Облом для властного или Я твой Зайчик (СИ)

Племянники с интересом, страхом и осязаемой враждебностью рассматривают потенциального конкурента за внимание мамы, а Лось просто пялится и наверняка уже разрабатывает план побега из моей квартиры.
— Привет, — наконец выдавливает из себя мужчина и испуганно вздрагивает, когда с тихим скрипом отворяется дверь кухни.
Не знаю кого он там ожидал увидеть, но отчетливо слышу судорожный облегченный вздох Лося, при виде без меры удивленной Ксюши:
— Здрасте, — с понимающей усмешкой кивает она мужчине, — Зай, я там пироги твои из духовки достала. Мне пора.
Подруга торопливо уходит, оставляя меня совершенно одну с охреневшим от такого жестокого поворота судьбы мужчиной и детьми, которые, наверняка, придумали не одну подставу для ничего не подозревающего маминого ухажера.
— А пойдемте есть ватрушки, — вдруг говорит моя маленькая принцесса Луганскому и тот, наконец, немного оттаяв несмело ей улыбается.
— Да-да пойдемте, — поспешно соглашаюсь я и торопливо подталкиваю Лося на кухню.
Напросился на сладенькое? Теперь терпи, мужик.
Глава 7
Царь.
У его сладкой сексапильной Зайки четверо детей.
Нет не так. ЧЕТВЕРО!
У Зайки, которая всего несколько минут назад безоглядно дарила ему безумные, страстные, самые крышесносные поцелуи.
Признаться, когда Алена позвала его на чай с ватрушками, Вася почувствовал себя на седьмом небе от счастья. Он уже предвкушал какой-нибудь шаловливый сюрприз в виде эротичного белья с закономерным продолжением в постели. Или на столе. Или на любой другой горизонтальной плоскости ее квартиры.
Сюрприз был на самом деле. Только совсем не тот, который грезился Васе. И он послал Луганского в психологический нокаут гораздо эффективнее всякого там белья.
Когда из комнаты появилась хорошенькая светловолосая девочка и назвала Алену мамой, он удивился, но когда вслед за ней в прихожую ввалилась целая банда мальчишек во главе с неприветливым подростком, Васе как-то поплохело. Настолько, что он пропустил удар футбольного мяча прямо в голову, от которого странно зазвенело в ушах.
Все мужик, пора спускаться с небес. Привет тебе, земные чертоги.
Он сначала подумал, что это могут быть дети ее подруги, но нет, подруга быстренько смоталась из квартиры, едва завидев мужчину.
Значит Зайкины.
Это открытие не укладывалось в голове…совсем…
Пока Луганский пытался всеми силами собрать мысли в кучку, Алена подтолкнула его к кухне, усадила на стул и скомандовала:
— Даня, ставь чайник! Сейчас будем плюшки наши пробовать.
Дети расселись по стульчикам, смиренно сложив ладошки, а сами стали исподтишка наблюдать за неожиданным гостем. Если бы не обстоятельства, то Вася наверняка бы залюбовался детками. Любопытные мартышки.
Особенно хороша была малявка. Вся такая миленькая, розовощекая, с задорными золотыми кудряшками. Сразу ясно, чья это дочь. Сходство Насти с мамой было поразительное.
Мальчишки наоборот пошли в отца. Данил тощий, темноволосый, с угловатыми чертами лица, которые донельзя обостряет пронзительный колючий взгляд.
Луганский перевел взгляд на близнецов и один тот что в желтой футболке показал ему язык, пока мама не видит, а второй гаденько захихикал.
Понятно. Это два вождя краснокожих. От них точно нужно держаться подальше.
Сделав вид, что не заметил языкастой провокации, Вася стал осматриваться. Кухня это место женщин, которое о многом может рассказать о ее хозяйке.
Уютно, хоть и тесно. Недорогой гарнитур яркого салатового цвета. Такие же задорный занавески на окне. Везде чистота. Даже на скатерти не единого пятнышка. Былые тарелочки по полочкам, чашечки с блюдечками. Вот это Зайка хозяюшка.
А уж какой аромат свежей выпечки!
Рот Луганского, несмотря на плотный обед, наполнился слюной. До того дивно пахли румяные ватрушки.
Алена заняла место рядом с ним, чуть касаясь коленом его бедра, и Вася стал потихоньку отходить от первого шока. С благодарной улыбкой принял из Зайкиных рук чашку чая, взялся за ватрушку, откусил восхитительный кусочек, открыл глаза и чуть не поперхнулся творогом.
Четыре пары глаз неотрывно наблюдали за ним. И если девочка смотрела с обычным детским любопытством, то мальчишки так, словно он у них последних кусок хлеба отнял.
«Явился мамкины плюшки жрать. Нам самим мало»
— Ты угощайся, — хлопочет возле него Зайка, подталкивая поближе вазочку с вареньем.
А у Васи ощущение такое, словно его на прицел берут и размышляют: какую часть тела отстрелить в первую очередь?
Стоит ли говорить, что аппетит пропал, а вместе с этим и пришло понимание, что он попал по самые помидоры. И понимание это в разы усиливается, когда Алена уходит в соседнюю комнату на несколько минут, оставляя его с детками один на один.
— Так это вы подарили нашей маме тот вонючий веник? — зло сверкая глазищами нагло спрашивает Данил.
У Васи от такого наезда чуть челюсть не отвисла. Не успел он и рта открыть, чтобы осадить зарвавшегося мальчишку, как малец в желтой футболке сложил руки на груди и грозно заявил:
— Мама наша! И мы не делимся! Усек?
— Да, усек? — поддакнул его близнец и состроил серьезную мину.
Но больше всех добила маленькая принцесса.
— Эй, не пугайте дядю! Из-за вас у нас никогда не будет папы, — и подарила Васе самую очаровательную улыбку на свете, — Ты же умеешь играть в лошадку?
Луганский, чувствуя, как по спине катится холодный пот, покачал головой, на что малышка совсем не обидевшись, доверительно прошептала:
— Я тебя научу.
Неизвестно чем все это закончилось, если бы на кухню в следующее мгновение не зашла Алена. Вполне возможно солом лошадки в исполнении господина Луганского.
Зайка, мгновенно оценив ситуацию, метнула на притихших деток грозный взгляд. А эти божьи одуванчики с честными глазами усердно работают челюстями и нахваливают мамкину стряпню:
— Вкуснятинка!
— Ням-ням!
— Крутые булки, ма!
Луганский прищурился, глядя в ангельские лица детишек.
Вот ведь маленькие проныры.
Вася был готов поспорить на свой «БМВ», что они не одного Зайкиного поклонника «устранили».
— Что же ты не кушаешь? — девушка мазнула взглядом по недоеденной ватрушке, — Не понравилось?
Васе показалось или в глазах пацанов мелькнули злорадные огоньки?
— Все вкусно. Я просто объелся. Перед тем как к тебе примчаться поел основательно. Я же не знал, что ты меня с такими шикарными пирогами встретишь.
Алена недоверчиво посмотрела на него, а после зарумянилась от такой завуалированной похвалы.
Один ноль в пользу Васи!
Он не смог сдержать довольной ухмылки. Самолюбие нехило грело то, что Зайке приятны его слова.
А между тем златовласая зазноба повернулась к насытившимся до отвала детям и строго сказала:
— Кто по всему залу раскидал обертки от конфет?
Мальцы понуро опустили голову.
— Уберите за собой, пожалуйста! И на кровати тоже.
Девочка и блезницы поплелись в комнату, а Данил развалившись на стуле стал сверлить Луганского неприязненным взглядом.
— Даня! — с нажимом позвала его Алена и выразительно кивнула в сторону зала.
— Я ничего не раскидывал, — нагло заявил подросток.
— А ты, как старший пойдешь и проконтролируешь процесс.
Мальчик недовольно фыркнул, но послушно поплелся следом за младшими.
«Да уж, вот это характрец» — подумал Вася, глядя вслед его тощей спине.
Алена быстро убрала в раковину грязные кружки с тарелками, смахнула крошки со скатерти и присела напротив Луганского, глядя на него с какой-то одной ей понятной грустью.
— Ты извини, — негромко произнесла она, — Они жутко ревнуют меня к любому, кто подойдет ближе, чем на три метра.
— Ален, тебе не за что извиняться, — отмахнулся мужчина, стараясь, чтобы в голосе не проскользнула тень едкой досады.
Конечно, наличие у Зайки четырех отпрысков не сильно порадовало Луганского. Дети — это трудности. И на данном этапе их отношений явно чрезмерные. Даже факт наличия почти бывшего мужа не казался теперь таким критичным. Тут Вася хотя бы мог прогнозировать ситуацию. Но вот с детьми… Тем более такими ревнивыми.