Братья Карилло. Обретая надежду

Аксель, устояв на ногах, выпятил грудь и повторил:
– Я все это знаю, но я правда люблю тебя… чертовски сильно…
Этого Леви уже не выдержал. Он затрясся всем телом. Сжав кулак, парень отвел руку назад и ударил Акселя прямо в челюсть. Старший брат отшатнулся, но не ответил.
Взгляд Леви потемнел.
– Дерись со мной! Сражайся, ты, чертов слабак! – прорычал Леви и снова ударил Акселя.
Голова старшего брата откинулась назад, и парень принялся наносить удар за ударом. Действия Леви становились все более безумными. Но Аксель отказывался драться, и он закричал:
– Теперь я достаточно взрослый и могу тебе противостоять. Так что, черт возьми, дерись со мной!
Из губы Акселя потекла кровь, но он стоял, прижав руки к бокам. Лишь выговорил разбитым ртом:
– Я люблю тебя, и мне очень жаль, Леви.
Леви вновь ударил старшего брата. Теперь кровь потекла из носа Акселя, и разбитые губы стали кровоточить сильнее. Не в силах больше сдерживаться, я заплакала. Наконец, Остин метнулся вперед, но Аксель, увидев его приближение, вытянул руку, чтобы удержать брата.
– Нет! – выкрикнул он и наклонился, сплевывая кровь.
– Твою мать! – прошипел Остин, но все же встал рядом с нами… Он разрывался на части, наблюдая за дракой братьев.
Вскрики Леви становились то тише, то громче. Он расхаживал перед Акселем, словно не в силах сдержать своих эмоций, казалось, сводящих его с ума. Когда избитый, окровавленный Аксель снова приблизился к нему, Леви взревел и в очередной раз замахнулся. Но на этот раз Аксель увернулся. И обхватил Леви за талию, отказываясь его отпускать.
Леви бился в его руках, пытаясь освободиться из хватки брата, но Аксель был сильнее и крепко держал его, без конца повторяя:
– Прости, Лев, я люблю тебя.
Чем больше Аксель говорил эти слова, тем сильнее лицо Леви искажалось от боли, он всхлипывал все громче.
– Я люблю тебя, малыш. Чертовски сильно люблю… – наконец, прокричал Аксель на ухо Леви, и в парнишке вдруг что-то изменилось. Проиграв борьбу, Леви повалился на Акселя, а тот подхватил младшего брата на руки.
Леви зажмурился и зарыдал. А потом, не в силах больше сопротивляться, вдруг обнял старшего брата. Это настолько потрясло Акселя, что он, не способный больше стоять, осел на землю, все еще держа на руках Леви. И тоже от души расплакался.
Силясь сдержать застрявшее в горле рыдание, я закрыла рот рукой и заплакала вместе с ними. Как и Остин с Лекси.
– Аксель, – рыдал Леви, все крепче обхватывая Акселя за шею. – Ты бросил меня… Черт побери, ты меня оставил, – прерывисто пробормотал он. – Ты бросил всех нас… ты был нам нужен… но оставил нас… одних…
– Прости, – всхлипнул Аксель, – мне чертовски жаль, малыш…
– А мама… – При упоминании о матери голос Леви сорвался. – Когда мама умерла, тебе стоило быть рядом с ней. Она любила тебя. Ты был ее первенцем, ее сердцем… Но ты всех нас бросил… Когда она угасала, ты оставил ее одну. И, умирая, она гадала, где же ты… Ты даже с ней не попрощался… не поцеловал перед уходом… не молился вместе с нами… не коснулся ее щеки… – причитал Леви.
Аксель почти лишился сил. Практически распавшись на части, он привалился к Леви, и тот, ощутив это, сел ровнее, прижимая к себе брата.
Они вдруг поменялись ролями. Похоже, больше не в силах сдерживаться, Остин подбежал к сидящим на земле братьям и обхватил их обоих большими руками. Три брата Карилло, содрогаясь от рыданий, исцелялись, избавляясь от ошибок прошлого.
– Боже, Эл… – всхлипнула рядом со мной Лекси и уткнулась лицом мне в бок.
Я взглянула в ясное вечернее небо. На нем уже ярко сияли звезды, но я закрыла глаза. И возблагодарила Господа за то, что сегодня на самом деле случилось. А потом посмотрела на троих парней Карилло, охваченных болью, которые наконец-то держались… вместе.
А затем я услышала самый сладкий звук из всех…
– Я… тоже люблю тебя, Акс… Я прощаю тебя, – тихо проговорил Леви, когда рыдания братьев сменились тихими всхлипами. – Я чертовски по тебе скучал… без тебя все было неправильно…
Шмыгнув носом, Аксель поднял голову. Удерживая Леви за затылок, он поцеловал в лоб младшего брата, затем Остина. Впервые с тех пор, как я познакомилась с Акселем, он выглядел так, будто мог дышать, и с души его сняли тяжесть.
Аксель обнял Леви, и тот поднял на брата покрасневшие глаза. Увидев светившееся во взгляде Леви обожание, я с трудом устояла на ногах.
– Я убил того Короля, Лев, – тихо признался Аксель.
Леви смотрел на него широко раскрытыми серыми глазами.
– Ч-что? – заикаясь, пробормотал он.
– Я не мог позволить тебе взять на себя такой грех, и поэтому убил его первым. Можешь спать спокойно, fratellino. Твоя совесть чиста.
При этом признании сердце пропустило удар. Мне всегда тяжело было слышать от Акселя подобные слова. Я знала, что он убивал, он рассказывал об этом. Но стоило помнить, что это осталось в прошлом, наряду со всем остальным.
– Аксель… – прорыдал Леви и повалился вперед. Остин обнял Акселя за плечи. – Почему ты мне не сказал? Это так долго меня мучило.
На лице Акселя промелькнула боль.
– Я… не знал, что ты… так себя чувствуешь… Я был… черт, Лев, я так сильно облажался… Прости… Вот черт…
Аксель крепче прижал к себе Леви, который смотрел на старшего брата, как на чудо, будто на своего спасителя.
– Лев? – спросил Аксель. – Теперь между нами все в порядке, малыш?
Я видела отчаянную надежду во взгляде Акселя. Вздохнув, Леви кивнул. Он встал на колени и крепко прижал Акселя к груди.
Я тихо и размеренно выдохнула, пытаясь расслабиться. И сжала крошечную ладошку Лекси. Она посмотрела на меня, улыбаясь широко, как никогда прежде, и прошептала:
– Мне все равно, что говорят о ваших отношениях. Ты спасла Акселя… – Она поцеловала тыльную сторону моей ладони и продолжила: – Ты спасла всех троих.
Я попыталась подавить эмоции, но не смогла. Я была так счастлива, что Леви пришел в себя, и радовалась за Акселя, вернувшего младшего брата. Остин поднялся на ноги, потянув за собой и Леви. Взглянув вниз, малыш подал руку Акселю. С широкой улыбкой старший брат принял ее и, встав, взъерошил волосы младшего.
Леви не мог отвести глаз от Акселя. Глядя на стоящих передо мной братьев Карилло, я представила их детьми. Леви и Остин видели в Акселе своего героя. Он бросил вызов всему миру, чтобы убедиться, что братья в безопасности.
У Леви вытянулось лицо, и он проговорил:
– Прости, что ударил тебя, Акс.
Аксель, как будто только что вспомнив о разбитой губе и ушибленной челюсти, прижал руку ко рту и стер кровь. Он фыркнул от смеха.