Ритуал

– Должен спросить, чем ты недовольна на этот раз, – первым отмер Хал. – Уж не тем ли, что я не выложил тебе весь план ограбления целиком? Тогда стоило задать прямой вопрос, а не устраивать представление.
– Прямые вопросы с тобой редко работают.
– А ты попробуй, – усмехнулся он.
– Хорошо, спрашиваю прямо.
– И я бы ответил, но в данный момент резко расхотелось это делать. Мне подумалось, что странно вручать тебе такой козырь, когда другой ты используешь против меня при каждой возможности.
Признаться, я несколько растерялась:
– Не понимаю, о чем ты.
– Когда я сказал, что люблю тебя, как-то не ожидал, что ты станешь тыкать меня в это носом каждый наш разговор. Нехорошо, Ида.
– Что могу сказать: переживешь, Хал.
Он рассмеялся и вдруг встал на ноги:
– Вот поэтому придется тебе побыть в неведении, любовь моя ядовитая, – он подошел ближе и наклонился ко мне, руками упираясь в подлокотники: – А теперь представь, что бы ты почувствовала, скажи тебе твой принц убираться на все четыре стороны и купить себе мужчину, чтобы разогнать тоску.
Я отвернулась, чтобы не видеть его глаз. Хал схватил меня за подбородок, вынуждая смотреть на него. Я могла оттолкнуть его руку, могла встать… да что угодно могла, но сидела, словно парализованная и не могла пошевелиться. После всего сказанного логично разойтись подальше, но он не торопился. Смотрел на меня, в его глазах читалось это невыносимое желание уйти. Но, как и в прошлый раз, желание остаться оказалось сильнее.
Хал рывком подтянул меня наверх и поцеловал. Он сдался.
Это какое-то проклятье, наваждение! Потому что я позволила поцелую продолжиться. Дыхание участилось то ли от разрывавших изнутри эмоций, то ли от близости Хала. И как бы мне хотелось сказать, что дело в установленной между нами связи, а не в том, что я, похоже, ненормальная. Ведь и до связи Актер вызывал во мне примерно те же чувства. Я таскалась в его театр, проводила с ним время и обещала себе это прекратить, но так и не смогла. Как не смогла подсыпать яд в его вино, когда выдался шанс. Чем не действие уже запущенного в жизнь пророчества. И как же удобно спихнуть все на что-то сверхъестественное!
Я закрыла глаза и пообещала себе разобраться с этим.
 
Глава 11. Он будет союзником
Нам сказали, это была сивилла. Она пряталась в Виливе у всех на виду, общалась с соседями, работала, жила, словно была человеком. И под покровом ночи творила свои страшные, немыслимые дела.
Но я знал ее с детства. И в глубине моей души навсегда останутся вопросы, сомнения. Как она могла? Почему? Как я мог не заметить? Или… или все было не так, как нам рассказали. Последний вопрос я никогда не задам вслух.
Из воспоминаний очевидца событий в деревне Вилив.

Утро не задалось совершенно. Во-первых, когда уже в который раз подряд после пробуждения видишь физиономию Актера, в душе селится не самое приятное чувство, ведь понятно: что-то в этой жизни неправильное происходит. Во-вторых, выяснилось, что Янис не дождался меня и отправился по делам в университет. И очень с этим поспешил, ведь я собиралась навестить Вилив, чтобы там осмотреться. Свежий взгляд Яниса был бы очень кстати.
И в-третьих: завтракать пришлось вдвоем с Актером, который вместо утреннего побега по делам всегда предпочитал сидеть напротив, словно никуда по жизни не торопится, и любоваться моей помятой физиономией. Стоило давно заподозрить, что Актер со странностями.
– Ты вчера упомянула, что тебе тоже интересен Храм, – вспомнил он, разглядывая меня как обычно внимательно.
– Из-за расследования.
– Убитый студент и некромантия?
– Да. Подозреваю, Храм что-то скрывает, а я сама топчусь на месте и… – я вздохнула. – Ладно, неважно. Как понимаю, в Храм мы пойдем не сегодня, так что… не хочешь составить мне компанию в другом месте?
Если Актера и удивило мое предложение, то виду он не подал.
– Конечно. Куда направляемся?
– В Вилив. Это мертвая деревушка неподалеку от Тенета.
– Слышал.
На том и сошлись. И Хал, конечно, даже не поинтересовался, зачем я вообще его куда-то позвала. А ответ прост: мне нужен напарник. Не искать же Яниса по всему университету… к тому же, Янис не совсем подходил для моих целей, если уж откровенно. На долю парня выпало и так слишком много испытаний, пусть отдохнет денек.
До Вилива мы добрались быстро. День выдался солнечным, но из-за этого деревушка выглядела еще более мрачной. Казалось, солнце никак не должно светить здесь, это неуместно и даже страшно. Вокруг пусто, гулко, много полуразрушенных домов. Вся постройка малоэтажная, улочки выложены камнем. Ветер воет так, словно это живой человек, все как рассказывал Хакон. В центре города – небольшая площадь. И тот самый саркофаг-памятник покоился ровно в центре этой площади. Гигантская каменная конструкция с многотонной плитой сверху, на ней выбиты сотни перекошенных от боли лиц. Выбиты нарочито неаккуратно, словно смазаны рукой неизвестного мастера, и поэтому от саркофага так трудно отвести взгляд.
– Жуть, – коротко прокомментировал Хал. – Ты не думай, время, проведенное с тобой мне в радость, но обязательно смотреть на это?
– Можешь отвернуться.
Он так и сделал. Подумать только, какой нежный.
Я же огляделась. Эспен приезжал сюда незадолго до смерти, его сопровождал Хакон. И у меня сложилось впечатление, что тот визит не был для Эспена единственным. Что-то в Виливе его привлекало.
Я не собиралась проходить весь путь покойного, чтобы отгадать его загадки. Но тот факт, что саркофаг интересовал парня, который умер при крайне загадочных обстоятельствах, нельзя пропустить. Оставив Хала, я подошла ближе к саркофагу. Он стоял под небольшим углом, так, чтобы жуткую художественную плиту смог разглядеть каждый желающий. Она не сползла вниз, видимо, внутри опиралась на что-то. Сдвинуть ее возможно (если вообще возможно) только в сторону, поэтому я подобралась с другого края. Солнце светило ярко, на светлом камне все сливалось и слепило глаза.
– Здесь царапина, – из-за моей спины появился Хал, похоже, ему надоело нежничать и разглядывать пустоту. Деятельный тип, куда деваться.
Я проследила за его рукой и ничего не увидела. Пришлось наклониться и эту царапину нащупать руками. Она оказалась совсем мелкой.
– Ну и зрение у тебя!
Он проигнорировал комплимент:
– А вот тут скол! – Хал огляделся и вдруг исчез, я вернулся уже с внушительной палкой: – Смотри, на конце есть потертость. Думаю, кто-то использовал ее как рычаг, – и он воткнул палку в скол, демонстрируя, как оно должно быть. Выглядело не слишком обнадеживающе, палка по сравнению с саркофагом походила на тонкую спичку.