Ритуал

А город уже впечатлял меньше: маленький, скукоженный и все время в тени скал. После него и Мортум казался пестрым до боли в глазах. Совсем как в Тенете, тут жили все «свои». Полицейские, по какой-то причине сосланные из столицы, охрана и другой обслуживающий персонал. А еще семьи некоторых заключенных, и такое бывало. Но сам город сильно отличался от Тенета хотя бы внешним видом, в нем было больше от Низменности: темнота и узость улиц, общее ощущение небезопасности.
Мы с Янисом вышли на центральной площади и дружно поежились.
– Найдем женщину, и обратно, – распорядилась я.
Но напарник думал о своем:
– Что это за звуки? Вы слышите, альтьера?
– Конечно, я же не глухая. Вон там тюрьма, – я указала примерное направление. – Заключенные работают, оттуда звуки. Насколько помню, они строят еще один тоннель, но уже на другую сторону.
– Зачем?
– Вулканическая порода может быть очень ценной, Янис.
– Ценной в каком смысле? – насторожился он.
– Ценной для исследований. Мертвая земля у нас уже есть, а мертвая лава, она вся там. Любопытно, что она может предложить, разве нет?
– Как будто некромантии нам мало, – буркнул Янис. Но его вопросы отнюдь не иссякли: – А почему тоннелем занимаются заключенные?
Я удивленно подняла брови:
– Хочешь вызваться добровольцем?
– Иногда с вами невыносимо иметь дело, альтьера.
– Ты первый, кто на такое жалуется. Почему тоннель пробивают заключенные? Все очевидно: Роксана, ровно как и Александр, не могут находиться вдали от дворца постоянно. А заключенные могут. Они, можно сказать, заслужили сию привилегию.
Янис задумчиво кивнул, но ответ его до конца не устроил. Неудивительно, ведь я как обычно сочиняла на ходу. Все немного иначе: энергия заключенных требовала ежедневного выхода, а тоннель и впрямь мог пригодиться. Но такое объяснение точно не для моего спутника. К тому же, королева Роксана в последние годы не особо баловала публику появлением мертвых. Про Александра даже говорить не хочу, самая острая тема моей жизни.
– Знаете… в каком-то смысле я начал вас понимать, альтьера, – наконец сказал Янис.
– Так объясни мне, может и я пойму.
– Невыносимо жить в секретах.
– Да нет, нормально.
– Нет! – он отчаянно замотал головой. – Это угнетает. И особенно это угнетает хороших, честных людей.
– А, ну они-то пусть угнетаются сколько их честной душе угодно, – отмахнулась я. – Вижу, что ты собираешься возразить, но попридержи светлые мысли на обратную дорогу, будь добр, выскажешь все, когда усну. А сюда мы не за душевными разговорами пожаловали.
Янис как обычно обиженно нахохлился, но промолчал.
Я выбрала домик поприличнее и постучала в дверь.
 
Глава 23. Некромантия
Думал ли кто-то о ее воскрешении? Полагаю, да. Но она ушла, а о некромантии мы знаем наверняка: она невозможна без тела.
Альтьер Дарлан Бурхадингер. «Мертвоземье до и после: воспоминания очевидцев»

Поиски альтьеры Армфантен закончились быстро, на том же доме, в дверь которого я постучала. На первый же вопрос про альтьеру мне ответили утвердительно и предложили пройти. Мы с Янисом удивленно переглянулись и дружно шагнули через порог. Каждый раз бы так. Само приглашение как минимум означало наличие альтьеры Армфантен в живых, а ведь даже это было под сомнением. А тут вон как все легко и просто оказалось, что значит город состоит из трех улиц.
Открывшая нам дверь девушка преставилась помощницей альтьеры Бигритт и пообещала ее немедленно пригласить вниз. За неимением других дел я огляделась: обстановка более чем скромная, ничего лишнего, минимум украшений и намеков на благосостояние хозяйки дома.
Раздались шаги. По лестнице неспешно спускалась обычная на вид женщина неопределенного возраста. Высокая, статная, с высоко поднятой головой – настоящая альтьера. Но все же обычная, то есть, живая. Как все. Ни единого отличительного признака, по крайней мере, на первый взгляд. Но что-то должно быть, не зря она обитает здесь, а не в Тенете.
– Альтьера Морландер, наслышана о вас, – кивнула она мне, закончив спуск. И перевела взгляд на Яниса: – А это ваш коллега, полагаю?
– Янис Отр, – он представился сам.
Биргитт поджала и без того тонкие губы, но выглядела скорее задумчиво, чем зажато или напугано. Пока визит чужаков ее не смутил.
– Пройдемте в гостиную, поговорим там. Хотя моя гостиная может показаться вам скромной, я понимаю, что в столице привыкли к другой обстановке. Здесь, в Аннераме, все устроено немного иначе.
– Не волнуйтесь, обстановка нас не смутит, – пообещала я.
Гостиная и впрямь выглядела тоскливо, три неудобных на вид кресла и столик между ними. У стены несколько стульев, видимо, на случай, если гостей нагрянет сразу много, хотя сомневаюсь, что этот дом вообще видел других людей. Стены украшены картинами, которые вовсе не украшали, а скорее наоборот, действовали на нервы из-за избытка красных всполохов, ведь почти на всех полотнах изображался местный вулкан в момент извержения.
Мы расселись друг напротив друга. Альтьера Биргитт выпрямила спину, словно проглотила кол, и уставилась куда-то вдаль. Я не торопилась начать разговор, рассматривала сидящую передо мной женщину, пытаясь выявить хоть какие-то странности, понять, что не так. Бледность вряд ли можно назвать подозрительной, как и привычку сидеть прямо. Если все дело только в символах, оставленных ритуалом, то их надежно скрывал глухой костюм.
– Вы приехали издалека, наверняка устали, – вдруг отмерла альтьера. – Могу предложить вам ликао. Или ужин, но его придется подождать, видите ли, гостей мы с Уин сегодня не ожидали.
Не дав мне заверить, что все в порядке, альтьера продолжила:
– Полагаю, ужин будет кстати. Уин, – она обратилась куда-то в угол гостиной, —все слышала? Позаботься об этом, гости задержатся надолго, проголодаются. И еще обратная дорога, путь неблизкий. И Уин, пока не ушла: собери некоторые из моих вещей, возможно, мне тоже придется уехать на неопределенное время. Сегодня в ночь или завтра рано утром. Спасибо.
Тень из угла гостиной выскользнула из помещения, Биргитт улыбнулась уже нам:
– Честно говоря, я много лет ждала этого момента. Но он все равно застал врасплох. Иначе и быть не могло, верно?
– О каком моменте вы говорите? – осторожно спросила я.
– Вы ведь пришли не просто так. Я вас хорошо помню, альтьера Морландер. Да-да, не удивляйтесь так. Лет пять назад вы посещали Аннерам в компании Дарлана Бурхадингера, в тот день я сделала все, чтобы избежать нашей встречи. Я вас не интересовала, так что это было легко. Но вас уже тогда называли ставленницей Дарлана, чуть ли не его правой рукой, и это несмотря на юный возраст. Полагаю, ничего не изменилось с тех пор. И правая рука альтьера Бурхадингера может интересоваться моей персоной только по одной причине.