Её некромант
«Моя дорогая леди Авель»…
– Начинается, – протянула недовольно, возвращаясь к кровати и продолжая читать по пути.
«Как ваше самочувствие? Надеюсь, работа лекаря была достойной и вам уже значительно лучше. Клянусь, я и не подозревал, что мои продиктованные исключительно заботой о вас действия возымеют столь неприятный эффект. Мне следует принести вам свои глубочайшие извинения.
Помня о вашей любви к чтению, надеюсь, что мой небольшой подарок скрасит ваше вынужденное заточение. Быть может, вы даже сумеете найти их познавательными и увлекательными.
С пожеланием скорейшего выздоровления,
Анаэль Редман».
Вот я как до постели дошла, как постояла рядом с ней, письмо читая, так и развернулась и обратно к столу пошла.
– Ответ писать будешь? – Догадалась мисс Слэйд и тут же решительно заявила: – Потом напишешь, сейчас тебе нужен отдых!
И хрупкая на вид женщина решительно затолкала меня обратно в кровать, строго настрого запретив вылезать и даже пригрозив в противном случае начать читать вслух одну из подаренных Анаэлем книг.
Подобного мне не хотелось совершенно, так что пришлось быть послушной девочкой.
* * *
Почти здоровой меня сочли лишь под вечер! И вот зря я этому обрадовалась, потому что, стоило облегчённому выдоху слететь с моих губ, мисс Слэйд «обрадовала»:
– Идём в сад, подышим воздухом. У вас полчаса на сборы, моя дорогая, а я пока обрадую вашу сестру.
Что ж, полчаса – достаточный срок для написания ответного письма, благо о тексте я раздумывала весь день, просто не в силах заставить себя перестать вспоминать лорда Редмана.
Разумеется, абсолютно в некультурных выражениях.
А ещё отчего-то временами мерещились призрачные зеленоватые черепа, кружащие в воздухе… галлюцинации печалили, но, подумав, я решила, что уж лучше зелёные скалящиеся черепки, чем Редман.
Закутавшись в тёплый вязаный платок, спрятав ножки в пушистых домашних тапочках и с комфортом устроившись за столом, я приступила к старательному выведению ответных строк.
«Уважаемый лорд Редман,
вопреки вашим надеждам, мне действительно стало лучше. Ваши книги помогли: под угрозой «наслаждения» столь сомнительной литературой я соблюдала все медицинские предписания. От себя рекомендую вам ознакомиться с работами архимагистра Джона Эйрна, особое внимание уделив биографии этого выдающегося мага. Быть может, вы даже сумеете найти её познавательной и увлекательной.
С пожеланием отыскать хороший литературный вкус,
Кейтлин Авель».
Поставив точку, я с превосходящей ухмылкой перечитала всё ещё раз, свернула бумагу, спрятала в конверт. Жестом зажгла свечу, ещё одним жестом разместила сверху держатель, закрепила ложку и бросила в неё несколько кусочков сургуча.
А пока тот плавился, аккуратно подписала конверт, указав на нём имя адресата.
Спустившись через полчаса на первый этаж, дала дворецкому распоряжение:
– В моей спальне коробка с книгами, которую доставили утром. Будьте любезны отвезти её в полицейский участок и передать лорду Анаэлю Редману.
– А почему в участок? – Не понял мистер Бойер.
– К счастью, мне не известен адрес проживания упомянутого лорда, – улыбнулась искренне, решив, что раз уж некромант к полицейским как к себе домой ходит, то вот пусть корреспонденцию там и забирает.
* * *
– Лорд этот сомнительный вчера у спальни твоей ошивался, – вполголоса сообщила Бель, сделав вид, что снимает с моего мехового воротничка несуществующую мусоринку.
Мы гуляли. Мисс Слэйд воодушевлённым вихрем кружила по заснеженному саду, без устали рассказывая о запланированных на ближайший месяц событиях, первое из которых, вечеринка «для своих» у леди Джейд, выпадало уже на эту субботу, то есть через два дня. Мне было неинтересно, Аббель и подавно – до объявления о моей помолвке сестра о выходе в свет могла только мечтать. Но Слэйд это не волновало ни в коем случае!
Поэтому она и вещала, а мы обе были вынуждены таскаться следом, с тоской поглядывая на дом.
После слов сестры я невольно замерла, напряжённо глядя в её карие, такие же обеспокоенные глаза.
И как-то сам собой сорвался с губ вопрос:
– А зелёных черепов вокруг него не летало?
Бель недоумевающе вскинула брови, удивлённая моими словами.
– Леди! – Окрикнула мисс Слэйд, заметившая нашу заминку.
Пришлось величественно догонять, а едва гувернантка вновь запела соловьём, Аббель тихонько зашептала:
– Черепов не видела, как он заходил в твои покои – тоже, меня Весли отвлекла, но на втором этаже Редман провёл почти десять минут.
Поблагодарив за информацию кивком головы, я закусила нижнюю губу, что было нежелательно на морозе, и попыталась крепко задуматься, но сестра вдруг с искренним беспокойством прошептала:
– То, что случилось ночью…
Повернув голову, внимательно посмотрела на леди Авель. Бель ответила мне встревоженным, практически испуганным взглядом, сцепила дрожащие руки в замок и зашептала:
– Я подслушала разговор отца с лордом Редманом. Они оба уверены, что это нападение… что эти люди… что они, они… хотели убить тебя…
Последнее слово Аббель произнесла беззвучно, одними губами, и тут же шумно задышала открытым ртом, пытаясь успокоиться.
Мы остановились мгновенно, перепуганная до ужаса Бель и я, встревоженная её состоянием и огорчённая тем, что не поговорила с сестрой раньше.
– Бель, – шепнула, сжимая пальцами её дрожащее плечо сквозь шубу, – всё будет хорошо, тебе совершенно не о чем переживать.
Девушку уже била откровенная крупная дрожь, заставившая меня не слабо занервничать. Она попыталась что-то сказать, снова попыталась, ещё раз… по красным от мороза щекам потекли быстро остывающие слёзы, в распахнутых глазах застыл ужас и…
И пришлось вызывать лекаря, который появился в поместье четверть часа спустя и констатировал у Аббель нервный срыв.
Вот именно так уже вторая леди Авель слегла с недомоганием. Правда, успокаивающее снадобье ей нужно было пить около двух недель вечером перед сном вместе с чаем, не считая этого первого раза, когда лекарь напоил и уложил Бель в постель среди бела дня.
Наш и без того суровый отец окончательно замкнулся в себе, скрывшись от посторонних глаз в собственном кабинете и отказываясь как покидать его, так и принимать посетителей.
Я пыталась. Мисс Слэйд тоже. Оказавшись некультурно выставленной в коридор, она печально посмотрела на точно так же выставленную меня, вздохнула и ушла.
Находясь в состоянии глубокой задумчивости, я прошла по коридорам непривычно тихого, словно бы окутанного печалью дома, вошла к себе… Стоило двери за моей спиной закрыться, как на столе у окна вдруг вспыхнула свеча. Сама! В абсолютно пустой спальне!