Агент влияния (СИ)

– Итак, сегодня мы в гостях у известного русского писателя Михаила Карпофф! (Ну что за привычка всегда искажать фамилию на свой лад?! Карпов я, а не Карпофф, черти вы пиндосские!). Наши зрители помнят то грандиозное шоу, которое сэр Карпофф устроил в полицейской академии, повергнув наземь целую толпу инструкторов, а вот сейчас – мы у него в гостях, в загородном доме Майкла. Итак, Майкл, поговорим?
– Ну раз уж вы здесь – само собой, поговорим! – усмехнулся я – Только давайте вот без этих «повергнул» и все такое. Мы с ребятами неплохо провели время, несколько дружеских поединков, постреляли – это не стоит таких громких слов. Не надо обижать честных и дельных копов!
– Ну… пусть будет так! – Синди лукаво улыбнулась, мол, понимаем тебя, скромника! И оценили – После твоего триумфа в академии, в полиции что-то изменилось? Они приходили к тебе за помощью? Просили, чтобы ты их потренировал?
– Из руководства – нет, никто. Видимо, у них много других дел. А вот сами парни, с которыми я спарринговал – те были, да.
Ну не все парни, один Стив, но зачем это рассказывать? Постреляли мы с ним, и не раз. Уроки я ему дал, теперь сам пускай тренируется. И своих коллег поучит – все-таки побольше их останется в живых. Я ведь ничего такого экстраординарного и не показывал, я просто дал концепцию, указал путь. А пойдут они по нему, или нет – их дело. Мне по большому счету на то плевать. Но я не буду об этом рассказывать.
– Кстати, награду вам отдали? Призовой кадиллак?
– Отдали – я усмехнулся – Лаура на нем в магазин за продуктами ездит.
– Лаура это ваша прислуга?
– Нет. Лаура и домом управляет, и готовит, и вообще – заботится обо мне.
– О! Это ваша женщина?
– Нет. Лаура жена моего управляющего Пабло, очень хорошего парня. Но давайте поговорим о чем-то другом? О литературе, например.
– Литературе придет свой черед! Нашим зрителям интересно знать, как живет самый известный иностранный писатель в США! Есть ли у него семья, жена, любимая женщина. Есть, Майкл?
– Нет. Ни жены, ни семьи, ни любимой женщины.
– Вот как! Значит, женщины Америки могут надеяться на вашу любовь?
Ну вот что за тупые вопросы! Нет, ну я так-то понимаю – зрителей США интересует только то, что не выходит из орбиты их привычной жизни, а именно: семья, деньги, работа, дом. Будешь говорить об этом, и будет тебе успех! Но вот сейчас я точно вижу отличие советских журналистов от зарубежных. Наши бы точно поинтересовались моими «творческими планами», ввернули бы что-нибудь о литературе и все такое прочее. А тут… какие-то животные интересы! Могут ли женщины Америки рассчитывать на мою любовь?! «– Поручик Ржевский, вы любили когда-нибудь? – Да, трахался!» Тьфу. Но отвечать надо. И не так, как Ржевский.
– Ну я же мужчина, а значит – женщины могут рассчитывать на мою любовь.
– Ладно, чувствую, вы не очень любите, когда вторгаются в вашу личную жизнь, Майкл! (Как будто ты любишь, когда копаются в твоем белье, чертова кукла! Впрочем – может и любишь…) Тогда поговорим о другом. Вы прожили в США уже несколько месяцев, а конкретно – в Нью-Йорке. Скажите, что вам не нравится в Нью-Йорке? Что бы вы в нем изменили?
Что бы я изменил? Да снес бы его нахрен, когда он был еще фортом на реке Гудзон. Зря когда-то Россия признала вашу сепаратистскую шайку! Надо было помочь наглам вас разнести, вот и не было бы никаких Штатов! И не гадили бы нам всеми возможными способами!
– Грязь. Разруха. Мусор. Я спустился в метро, чтобы посмотреть, проехаться по Нью-Йорку, и видел, как люди бросают мусор прямо на рельсы подземки. При мне один мужчина взял у своего внука обертку от шоколадки и бросил ее в кучу мусора между рельсами. А другой чернокожий, молодой парень, стоял, и при всех, прилюдно мочился на рельсы прямо с перрона. Честно скажу, для меня это было шоком. Я такого в Советском Союзе представить не могу. У нас метрополитен – как музей, как дворец. И если кто-то посмеет бросить бумажку, даже не на рельсы, а на перрон – его тут же задержат и отправят в полицию. У нас она называется милиция. А если кто-то попробует помочиться вот так, прилюдно, в метро, его арестуют и возможно – посадят в тюрьму. Или как минимум, он получит огромные-преогромные неприятности – могут выгнать из института, будут проблемы на работе. Вот так. Я удивлен, что такой большой город, такая сильная и развитая страна не может справиться с хулиганством, с преступностью! Мне кажется это постыдным. Это унижение самих себя!
– И какой же ты видишь путь борьбы с преступностью? Всех преступников пристреливать на месте?
– Знаешь, и это тоже. Я вам расскажу, как наш маршал Жуков в Одессе после второй мировой войны боролся с преступностью. Знаете, кто такой Жуков? Это один из самых результативных военачальников второй мировой войны. Ну, так вот: после войны он впал в немилость у Сталина, и тот сослал его в город Одессу, командовать одесским гарнизоном. Одесса тогда была вроде вашего Нью-Йорка, который сейчас называют городом страха. По улицам пройти было нельзя без того, чтобы не ограбили и не убили. Преступность захлестнула город, и не было никакого просвета. И что делать – никто не знал. И тогда Жуков приказал начать операцию «Маскарад». По его распоряжению в Одессу со всей страны собрали военных разведчиков, боевиков, которые участвовали в операциях в тылу фашистов, и которые на своем счету имели десятки, а то и сотни уничтоженных врагов. Это были мужчины и женщины, с виду совсем обычные и никак не напоминающие тех, кем они и являлись – эффективными и безжалостными убийцами, по приказу командира готовыми уничтожить любого врага, не жалея самой своей жизни и уж точно – жизни врага. И вот, одетые в гражданскую одежду, разведчики вышли на улицы города темными вечерами, изображая из себя праздных прохожих, парочки, которые вышли подышать вечерним воздухом. И само собой – бандиты клюнули на эту приманку, попытались их ограбить. В первую же ночь были уничтожены десятки, а то и сотни ночных гангстеров! Пристрелены на месте! Разведчики промаха не давали. И жалости не знали. Уцелевшие бандиты сбежали из города. Вот так закончился разгул преступности в городе Одесса!
– Но это же незаконно! Без суда! Без следствия! Так нельзя!
– А убивать мирных граждан можно? Грабить? Насиловать? Нет, я считаю, он все сделал правильно. Если не помогают законные методы – нужно действовать так, как по справедливости. Да у вас все голливудские фильмы заполнены рассказами о том, как ваш герой вершит справедливость с кольтом в руке! Так почему вы так ужасаетесь? «Не закооонно!» «Та нельзяаа!» Можно! Если уж терпения нет никакого! У меня вообще складывается впечатление, что некоторые ваши штаты занимаются самоуничтожением. Вместо того, чтобы позволить свободным добропорядочным гражданам с оружием в руках защищать свою жизнь и свой кошелек – они делают все, чтобы обитателей этих штатов уничтожили преступники! Ведь у преступников всегда есть оружие! И для того, чтобы его иметь, им не нужна никакая лицензия! А ваши власти делают все, чтобы не дать разрешение на ношение оружия своим гражданам! Тормозят выдачу лицензий всеми доступными способами!
– Что-то ты, Майкл, преувеличиваешь… если раздать оружие всем подряд, количество преступлений с огнестрельным оружием в руках увеличится в разы! Ты предлагаешь плеснуть масла в огонь!
– Чушь. Чушь и бред! В штатах, где оружие купить не сложнее, чем хот-дог, уличная преступность практически нулевая. Бандит знает, что может поймать пулю в живот, если попробует отнять кошелек у какой-нибудь техасской старушки. Потому что у нее есть револьвер, и этот револьвер уравнял их в возможностях. Поймите, не позволяя воспользоваться своим правом на оружие, власть унижает собственных граждан. Она низводит их до уровня рабов. Ведь только рабы не могут иметь своего оружия – если только им не позволит хозяин.
– Майкл, а ведь у тебя на родине все еще хуже! Там вообще никакого оружия иметь нельзя! Так о чем ты говоришь?!
– Я говорю о ВАШЕЙ стране, ты спросила о ней. Я и отвечаю. Что касается нашей страны… да, короткоствольное и автоматическое оружие у нас под запретом. Но охотничьих ружей на руках – миллионы. Так что насчет невозможности иметь оружие вообще – это неправда. Что касается сравнения – у нас в Москве, к примеру, поздней ночью можно свободно гулять по улицам в любом квартале города, и никто вас и пальцем не тронет. За редким исключением, конечно – преступность есть и у нас. А попробуйте у вас пройтись по Нью-Йорку поздней ночью. Или сходить ночью в Центральный парк. Что будет? Вот то-то же! А если бы ваши уличные бандиты могли наткнуться на такой вот отпор – сто раз бы подумали, стоит творить безобразие, или нет.