Ритуал

– Она откуда взялась, кто такая? – уточнил Дарлан. Разумеется, он Сену не узнал, времени прошло много, а к сивиллам он не слишком приглядывался, полагая, что все они на одно лицо.
– Из Храма взялась, – мрачно поделилась я. – Пришла туда с Актером.
– Что-то видела?
– Нет, да это и не столь важно… видишь ли, Актер проник в Храм с чьей-то помощью. Думаю, это кто-то из местных, кастал. Девушка усыпила сотрудников Храма, открыла засов, даже указала номера некоторых документов, которые интересовали Актера. Может, и прикрыла всю вылазку, если одна из скельт что-то увидела. Предсказания попадают к касталам, сработано чисто и гладко.
– Раз открыла засов, значит, сама находилась внутри. Найти ее плевое дело.
– Если не получится сразу, сивилла должна что-то знать.
– И отпускать ее теперь нельзя, – ожидаемо заметил Дарлан, – слишком опасно. Наговорит лишнего, и вот уже не Храм виновник задержания Актера, а ты. Это нам ни к чему.
– Думаешь, я сама не догадалась? – огрызнулась я.
– Ладно, понял. Кастала тоже найдем, вдруг пригодится уже для наших целей, будет чем зацепить. Я ведь правильно понял, ты для этого мне все рассказала?
Силы нашлись только на слабый кивок. Мне казалось, нельзя ненавидеть себя больше, чем в Храме, в момент, когда я била Хала по голове. Но вот даже утро толком не наступило, а мои грехи внезапно и как-то уж очень сильно размножились. Хала предала, Сену связала, кастал теперь окажется на заметке у Дарлана, а сама я должна закрыть глаза на прегрешения юных некромантов и на их пыточный подвал.
Дарлан вновь похлопал меня по плечу и поднялся:
– Помни, что я сказал: убийцу к ноге и сразу в Мортум.
– И только если убийца окажется правильным, все поняла.
– Уж надеюсь.
Дар ушел, забрав с собой Сену, а я так и сидела пялилась в пустоту до тех пор, пока мне не принесли завтрак. Тогда мой взгляд переместился уже на еду. Когда я наконец решила хоть что-нибудь съесть, оказалось, что все давно остыло, на каше и вовсе образовалась корка. Выпив чуть теплого ликао, я вдруг начала мерзнуть. На диване валялся плед, я накинула его на плечи, но лучше не стало.
Найти убийцу и уехать. Звучит не так сложно.
Только Дарлан не знал, что придется начинать все с начала. Убрать в сторону некромантию, перемещение бездыханного тела и подозрительных друзей. Оставить курсовую Эспена про чуму, его желание вскрыть саркофаг и смерть в тесной кладовой. И двигаться уже в другом направлении.
От озноба уже стучали зубы, плед вообще не помог. Я сходила наверх, взяла одеяло и вернулась на диван. Совсем скоро студенты опять потянутся в сторону университета. Переговорить еще раз с ректором? Нет, пожалуй, лучше с альтьером Цедеркрайцем, ведь он курировал Эспена и, если верить Хакону, именно Цедеркрайц натолкнул Эспена на мысль о Виливе. Вдруг альтьер вспомнит что-нибудь полезное?
Мне нужна горячая ванна, вот что. Стоит дойти до соседей и распорядиться.
Вместо этого я закуталась в одеяло еще плотнее. Последней моей мыслью было: «Что-то происходит…», а дальше наступила темнота.
Я оказалась в архиве. Ничего не видела, но точно знала, где я. На ощупь сделала пару шагов и уперлась в книжные полки: точно архив. Значит, вокруг множество коридоров, поворотов и почти никаких отличий даже при наличии освещения. А без него? А без него не выбраться. Стоит всего один раз повернуть не в ту сторону, как можно дойти до самого Посмертья. Почему-то именно об этом я и думала, о Посмертье. Так холодно, так сильно сдавливает грудь, что никаких сомнений: оно рядом. Один из темных коридоров приведет меня туда. Как понять, куда идти?
Мне нужна лестница, чтобы спастись. Она справа или слева? А может, позади? В каком месте архива я оказалась, как попала сюда, в кромешную темноту? Надо считать шаги. Раз, два, раз, два… до скольки считать? Я должна это помнить, раз пришла сюда. Но в голове было пусто и так же беспросветно темно, как в самом архиве. А еще очень, очень холодно. До костей просто.
– Ида, Ида!
Это коридоры шептали. Я заметалась на месте и забыла, в какую сторону шла. Да и какая разница, начну заново… главное, тут кто-то есть. Кто-то произнес мое имя, голос разошелся и настиг меня. Друг или враг? Хотя когда у меня были друзья? Слишком давно. И мы не встречались в темных коридорах.
– Ида, твою мать!
Кто-то грубо дернул меня за плечо. Я попыталась ответить, но в итоге бестолково махала руками в темноте. На самом деле в архиве никого не было. Только книги. И Посмертье рядом, зовет меня.
– Твою же мать, Иделаида! – в этот раз меня хлестали по щекам, весьма болезненно. Я пыталась отвернуться, как-то защититься, но скованные холодом руки были вялыми и чужими. – Иделаида, открой глаза!
Кое-как я это сделала и увидела перед собой обеспокоенное лицо Дарлана.
– Слава Судьям! – возликовал он и наконец перестал меня лупить.
Возвращение к реальности далось трудно. Некоторое время ушло на осознание: архив был просто сном. Каким-то образом я уснула на диване, возможно, сказалась усталость от предыдущих дней. Но диван подо мной промок насквозь, как и одеяло. Про одежду и говорить нечего. И тут я вспомнила про Дарлана.
– Ну и сволочь же ты! Облил водой спящего человека…
– Во-первых, не обливал. Во-вторых, спящего? Ты в отключке была, я уже собирался звать на помощь. Что произошло? Пустых бутылок нет… только не говори, что ходила в кабак топить чувство вины! Так, дорогая моя, поступают только слабаки. И было бы что топить, в самом деле…
Я слабо отмахнулась:
– Да иди ты.
– Я уже сходил по всем возможным направлениям, – зло ответил он, а потом подошел и сдернул с меня одеяло. Я тут же сжалась в комок, отчаянно дрожа всем телом. – Я был в Храме, затем вернулся в Мортум, даже успел поздравить принца и принцессу. Завершил дела в Мортуме, отправился сюда, сопроводил Актера до выезда из Тенета. Еще раз вернулся, уже в квартиру, хотел узнать, как далеко ты продвинулась в своем расследовании. И что увидел? Мирно спящую далеко не красавицу, которая отказывалась просыпаться.
– Одеяло верни.
– Да оно насквозь мокрое! Фу.
– Тогда другое принеси. Мне холодно.
– Ты серьезно?
Я оторвала голову от подушки и посмотрела на Дарлана. И сразу поняла, что это большая ошибка: стоило увидеть его физиономию, как к горлу стремительно подкатил неприятный ком. Кое-как я сползла с дивана и, шатаясь, побрела в сторону ближайшей ванной комнаты. Меня стошнило в первое же ведро.
– Ну и ну, – Дар, конечно, не мог упустить столь живописную картину. Всегда подозревала, что в душе он тот еще больной извращенец.
– В такие моменты девушке хотелось бы одиночества.
– Ох, Ида!