Во власти кошмаров (СИ)

========== Часть 1 ==========
Я читал книгу, сидя в библиотеке Блэковского дома, доставшегося мне после смерти Сириуса. Стоял тихий августовский вечер, дом пропах яблочной шарлоткой, которую испек Кричер к позднему ужину, так как перед сном мне частенько хотелось перекусить. Горело несколько свечей, чтобы освещать темный уголок, где я пристроился с ногами в древнем, но еще крепком кожаном кресле.
Я перечитывал историю Камелота, где самым жарким противостоянием являлся спор Артура и Мерлина про магию Экскалибура, и вдруг вынырнул среди пылающего огнем Хогвартса. Блики убийственных вспышек резали глаза. Где-то рядом раздался грохот, и я явственно увидел, как нога великана придавила Пожирателя смерти вместе со школьником, который осмелился противостоять взрослому темному магу. Раздался треск дерева. Это все тот же великан выдернул дерево из земли и размахивал им вокруг себя, нанося урон «нашим» и «врагам» одинаково невосполнимый. Мимо пробежали вооруженные кентавры, и стрела пронеслась буквально в дюйме от моей щеки, вонзаясь в ствол дерева, возле которого я стоял. Они не заметили меня. Да и как? Я же в мантии-невидимке.
На меня накатила паника. Где Рон и Гермиона? Они нашли клык василиска, чтобы уничтожить диадему? Убили ли змею? Метания и размышления не дали никакого толку. Я попытался взять себя в руки и стал размеренно дышать. Получилось то ли бульканье, то ли хрип. Горло саднило. Кажется, я кричал. Шум боя перекрыл шум крови в ушах. Легкие горели от долгого бега, и кололо в боку. Пробегая по открытой местности, я нырнул в подлесок у кромки Запретного леса. Еще не дебри, но уже и не пустошь. Я услышал заклятия ближнего боя. «Экспеллиармус», «Ступефай», «Протего» «Импедимента», все из арсенала Отряда Дамблдора. Вот и они — бойкий Джастин Финч-Флетчли и надменный Эрни Макмиллан. Они держались вместе, плечом к плечу, но у них не было выносливости и магической мощи их противников. Их силы были уже на исходе, и заклятия не достигали Пожирателей, в то время, как они теснили ребят к лесу.
— Авада Кедавра! — услышал я.
Как-то отвлеченно увидел, что Джастин и Эрни упали изломанными куклами на жухлую траву, и я проснулся. За окном штормил дождь, открытая форточка билась о раму, издавая противный визг и скрип. Свечи в канделябре погасли, лишь одиноко стоявшая свеча на столе трепыхалась от воздуха, грозясь потухнуть вместе со своими подругами.
— Хозяин! Хозяин! — услышал я скулеж Кричера. — Что с вами происходит? Почему вы не просыпаетесь?
— Проснулся я, Кричер, не надрывайся, — я попытался беззаботно улыбнуться, но внезапно накативший страх перед темнотой заставил меня зажечь две дюжины свечей.
Эльф растерянно и боязливо смотрел на меня, будто я василиск в гоне. Смешное сравнение, чего же меня бояться? Я судорожно сжал в руках волшебную палочку, и страх Кричера стал сильнее.
— Да что с тобой? — рявкнул я и только сейчас увидел, что две полки напротив рухнули на пол, рассыпавшиеся книги представляли собой жалкое зрелище из вырванных страниц и истрепанного пергамента, вокруг меня летали обрывки бумаг, на полу валялись щепки. Разбитая этажерка с журналами приказала долго жить, и теперь все это бумажно-деревянное безобразие вносило хаос в упорядоченный мир библиотеки.
Старый эльф грустно посмотрел на ароматную яблочную шарлотку, которую он принес в библиотеку, чтобы не отвлекать меня от чтения. Он и так думал, что нарушает правила хорошего тона, позволяя есть в царстве бесценных книг. То же, что я только что устроил, было сродни преступлению, за которое сажают в Азкабан.
— Отлично выглядит, — похвалил я блюдо. Я намерен съесть шарлотку немедленно. Но желудок внезапно скрутило спазмом, и меня вывернуло прямо в кресле.
— Ну вот, теперь мое любимое кресло испорчено, — проворчал я и с помощью «Эванеско» почистил все вокруг.
— Для удобства хозяина убрать шарлотку в холодильник? — спросил эльф.
— Может, вы еще ее на завтрак съедите. Она чудесная.
Я кивнул, хотя в своих возможностях гурмана засомневался.
***
Ночью мне не спалось. Я долго ворочался, пытаясь найти удобное положение в постели. То ногу тянуло, то сердце кололо, то тяжело дышалось, лежа на животе. Про то, чтобы лечь головой на подушку и заснуть, у меня нет и разговора. Подушка не та!
Я разозлился. Взял одеяло и отправился ночевать на диване в гостиной. Надеялся выспаться возле камина. Там тепло и уютно, и всегда можно поболтать с друзьями сквозь магический огонь.
Наконец пришли приятная дрема и усталость, и я, укутавшись в приятное тепло одеяла и камина, уплыл по бескрайним морям сновидений. Мне тихо и спокойно. Все в порядке.
«Все в порядке?» — мелькает на периферии мысль, и мозг встает в мысленную стойку.
— Нет, не все в порядке! — заорал я и вскочил на диване.
Огонь, всюду огонь. Не спастись от жары и ожогов. Сейчас это не Запретный лес, где убили Джастина и Эрни. Тепло и треск огня напомнили Выручай-комнату, когда Крэбб вызвал Дьявольский огонь. Жарко. Я закашлялся от едкого надсадного дыма. Мне нечем дышать. Я пролетел на метле сквозь пламя, чувствуя тяжесть тела Драко Малфоя, сидящего сзади меня. Я с ужасом отметил, что к двери долететь не успел, и она захлопнулась, растворилась в вихре танцующих огненных демонов.
Я проснулся от яркого животворящего солнца. Где-то пели птицы, и шумел город. Весь дом дышал умиротворенностью наступившего выходного утра. С кухни слышался привычный бубнеж Кричера, готовившего завтрак.
— Хозяин, вы проснулись? — обеспокоенно спросил он, заглянув в гостиную.
Я провел рукой по лицу, отгоняя сон.
— Надо зелье Сна-без-сновидений купить. Не годится кошмары видеть каждый день.
- Да, хозяин, — тихо сказал Кричер, — Но мастер Снейп оставил много зелий, когда здесь собирались люди, и среди них я видел несколько флаконов снотворного.
— Может, сходить к врачу? — предположил я, вылезая из жаркого одеяла, спровоцировавшего «горячий» кошмар.
— Как скажете, хозяин, — ответил Кричер. — Завтрак подавать?
— Подавай, — устало проговорил я. Есть не хотелось, но Кричер из любого кишки вытянет, лишь бы было все по давно заведенному порядку, когда хозяева завтракали утром дома.
***
После долгих уговоров Кричера я вышел на прогулку. Бледно-голубое небо и легкая желтизна бледно-зеленых листьев навевали меланхолию, и я брел по парку с усталостью и обреченностью приговоренного на казнь. Голову будто сжимали в тисках, так было больно.
Мне никого не хотелось видеть, и я с трудом смотрел впереди себя. Одновременно со мной по парку гуляли люди, абсолютно не обращая на меня внимание. Переговаривались старики, сидевшие на лавочках, бегуны в наушниках слушали музыку, играли дети, которым до меня не было никакого дела… Все вокруг жили богатой на события жизнью, отличной от моей. Мне же окружающая обстановка казалась эфемерной и нереальной, в которой прошедшей войне было не место.
Я бродил по парку около получаса, вдыхая свежий, пряный аромат выпавших листьев, как вдруг судорогой свело мышцы и заколотилось сердце. Опасность. По появившимся мурашкам по коже я почувствовал, что за мной следят. Я оглянулся, выискивая глазами единственного человека, которому моя смерть выгодна. Я внимательно разглядывал прохожих, чтобы увидеть багряные глаза и характерное движение правой рукой, в которой спрятана волшебная палочка. Волдеморт где-то здесь. От ужаса сердце замерло в грудной клетке. Я сразу угадал бы его худощавую фигуру с приговором во взгляде, но такого человека в толпе не было видно, и спустя десять минут я разочаровался в своих выводах.
Я увидел крупного молодого мужчину и тяжко вздохнул. Это всего лишь кузен. Казалось, сейчас он меня догонит со своей компанией и даст мне в глаз или, что еще хуже, ногами в живот. Я побежал, пытаясь оторваться от погони, и остановился только тогда, когда полисмен, стоявший в конце беговой дорожки, с подозрением оглядел меня с головы до ног. Осознав, что я выгляжу нелепо для спортивной пробежки в ботинках, джинсах и куртке, я повернул на другую дорожку, уселся на скамейку и достал сигарету.