Босс знает лучше (СИ)
А еще я вспоминала мелочи. Какие-то обрывки, на которые раньше и не обратила бы внимания, а теперь... Вот он усаживает меня поудобнее в самолете, помогает разобраться с ремнем. Вот пропускает вперед или предлагает кофе. Да бог с ним, с самолетом. Не в этой же поездке он стал таким предупредительным! Ведь если вспомнить то, что было раньше...
Вот я задерживаюсь с важными документами во время обеденного перерыва, а он, глядя так строго, выпроваживает меня вон: «Инна, вы должны обедать вовремя. Падающие с ног от усталости и голода сотрудники - это совсем не то, что улучшит имидж нашего предприятия».
Или вот это: я забираю со склада бумагу для принтера, и мы с ним случайно сталкиваемся в коридоре. И он выхватывает у меня тяжелые пачки: «Вы сделаете мне большое одолжение, если впредь будете заказывать все необходимое на складе и неукоснительно требовать, чтобы это вам доставляли».
To, что я принимала за строгость, выходит, было заботой? Такой ненавязчивой, что я просто умудрялась ее не замечать? Чего еще я не замечала? Может быть, чего-то важного?
Самолет приземлился поздно, но домой я попала еще позже.
Попросила таксиста остановиться за пару кварталов и прошла пешком, хотя гулять среди ночи, волоча за собой чемодан на колесиках, наверное - не лучшая идея. Неужели дело в том, что мне просто не хочется возвращаться в дом Вадика? Я переделала в этой квартире абсолютно все, от пола до потолка - но стала ли она по-настоящему моим домом? И мужчина, с которым я прожила все это время, стал ли он мне по-настоящему близким? И что вообще такое - эта настоящая близость?
Глупости все. Просто бредовые размышления от усталости. Вот сейчас я вернусь домой, обниму своего жениха - такого привычного и родного, и вся эта нелепая история тут же выветрится из моей головы. И в самом деле, как страшный сон. Сон, который пока никак не удавалось забыть.
Я поднялась на лифте, тихонько открыла ключом дверь, вошла в привычную прихожую и замерла от неожиданности.
Дом встречал меня незнакомыми, непривычными запахами: какой-то еды, приготовленной явно не мною, и тонким сладким запахом духов. Женские духи! Даже сомнений нет - именно женские и именно духи.
Можно было бы заподозрить, что это Вадик купил себе новую туалетную воду - с таким экзотическим запахом, но он терпеть не мог сладковатых ароматов - считал их не мужскими, отдавая предпочтение таким резким, что от них иногда просто щипало в носу.
Нашарив рукой выключать на стене, я включила свет, и сердце снова болезненно екнуло: на тумбочке у овального зеркала валялась помада.
Дорогая.
В позолоченном футляре.
Не моя.
Я сбросила туфли и на негнущихся ногах пошла в спальню. А что я хотела? Разве можно возвращаться вот так вот, на день раньше и без звонка? Сразу вспомнились его задержки на работе, очередные дни рождения, корпоративные праздники, на которые меня никогда не приглашали. Мне и в голову не приходило, что Вадик может мне изменять... Может, потому и не приходило, что я сама была ему верна совершенно и абсолютно, а теперь кое-что изменилось?
Путь в спальню занял, кажется, целую вечность. Я тихонько приоткрыла дверь, заглянула, задержав дыхание, и...
17
И ничего. Вадик лежал в нашей большой постели один, все так же обняв подушку. Слезы сами собой покатились из глаз.
- Рыбонька! Ты приехала раньше? - сонно пробормотал он. - Раздевайся скорее, иди в кровать.
А я и правда, стояла как та рыбка, хватая ртом воздух и задыхаясь. Рядом с ним никого нет. Но значит ли это, что никого и не было?
А зачем гадать и мучиться? Я спросила:
- Вадик. У нас пахнет духами и в прихожей помада... Скажи... здесь у тебя кто-то был?
Спросила и сжалась, ожидая ответа.
А какое, собственно, я имею право устраивать ему допросы? Сама-то чем лучше? Ровненько прошлой ночью я буквально таяла в руках другого мужчины, наслаждалась его поцелуями и готова была пойти дальше, гораздо дальше... И то, что я считала, будто все это происходит во сне, ни капли меня не извиняет и не оправдывает...
- Конечно кто-то был, - Вадик обиженно шмыгнул носом. - Мама ко мне приезжала. Ты же толком еды не оставила, все закончилось в первый же день. Вот я ее и попросил, чтобы помогла... А помаду, наверное, забыла.
Я горько рассмеялась, сквозь слезы.
- Ты что, плачешь? - Вадик выбрался из-под одеяла, подскочил ко мне и заключил меня в объятия. - Милая, ты что? Это из-за помады? Что ты себе напридумывала? Ну же, перестань...
Но чем больше он меня успокаивал, тем сильнее я рыдала.
- Я так соскучился, - говорил он, прижимая меня к себе. - Знаешь, мы с мамой обсуждали нашу ситуацию. Мама считает, что жить вот так - это неправильно, нам нужно пожениться как можно скорее. Может быть, давай назначим дату свадьбы?
Я вытерла слезы. Как все-таки просто иногда бывает ответить на сложные вопросы. На те вопросы, которые еще недавно сама себе боялась задать.
- Вадик, прости пожалуйста. Но мы не назначим дату свадьбы. Ни сейчас, ни вообще. Нам нужно расстаться. Так будет лучше для нас обоих.
- Рыбонька, ну какая муха тебя укусила? Прекращай истерику.
Истерику? Вот оно что... Он не воспринимает это всерьез. Да разве я могу куда-то деться?
- Я не рыбонька. Меня зовут Инна. И я говорю совершенно серьезно. Нам нужно расстаться.
- Что? Ты это серьезно? Да я все ради тебя делал... И ты теперь вот так со мной?
- Прости. Я не могу сейчас говорить. Ты тут ни при чем. Дело во мне, честно. Я... не могу. Я просто не готова. И вообще, знаешь... - теперь мне было необходимо сказать все и сразу. - Я тебе изменила. Прости, пожалуйста... Но так вышло. Так что лучше пойду. Переночую сегодня в гостинице. Тут рядом... Прости.
Буквально вылетев из спальни, я подхватила чемодан. Все-таки чемоданы на колесиках - это прекрасно. Гостиница и правда в двух кварталах, дойду пешком. Я сунула ноги в туфли и направилась к двери.
- Стой! - раздалось за спиной.
Я с тяжелым вздохом остановилась. Только бы не начал уговаривать остаться. Кажется, я достаточно сказала, чтобы уже больше ничего не выяснять и не обсуждать. Жестоко, да, зато правда.
- Послушай, Вадик, я...
- Чемодан оставь! - изменившимся голосом сказал он.
- Что? - не поняла я, оборачиваясь.
- Что слышала. Это мой чемодан. Он куплен на мои деньги. И то, что внутри, - тоже. Или ты думаешь, что нашла дурачка? Облапошила идиота? Так вот нет! И кольцо снимай! Нет свадьбы, значит, и кольцо тебе не нужно!
Я опешила. Выпустила удобную пластиковую ручку из рук. Он это что, серьезно? Я смотрела на Вадика и не узнавала его. Презрительный взгляд, перекошенное злобой лицо.
Конечно, я могла бы поспорить. Сказать, что большая часть вещей в чемодане куплена на мои деньги. Секретарская зарплата - не золотые горы, но уж на одежду, косметику и туфли ее всегда хватало. Но представив, как мы начинаем делить содержимое чемодана, перебирая вещи, и торговаться из-за каждого лифчика, я тут же расхотела пререкаться.
- Конечно, Вадик. Носи на здоровье. - улыбнулась я.
А когда сняла с пальца кольцо и положила его на тумбочку рядом с помадой, вдруг почувствовала невероятное облегчение. Словно гора с плеч упала. И какая при этом разница, что у меня нет даже смены белья? Свобода. Это куда ценнее.
Банковская карта, кошелек, документы и телефон - все это в моей дамской сумочке. Достаточный багаж для начала новой жизни.
На самом деле я люблю гостиницы. Ночевать в гостиницах очень удобно. Гораздо удобнее, чем на складах.
18
Теперь я отлично понимала, почему мне снились эти эротические сны. Дело тут было вовсе не в боссе и не в каких-то моих к нему особенных чувствах. Видимо, просто какое-то моё бессознательное, подсознательное, сверхсознательное... в общем куда более сознательное, чем сама я, «я» пыталось не дать мне совершить роковую ошибку, которою потом навряд ли можно было бы также легко исправить.