Пробуждение цикады (СИ)

Но, как не велико было желание разделаться с теми, кто причинил боль королеве, Лартих не пошевелился. Уйти сейчас, значит нанести еще большую рану. И, улыбнувшись, он ласково спросил:
— Не составишь мне компанию за обедом?
За столом прислуживали только фрейлины королевы — Лартиху не хотелось возвращаться к суете Внешнего двора. Но Кхемара, против обыкновения, ела словно нехотя. Да и разговор не клеился.
— Что-то случилась? Ты заболела, моя королева? — встревожился король.
Кхемара прислушалась к себе и покачала головой.
— Все же, я позову целителя. Мне не нравится…
— Ничего не случилось, муж мой, — улыбнулась королева, но улыбка была похожа на увядающий цветок — в ней почти не осталось жизни.
Лартих отодвинул тарелку.
— Хорошо. Если тебя это порадует… я помилую твою любимую фрейлину… И остальных — тоже, — поторопился он добавить, заметив радостные огоньки в любимых глазах.
И едва успел удержать королеву от земного поклона — та сползла со стула, как требовал этикет при получении милости от короля.
— Прекрати. Ты же знаешь, я не желаю видеть тебя у своих ног. Хотя бы наедине забудь о церемониях!
Кхемара улыбнулась благодарно, но все так же печально.
— Да что случилось? — не выдержал Лартих, — Кхемара, жизнь моя, умоляю — ничего не скрывай от меня! Не смей переживать в одиночестве!
— Мой король, все хорошо… Теперь — все хорошо!
Королева и вправду повеселела. Муж уделил ей почти все утро и часть дня, поставив впереди государственных дел. И так старался порадовать! А ведь когда-то она его боялась…
Династический брак — дело Совета и Дома Речных камней, а никак не жениха и невесты. И Лартиха, и Кхемару просто поставили в известность. Даже увиделись молодые впервые на свадьбе, когда Наследный Принц поднял алое покрывало, закрывающее молодую жену от макушки до пяток.
Как ни странно, юный принц боялся не меньше невесты. Одно дело — дворцовые девушки, приставленные к нему для правильного воспитания и ради статуса. И совсем другое — законная жена. Для королевской семьи сама Кхемара не значила ничего, в отличие от поддержки большого Дома, который за ней стоял. Эта же поддержка была гарантией и для самой новоиспеченной Наследной Принцессы.
Но Лилит оказалась благосклонна к юной девушке, навеки покинувшей семью — Его Высочество Наследный Принц Лартих оказался благосклонен к жене. Сначала он проводил время в её покоях, подчиняясь строгому приказу отца. А после — прятался от строгой придворной жизни, полной сложных церемоний. Оказалось, рядом с Кхемарой он может быть собой. Ей был интересен Лартих, а не монументальный всесильный Наследник Дома Речных камней.
Постепенно принц понял, что сам ищет встречи. И был счастлив, узнав, что его чувства взаимны.
А уж как радовалась Кхемара! Кроме высочайшего статуса она получила то, о чем мечтают женщины тысячи миров — взаимную любовь.
И лишь отсутствие детей омрачало радость. Кхемара понимала, что король тоже не рад её бездетности, но он ни разу не упрекнул её, ни словом, ни даже намеком. И королева была готова на все, лишь бы подарить мужу Наследника чистой крови. Но гибель Наири уничтожило даже призрак надежды.
И теперь она спешила к новой Воплощенной Лилит с добрыми вестями. Но на половине дороги вернулся посыльный с сообщением, что Наири покинула Храм ради Королевской лечебницы.
В палате Тайкана поставили стол и удобное кресло — управляющий лично отчитывался о состоянии раненого. Изменений не было, состояние оставалось стабильно тяжелым, но Анна не теряла надежды — смог же столько на столбе провисеть!
Её, правда, немного смущала суета, которая поднималась каждый раз, как она приезжала в лечебницу. Анна старалась свести беспокойство к минимуму, но получалось плохо — управляющий даже и слышать не желал об отмене торжественной встречи. Приходилось торопиться в палату и закрывать двери.
— Наири, это же так утомительно!
Анна оглянулась. Королева протянула к ней руки и начала церемониальный поклон.
— Не надо! — остановила её Анна, — А что утомительно?
— Ваши ежедневные визиты сюда, Наири.
— Вы правы. Каждый раз такая кутерьма поднимается! Я тут всем уже надоела, наверное…
— Я не об этом! — ужаснулась королева. — Для вас должно быть утомительно ежедневно проделывать весь этот путь!
Анна улыбнулась, вспомнив, сколько километров накатывала за суточное дежурство.
— Я бы не сказала, что…
— Наири, почему вы не прикажете перенести раненого в Храм?
— Эйр обещал. Но что-то затягивает с переводом.
— Эйр? Рораг? — изумилась королева. — Он посмел не выполнить приказ мгновенно? Где этот негодяй?
Но Верховный рораг сегодня сопровождал короля. Рядом с Наири стоял его заместитель.
— Храм — ваш дом, госпожа. И только вы решаете, что допустимо, а что нет. Если для вашего удобства необходимо, чтобы этот раненый находился рядом с вами…
— При чем тут мое удобство, Кхемара? — удивилась Анна. — Честно говоря, мне уже кажется, что здесь условия лучше.
— При чем тут лечебница? — пожала плечами Кхемара. — Придворный целитель справится не хуже здешних, а вам не придется каждый день проделывать такой путь!
Анна задумалась. В словах королевы присутствовал здравый смысл — никаких особых приспособлений, вроде аппарата искусственного дыхания, для поддержания жизни Тайкана не использовалось, а все остальное можно обеспечить и в Храме.
— Наверное, надо комнату подготовить, и…
— Наири! — в глазах Кхемары застыло недоумение, — Вы собираетесь заняться всем этим лично? Отдайте приказ! Вы слышали? — повернулась она к застывшим целителям и рорагам, — к завтрашнему утру раненый должен быть в Храме.
Анна не спорила. Но мысленно попрощалась с уроками местной медицины — вряд ли Придворный целитель станет их проводить.
О приказе Наири тут же доложили Эйру. Тот немедленно поведал о переселении Тайкана королю.
— Я оттягивал, как мог.
Его Величество только вздохнул:
— У меня голова кругом идет. Что она придумает в следующий раз?
— Я совсем не понимаю Наири, Ваше величество. Она тратит драгоценные силы на преступника. Она окружила недостойного такой заботой, что… Воистину, люди — глупые существа, пригодные только для получения праны.
— Следи за языком, рораг! — оборвал телохранителя король, — Ты говоришь о Воплощении Великой Матери! А что до остального… Наполните Храм искусниками, пусть даже они будут самого низкого ранга. Да хоть дети рабов! Мальчики, подростки, мужчины — без разницы. И скажите им: если в течение полугода они не пробудят в Наири желание — их головы украсят главные ворота столицы. Но прежде тела преступников разорвут, привязав к диким быкам!
Анна не замечала суеты — неожиданно времени перестало хватать даже на мелочи. С утра, сразу после завтрака, она узнавала новости о Тайкане, и спешила на занятия. Она научилась чинно шествовать, держать осанку, но инкубы не отставали — упражнения на баланс становились все сложнее. И оставаться неподвижной приходилось все дольше. Только теперь столбик не вкапывали, а просто ставили на землю.
Едва отдохнув, Анна хваталась за тетрадки — Эйр выполнил пожелания, и уроки языка возобновились. Но учителем он оказался строгим — хоть и не понимал блажи Наири, но к делу подошел серьезно.
И только после обеда Анна могла пойти к Тайкану. Придворный Целитель, которого прислали из королевского дворца, уже ждал её в просторной комнате. Кровать с раненым стояла у стены, а у окна ждало удобное кресло. Анна устраивалось в нем, а целитель опускался на пол, у её ног, и изменить эту его причуду никак не получалось. После нескольких дней борьбы Анна смирилась.
Беседы с ним оказались куда интереснее, чем с управляющим Королевской лечебницей. Помимо вопросов лечения, они касались и общего устройства оказания медицинской помощи.
В Эстрайе процветала частная практика. Лечебницы популярностью не пользовались, их устраивали знатные Дома для лечения своих слуг. Бедные слои населения оказывались с болезнями один на один.