Пробуждение цикады (СИ)

— Мы говорили о её безопасности. Я просил разрешения убрать Хона.
Тайкан закашлялся, отплевываясь рисовым вином.
— Ты что же, после этого… о делах разговаривал? Ну ты даешь!
— Этот вопрос не требовал отлагательств! Хон влюблен в Наири, и в случае опасности…
— Что будет в случае опасности, этот парень уже доказал. А вот ты, капитан, кретин!
Чашка, которую Эйр сжимал в руке, разлетелась в пыль. С большим трудом рораг заставил себя остаться спокойным:
— Поясни.
— Слушай, я сам в раздрае, если честно. Анна…
— Следи за языком! — взорвался Эйр.
— Ладно, ладно! Извини. Наири. Так вот, Наири совсем не напоминает своих предшественниц. Она другая.
— Я заметил, — мрачно сообщил Эйр, доставая другую чашку.
— А раз заметил, какого ведешь себя с ней, как с обычной Наири? Ты вот был в её мире. Как там друг к друг влюбленные относятся?
— Я… не знаю! — Эйр выглядел растерянным, — Не присматривался. Другим был занят, знаешь ли!
— Ну ты даешь! — восхитился Тайкан, — Хорошо, давай вместе думать. Парочки же ты видел, так? Как они общались? Примерно так же, как наши влюбленные?
Эйр смотрел на друга, широко раскрыв глаза:
— Думаешь, я знаю, как они общаются? Я рораг!
— Рораг, — обреченно, но при этом как-то восхищенно подтвердил Тайкан, — слишком даже. Ладно, давай с другой стороны. Ты её любишь?
Вместо ответа Эйр налил себе еще. Подумал, и повторил. Потом мотнул головой:
— Нет.
— Точно? — Тайкан уже не скрывал сарказма.
— Точно! — Эйр залпом осушил очередную чашу. Потряс бутылку и достал новую, — Нельзя мне любить!
Оба замолчали, обдумывая прозвучавшие слова.
— А в гарем? Если Наири прикажет…
— Хоть в гарем, хоть к саритам на рога. Куда угодно! Одно её слово, и… Чего смотришь?
— Я уже говорил тебе, не надо самому себе врать, капитан.
— Не врать, говоришь? — хмыкнул Эйр, — А как по-другому? Смотри!
Тайкан долго разглядывал поднесенную к самым глазам руку друга. На пальце мерцало жвериндовое кольцо.
— Думаешь, оно позволит мне любить?
— А почему нет? — пожал плечами Тайкан, — Наири к твоему роду не принадлежит. Да и ты к её… Эй, куда ты… Хватит!
Он с трудом отобрал у Эйра бутылку. Тот сопротивлялся и пытался пить прямо из горлышка, пока Тайкан не толкнул на кровать. Прижатый сильными руками, Эйр смирился и заснул.
— Не любит он… Сказочник! — пробормотал, глядя на мечущегося во сне друга Тайкан.
Адьютант капитана — один из младших телохранителей — ждал за дверью.
— Командир устал. Не буди пока.
Рораг козырнул в ответ и вытянулся у двери, готовый остановить любого, кто осмелиться нарушить покой командира.
Но далеко Тайкане не ушел. Дверь распахнулась, и на пороге возник пошатывающийся Эйр:
— Эй! Я тебя не отпускал!
Адьютант деликатно потупил взгляд. А Тайкан толкнул капитана обратно в комнату:
— Раньше ты не буянил!
— Раньше я не любил!
— Эйр, тебя мотает! То люблю, то не люблю…
— Так что делать-то, а?
Тайкан долго смотрел на друга. Только один раз он видел его в таком состоянии: съежившегося, пьяного и очень жалкого — когда погибла Наири. А теперь…
— Что-что… Жить! И любить дальше!
— А… как? Я не умею, Тайкан! — в голосе Эйра слышалось столько боли!
— Не кричи! Я тоже… не умел. Но твоя Наири очень от моей отличается. Так что помочь не могу.
Тяжелый вздох выворачивал сердце наизнанку.
— Да не горюй! Чего-нибудь придумаем. Слушай, а почему бы вам просто не поговорить?
— Поговорить? — Эйр смотрел шальными глазами, — Но она же Наири!
— Ну и что? — теперь удивился Тайкан, — Из-за этого с ней и поговорить нельзя? Ладно, ты тут сиди, думай, а я пошел. Дел невпроворот!
Дел и вправду накопилось. Близился день открытия лечебницы, а Эйр напился! И все строчные дела легли на Тайкана. В том числе — сопровождение Наири.
Анна заметила отсутствие любовника. И вздохнула. Правда, сама не поняла — то ли от облегчения, то ли от разочарования. Но одно знала точно — она запуталась. И Тайкан оказался в нужном месте и в нужное время.
Первым делом Анна выставила всех фрейлин. Рораги Малого Круга и без того лишний раз в спальню не входили. Вспомнив, как в первые дни она не могла выставить их даже из спальни, Анна хихикнула.
— У Наири хорошее настроение? — не удержался от улыбки и Тайкан.
— Не знаю. Наири в растерянности. Поможешь?
— Всем, чем смогу. Но… почему выбор пал именно на меня?
— Потому что ты самый человечный из всей Эстрайи. И хотя бы пытаешься меня понять. В отличие от… некоторых.
— Буду считать это комплиментом, госпожа.
— Ага. Ну, не столбей, присаживайся. Да где угодно, мне все равно. Выпить хочешь?
Тайкан едва сдержал смешок. Потом решил не отказываться: и невежливо, сама Наири наливает, и интересно.
— Это большая честь, разделить чарку с госпожой.
— Только давай без чванства!
Бледно-розовое вино зажурчало, наполняя высокие бокалы из драгоценного стекла. Анна подхватила свой за ножку и чуть наклонила в сторону Тайкана, салютуя.
— Ну что, друг и наперсник, дашь совет старой, запутавшейся в отношениях женщине?
— Если вы мне её покажете.
— Льстец! Хотя… — Анна задумалась, — По вашим меркам я и вправду сущий младенец. Ну, тогда тебе сам… сама Лилит велела меня опекать!
— Я слушаю вас, Наири, — улыбнулся шутке Тайкан.
— Черт, — Анна поставил бокал и прошлась по комнате, — даже не знаю, с чего начать.
— С чего легче. А потом и до дела доберетесь.
— Вокруг да около предлагаешь? Нет, так не пойдет. В общем, — Анна вдохнула, как ныряльщик перед прыжком, — я влюбилась!
Тайкан помнил, чем закончилось признание Эйра, потому ждал, даже и не думая пить. И только теперь, услышав Наири, осмелился сделать глоток.
— В чем же загвоздка? Позвольте напомнить: вы — Наири.
— В этом и есть. Я не хочу держать его рядом с собой насильно. А по-другому… Подозреваю, что интересна ему только как воплощение этой вашей Лилит…
— Госпожа, — Тайкан поставил бокал на стол и заглянул в глаза Анны, — вы знаете, что совершенно не похожи на всех тех женщин, что называли Храм своим? Все Наири были другими. Поэтому… я не знаю, что ответить.
— Ну вот.
Плечи Анны поникли, спина чуть согнулась, словно под тяжестью плохих известий.
— Не надо отчаиваться. Боюсь, ваш избранник просто не умеет читать мысли. А значит, надо донести их до него другим способом.
— Поговорить?
— Поговорить.
— Ох, — забеспокоилась Анна, — боюсь, он воспримет их как приказ.
— И будет дураком. Госпожа, не только вам пришлось привыкать к окружающим. Нам тоже пришлось… не сладко. Как понять друг друга, если нельзя найти слов? Вспомните свои первые дни! И меня. Помните, каким я был?
Анна кивнула. Того зрелища она до конца жизни не забудет!
— Меня вернули к жизни ваши слова. Вы много разговаривали со мной. По поводу, и просто так. Лишь бы я не думал… И я вас услышал. Вынырнул из той пропасти. И, хотя раны до сих пор ноют, я не стремлюсь обратно.
— Рада это слышать.
— Но, кажется, я вас расстроил. Простите.
— Ничего. Лекарство чаще всего горькое. Главное, чтобы оно действовало. И… спасибо за совет.
В воздухе повисло неловкое молчание. Анна поторопилась его нарушить:
— Церемония открытия завтра?
— Да. В лечебнице к ней усиленно готовятся. Прежде такого не случалось, поэтому старательно расписывают ритуал…
— Пустое! Раз не было, значит, пусть будет, что будет! — беспечно отозвалась Анна, — Знаешь, нам нужно выпивать вместе время от времени.
Тайкан склонил голову, пряча усмешку. Ему показалось, что Эйр не одобрит подобные посиделки. Наири ничего не грозит, а вот её гостю…
  
33