читала интересную книгу, — заменяю все оптом.
Внимательно слежу, ведь знаю, что Евсей должен заржать. Губы сцепил и терпит. По-моему, кто-то тоже собрался подольше оставаться серьезным.
— А как проходил твой день, Евсей? — взаимную проверочку подкидываю.
Обычно отшутился бы, мол, думал, как тебе новую ловушку поставить. А вдруг так и думал? И я уже в ловушке? Помоги-и-ите!
— Кхе-кхе, — откашливается. — Мой день складывался идеально для свершений. И даже то, что получилось купить два последних места на оперу, признак самый прекрасный.
— В ложу взял? — я просила туда, очень хотелось.
— Нет, прошу прощения у своей тайной девушки. Но в ложе места были заняты.
Наехать не могу, ведь он извинился. Для Евсея это как моему гусю в оперетте выступать. Ну и что тут поделать, если людям раньше приспичило? Придем в театр, и я посмотрю, кто такой наглый, что ложу у нас отобрал.
Начало свидания выходит неожиданным даже для меня, ровно таким, как мы и планировали. Серьезная парочка идет по ступенькам к входу в театр. Мы невозмутимо держимся. Не сбиваемся. Сомов не просит попкорн. Правда, косится на мое декольте, когда снимаю куртку в гардеробе. Но я не ору, за нос не хватаю. Леди же, что тут поделать еще.
Занимаем места в центре партера. С первого этажа обзор на все балконы и ложи хороший. Я осторожно поглядываю по сторонам в ожидании начала представления.
Звучит последний звонок, что вот-вот артисты оперы выйдут на сцену. Свет еще не погасили, и постепенно зрители занимают места.
— Мне очень нравится музыка и опера, — молчать надоедает, и я хочу блеснуть своей светскостью.
— Как я тебя понимаю, — важно кивает Евсей. — Спать не могу без оперы, только сюда и мечтаю попасть.
— Да вы что? — подключается дама с соседнего места возле Евсея. — Надо же, как вы любите искусство, молодой человек. Все реже встретишь в наше время таких…
И бла-бла-бла… понеслась ему лить в уши сироп.
А ничего, что я первая придумала оперу хвалить?
Обиженно поднимаю глаза в сторону ложи. Ну и пожалуйста.
Ой-ой! Не может быть… Почудилось?
Закрываю глаза — открываю — ничего не пропало. Все там же.
— Евсе-е-ей, — дергаю развесившего уши возле дамы парня. — Посмотри, кто нашу ложу занял! Узнаешь?
— Да чтоб меня! — он бьет себя по лбу.
Там сидят и болтают с улыбками наши родители. Мило и весело время проводят.
Всем попадосам попадос!
Помню, что мама говорила о встрече с Сомовыми. Пойдут гулять, какие-то билеты папа взял. Но я же вникала вполуха. Все мысли занял тот, кто тянет меня на пол.
— Здесь пересидим, пока выключат свет.
— Только я серьезная буду прятаться, — предупреждаю, что не сдамся.
— Думаешь, я несерьезный? Мне, между прочим, под сиденьем лучше настрой на искусство приходит, — и глазищами темными блеснул деловито. Вроде как — я круче, малявка.
Фр-р… Все сложней мне сдерживаться. Весь язык искусала. Так и тянет парочку словечек мастеру искусства зарядить.
В зале гаснет свет, и мы возвращаемся на места. Всего лишь временно становимся невидимыми для знакомых (уж слишком!) зрителей из ложи.
Евсей
Я, вообще-то, далек от оперы, как баскетбольный мяч от балерины. Но вот, сижу здесь с видом большого ценителя и пытаюсь разобрать смысл слов среди высоких нот оперных артистов.
А они завывают дай боже! Из них бы отличные вышли болельщики.
Искоса поглядываю на притихшую Лизу. Бровями пораженно двигает, глазами часто хлопает. Зная малявку, для себя отмечаю, что тоже старается вникнуть: зачем царевну лесоруб уволок?
— И как тебе, тайная девушка, нравится наше свидание?
Шепчу ей на ушко с проверкой.
— Лучшего и быть не могло. Сбылась мечта, — с придыханием произносит, складывая скромно руки на коленях.
Во дает! Ничего себе малявка в леди превратилась. Хоть бы огрызнулась разок. Тогда бы я сказал ей, кто виноват в сорванном серьезном свидании. Это буду точно не я.
— Согласен с тобой, Елизавета. Опера хотела, чтобы я к ней пришел. Идеальная встреча!
Закинуть руку на сиденье девчонки мешает договор вести себя прилично. Только мне же трудно долго усидеть. Особенно понимая, что где-то поблизости есть ложа. И не простая, а с целым отрядом родителей.
Сдуреть можно, как их сюда занесло?!
Хотя нет, с ними еще простительно. Это нас кидает из стороны в сторону. И в итоге до театра добрались. А дальше что? В библиотеке книгами шуршать?
Снова отвлекаюсь на тайную девушку.
Хм-м… Что-то она подозрительно прикрыла рот ладошкой. Плечи слегка трясутся. Неужели показали смешное, и я пропустил?
Гляжу, гляжу… Принцессы молят о пощаде, царь выбирает казнь. Рыцари носятся рядом и подпевают хором. Даже мне вот вообще не смешно.
— Скажи, что там? — пристаю к малявке, пусть делится.
— Нет, сам смотри, — не хочет и прыскает снова от смеха.
Вот же зараза такая! Ну, я ей припомню.