Легенды Безымянного Мира. Пепел (СИ)

Мери, окинув взглядом тянущийся к северо-западу пролесок, скомандовала остановку. Она, соскочив с коня, не раз вытаскивавшего фехтовальщицу из самых серьезных передряг, подошла к волшебнику. Тот даже не думал слезать с бортика, все так же беспечно улыбаясь.
— Эш, сейчас у тебя все еще есть шанс отказаться от нашего предприятия.
— Неа, — ухмыльнулся парень, постукивая посохом о древесину. — Я с вами.
Глава отряда покачала головой и жестом попросила новенького слезть. Парень, с явной неохотой, строя какую-то комически огорченную рожу, все же спустился на землю.
— Послушай меня. Мы отправляемся в Огненные Горы не потехи ради и не для быстрой наживы. Мы идем туда по заданию самого Газрангана.
— Это который король? — спросил красавец. — Знаю такого. Мы с ним как-то чай пили.
— Прекращай шутить! Все серьезно! Об этом еще никто не знает, кроме самых доверенных людей, но дочь короля — принцесса Элеонора, заболела Пламенной горячкой.
— Лекарство от которой делается из Звездного цветка, растущего только на склонах огненных гор, — задумчиво протянул Эш, шокируя ребят тем, что на миг из его тона пропала вся дурашливость. Впрочем, она тут же вернулась: — Значит, если мы добудем цветок, то спасем принцессу! Конечно же я с вами!
— Нас ждет смертельная опасность…
— А, — отмахнулся магик. — Без неё было не так интересно. А теперь главное — когда будем обедать?
Повисла тишина.
— Что? — переспросила девушка.
— Ну, — Эш почесал макушку. — Разве мы остановились не для того, чтобы покушать?
Мери с оттяжкой хлопнула себя по лицу, а ребята прыснули. Мочалка так и вовсе чуть не выронил щетку, которой привычно расчесывал свою густую, черную бороду. Волшебник же с недоумением поглядывал на веселящихся путешественников, сам при этом поглаживая урчащий живот.
— На вот, — Криволапый, пошарив в мешке с продовольствием, кинул парню маленький пирожок.
Магик, словно довольный пес, взмыл в воздух на добрых два фута и схватил угощение зубами. Жуя сдобу, Эш довольно улыбался пока Алиса гладила его по бандане, будто он действительно был не взрослым парнем, а маленьким пуделем.
— А ну прекратить! — гаркнула Мери. — Лари! Еще раз тронешь запасы, останешься без ужина!
— Как пожелаете, моя королева, — шутливо поклонился мечник, качнув при этом воображаемой шляпой.
Тул, во время этого балагана, философски рассматривал карту, но, учитывая то как он её держал, можно было не сомневаться в том, что лучник просто скрывает улыбку за листом пергамента. Бумага, хоть и была надежней и лучше, но стоила намного дороже и у отрядов-одиночек на неё никогда не хватало денег. Как, собственно, и на зачарованный мешок.
Как несложно догадаться, это такая торба, куда можно было спрятать половину слона и наружу выглядывал бы лишь кончик хобота. Делали подобные диковинны магики-Зачарователи, заламывая баснословную цену. Так что такие артефакты были редки на просторах безымянной планеты. Лишь некоторые, самые крупные и богатые гильдии, все же владели двумя-тремя подобными мешками, выдавая их своим самым надежным и опытным приключенцам.
— Эш!
Красавец, подмигнув леди-жрице, повернулся к главе отряда. По его мнению фехтовальщица слишком серьезно относилась к происходящему, ей явно не хватало щепотки позитива и безбашенности. Но ведь у волшебника будет почти три месяца чтобы научить ребят веселиться.
— Да?
— Поскольку ты напридумывал про лошадь, то нам надо подумать с кем в паре ты будешь ехать. Телега только для багажа!
Житель цветочного луга потупил взгляд — он опять что-то забыл. На этот раз это «что-то» касалось коня. Отряд воспринял этот жест иначе и уже стал обсуждать кто и в какой очередности будет тесниться в седле — ехать в паре это не самое приятное, что может случиться по дороге. Эш же стоял неподвижно.
Он прикрыл глаза, схватил двумя руками посох и немного приподнял его над землей. Дул ветер, играясь с полами заплатанного плаща. Светило солнце, бликуя на поверхности лат, выглядывающих из мешков в телеге. Спорили ребята, приводя самые нелепые и, порой, даже абсурдные аргументы в пользу своей позиции. А Эш стоял. Если бы кто-то сейчас посмотрел на его лицо, то не увидел бы ни капли детской непосредственности и дурашливости, но все были заняты спором.
Наконец парень с силой вонзил посох в землю. Раздался звон, похожий на тот, который издает ложка, ударившая о стенку хрустального бокала. Ребята замолчали, наблюдая за кругами, расходящимися из под посоха магика. Они были похоже на те, которые можно увидеть кинув камень в спокойный пруд. Вот только эти круги не были водяными и не исчезали через несколько футов. Они, издавая тот самый звон, расходились по всей равнине. Добираясь до леса, они сотрясали его густые кроны, спугивая птиц и мелкую живность.
— Ты чего делаешь? — немного обеспокоенно спросил Тулепс.
Никто из «Бродячих пней» не видел и не слышал про подобное Слово, способное заставить траву и деревья вести себя подобно встревоженной водной глади. Эш же, подняв посох, вновь предстал в образе беспечного мальчишки, слизывающего хлебные крошки с уголков губ.
— Итак, — спокойно произнесла Мери, возвращая ребят к обсуждению возникшей проблемы. — Эш будет ехать вместе с…
— Гвидо! — воскликнул волшебник, приветственно размахивая рукой.
Со стороны леса к отряду мчался могучий конь, подобный тем, что рисуют художники на картинах, посвященных самым эпичным битвам прошлых эр. Его густая черная грива игралась на солнце, резко контрастируя с серым окрасом, черным хвостом и пятнышком того же цвета посередине лба.
Конь мчался так быстро, что его ноги сливались в размытое пятно, но все же можно было различить мощные мышцы, натягивающие кожу; могучую грудь, вздымающуюся при каждом движении, и жесткие бока, на которых не виднелось ни грамма лишнего мяса. Животное, начисто проигнорировав испуганное ржание своих сородичей и ошеломлённые вздохи двуногих, остановилось около старого друга.
Теперь можно было разглядеть, что черное пятно на лбу на самом деле изображение оскаленной морды волка. Гвидо — так звали коня, толкнул волшебника в грудь, а потом положил голову ему на плечо. Магик мигом зарылся руками в гриву, почесывая своего четвероного друга, во власти которого было обогнать даже ураган.
— Эт-то чт-то такое? — спросил ошеломленный Лари.
— Это Гвидо, — улыбнулся Эш. — Мой конь.
— Конь?! — воскликнула Мери. — А почему у него не зубы, а клыки?!
И правда, в пасти Гвидо белели вовсе не ровные ряды конских зубов, а хищные, опасные клыки, которыми спокойно можно подрать глотку медведю. Собственно, на счету коня имелись не только медведи, но и рыси, лисы, кролики, барсуки, росомахи и прочие жители леса, по неосторожности попавшиеся в стальной замок челюстей.
— А это у него семейное, — пожал плечами волшебник, лихо вскакивая на спину Гвидо. — Его ведь волки вырастили.
— Что за чушь, — фыркнул Мочалка. — Волки не растят коней, они их жрут.
— Как и людей, — философски заметил Эш. — Но это не мешает некоторым детям жить среди них. И если уж аолки способны взрастить двуного, то почему не могут четвероного?
— Наверно могут, — еле слышно прошептала Алиса.
Она всегда смущалась при появлении в отряде нового лица. И не важно был то человек, иной разумный, или тот же конь.
— Вот и я так подумал! Еще жеребенком я спас Гвидо, а потом отдал волкам, попросив их принять его в свою семью.
— Ты можешь разговаривать с животными? — удивилась Мери.
— Да так, — мигом стушевался парень, поняв, что сболтнул лишнего. — Знаю пару звериных Слов и все.
— Это может нам пригодиться, — задумчиво произнесла фехтовальщица, уже во всю прикидывающая возможную пользу от подобных знаний.
По легендам, магики могли говорить со всем, что существовало в этой вселенной. Если, что понятно, знали нужное Слово, но на деле было мало тех, кто зашел дальше, чем Слова тех или иных предметов. В основном они говорили с оружием, потому что именно это требовалось в любом отряде. В одиночку же последователям волшебной стези слишком сложно путешествовать, так что выбор был очевиден.