Разница потенциалов (СИ)
— Нам нужно больше таких черепах. И больше спирта, — Олег всегда считал, что алкоголь — это яд, но в данном случае готов был вложить деньги в его промышленное производство. — А еще алхимики… Ну или хотя бы зельевары, которые могут работать исключительно строго по рецепту.
Глава 10.О том, как герой теряет бойцов, видит диво-дивное и спорит с природой
— Бохай, Чангпу и Тингж. Вы уволены, — Олег стоял на летном поле перед тремя крайне бледно выглядящими китайцами, а метрах в двадцати от него толпились и переговаривались бойцы вольного отряда и те из жителей «Буряного», кто каким-то образом пронюхал о грядущем событии и явился посмотреть на бесплатное зрелище. Чародей считал торжественные построения несусветной глупостью и потому заставлять своих солдат выстраиваться по линеечке не стал бы никогда в жизни, однако здесь и сейчас должны были присутствовать все бойцы, за которых он отвечал. И нес ответственность. — И только потому, что мы вместе сражались, я не отправлю вас в тюрьму, хотя видят все известные мне боги, вы вполне заслуживаете пару лет помахать кайлом на каторге. Просто собирайте манатки и проваливайте из деревни с первым же пароходом, жалование за этот месяц получите у казначея. Личное оружие можно оставить, а вот выданные отрядом артефакты — сдать.
— Но Господин, то есть командир… Смилуйтесь! Да, признаю, мы нарушили ваши приказания о соблюдении порядка, но неужели наш проступок столь велик?! — Сбивчиво начал оправдываться китаец по имени Бохай, в то время как два его товарища по несчастью хранили мрачное молчание. Видимо на то, что Олег изменит свое решение, не рассчитывали, прекрасно видя, насколько взбешен чародей. — Ведь я дольше большинства ваших слуг верно служил вам, и я не убил никого из жителей этой деревни, я просто позволил себе выпить лишнего…
— Ты просто напился как свинья, а когда кончились деньги, начал задирать в кабаке мирных жителей, требуя себе уважения и бесплатной водки. А когда тебе начистили морду и выбросили вон, вернулся с пистолетом, прихватив двух своих дружков. И напали вы даже не на обидчиков, поскольку они ушли домой, а уже на совершенно посторонних людей, которые просто оказались на тех слегка похожи. — Если бы Олег был чайников или паровозной топкой, то в данный момент раздался бы свист пара, вырывающегося под большим давлением. Удерживать себя в руках чародею удавалось лишь с огромным трудом. Слишком он уж не любил тех, кто чего-то натворил по-пьяни, а потом пытался оправдываться тем фактом, что он находился под влиянием алкоголя и не контролировал свои действия. — Скажи спасибо, что твоя пуля угодила в ногу, а не в голову или грудь, иначе бы это было не причинение тяжелого вреда здоровью, а убийство. И отмазывать вас от деревенского суда я бы не стал. Вы уволены, все трое. Контракт между нами разорван и, честно говоря, следовало бы использовать еще и штрафные санкции, но черт с вами, катитесь из моего отряда. Вердикт окончательный, обжалованию не подлежит.
Понурые китайцы медленно поплелись к казармам, провожаемые взглядами и перешептываниями среди солдат. Несколько человек даже двинулось следом, видимо намереваясь утешить их или помочь собраться, все-таки эти трое действительно были практически ветеранами, поскольку присоединились к Олегу одними из первых во время его работы в Нанкине, и у них были свои друзья и приятели. Однако чародей сильно сомневался, будто узы боевого братства перевесят для кого-то из его подчиненных преимущества высокооплачиваемой работы с лучшим соцпакетом для не-магов и не-дворян, про который они только слышали. Даже если члены команды и плохо представляли, что это вообще за слово такое «соцпакет», оценить предоставляемые им преимущества сей факт нисколько не мешал. Хотя нельзя было и отрицать то, что увольнение негативно скажется на моральном климате коллектива… Но некоторые вещи спускать на тормозах было просто нельзя, ибо это породило бы безнаказанность, ведущую к новым преступлениям. И их последствия было бы исправить куда труднее, чем вытащить одну единственную пулю из ноги лесоруба, которому полчаса страданий были компенсированы суммой, сопоставимой с его годовым заработком.
Олегу и раньше приходилось наказывать бойцов своего отряда за разные прегрешения. Пусть он старался подбирать в команду максимально разумных и адекватных людей, однако три сотни наемных солдат есть три сотни наемных солдат. Если бы такое количество здоровых мужиков, для которых регулярные битвы с врагами и плещущийся в крови адреналин стали делом привычным, а карманы трещат от золота, дружно вели бы себя как примерные мальчики, то посмотреть на такое божественное чудо приехал бы и Папа Римский, по такому поводу временно позабыв про все разногласия православия и католичества. А османский султан, которого в принципе можно было назвать и теократом, как минимум сюда бы своего визиря прислал. Однако до сей поры проступки и наказания за них в целом оставались в приемлемых рамках: за повреждение чужой собственности штрафовали, дошедшие до начальства драки вдобавок грозили длительными нарядами на тяжелые и унизительные работы, на кражах пока никого не ловили. Пару раз Олегу пришлось общаться с разъяренными родителями соблазненных девиц и оплачивать им аборты, а однажды договариваться о свадьбе и платить щедрый выкуп за невесту, но это также могло считаться нормой. Ведь насилия то не было, он это очень тщательно проверял и в случае обнаружения такого преступления перед отправкой злодея в тюрьму, откуда в этом жестоком мире вернуться удавалось отнюдь не всем, выдал бы его жертве большие тупые ножницы, а её обидчику — заклятие паралича.
— Чарльз! Идем сюда! — Углядев в расходящейся толпе одного из техномагов, которых он завербовал в Америке, Олег решил перейти к более приятной части своей работы. А именно — трофеям. — Как идут ваши успехи с ремонтом тех лоханок, которые мы захватили?
На летном поле сейчас стояло достаточно летательных аппаратов, чтобы это место можно было с полным на то правом объявлять воздушной гаванью. Под грубым тентом из брезента возвышалась железным холмом «Тигрица», которая теперь не столь уж и часто поднималась в небо из-за дороговизны эксплуатации. Рядом с нею белел под солнцем не сильно потемневшими бортами из волшебной березы «Котяра», который ежедневно совершал патрули прилегающей территории согласно графику. За ними были едва-едва видны мачты отданного старосте и его семейству «Солнышка», которое вообще-то было «Стрелой Самурая», если конечно новые владельцы правильно перевели японские иероглифы, прежде чем сменить табличку с названием на трофейном судне. «Котенок», для которого успели выстроить полноценный ангар, сейчас должен был находиться где-то в Петербурге вместе с Густавом… Однако чародея сейчас интересовали не хорошо знакомые ему суда, а недавние трофеи, принадлежавшие лже-османам. Их припарковали с другой стороны поля, неподалеку от сараев, гордо именуемых мастерскими. Поскольку бегать туда-сюда техномагам и плотникам было лень, а управиться с приведением захваченных судов в нормальный вид сутки-другие не имелось никакой возможности.
— Это гнилой летучий хлам, а не корабли. Самому молодому из них лет пятнадцать, и тем, кто был его командой, я бы оторвал руки, если бы они и так не отправились либо на тот свет, либо на рудники. Эти отбросы успешно превратили свои суда в свинарники, где доски под ногами подламываются, поскольку их давно заменить пора, — удрученно покачал головой смугловатый мужчина неопределенного возраста с выпирающим вперед брюшком. Воином он являлся не очень хорошим, зато отлично умел ремонтировать технику, а уж ремонта после неудавшегося налета на деревню захваченным транспортным средствам требовалось много. Впрочем, в желающих им заняться недостатка не было. Почему бы и не поработать за пять процентов от цены с продажи судна? Еще семьдесят пять отходило тем, кто захватил трофей, а оставшиеся двадцать поровну делились между Олегом, Полозьевыми и казной деревни. С одной стороны это было не так уж и много… А с другой стороны боевой маг четвертого ранга кроме своего участия в бою больше ничем не занимался, а ручки бы на совершенной сделке смог погреть. — Мы заделали пробоины в корпусе, залатали дырки в парусах и гондолах, а также заменили кое-где разрушившиеся энерговоды, использовав четыре килограмма серебра из наших запасов… Но лично я бы на таких судах служить никогда не стал, ведь жизнь дороже.