Базз (ЛП)

— Но вряд ли операцию на сердце, не так ли, док?
— Да что ты знаешь о разбитых сердцах, Базз? — спрашивает Лори с болью в глазах.
— Больше, чем ты думаешь, — отвечаю я.
Снова тишина. Куча невысказанных слов.
— Джон знакомит меня со своей мамой в эти выходные, — заявляет она ни с того ни с его, что очень похоже на некий тест.
— Как мило, — вру я, изо всех сил стараясь выглядеть невозмутимым, но все порчу, выпаливая: — Хотя и несколько быстро, тебе так не кажется?
— Нет. Это просто следующий шаг в отношениях. Так все делают.
— Ну не знаю. Никогда не любил быть «как все». А что потом? Скучный секс и белые заборы?
Ее глаза расширяются, а Джон смеется.
— Не нужно беспокоиться о нашей сексуальной жизни, если ты понимаешь, о чем я.
— О, я не волнуюсь, — я и так уверен, что Лори рада симулировать для тебя оргазмы. — Эй, кстати, удачно вспомнил... Сегодня же четверг! Как ты смотришь на то, чтобы выпить после ужина, Лор?
Она выглядит так, будто хочет прибить меня и трахнуть одновременно.
— А что по четвергам? — интересуется Джон.
Лори начинает что-то бормотать, видимо, пытаясь придумать какую-нибудь чушь, но я перебиваю ее:
— «Ретро-четверг». В этот день разрешено спать с бывшими без всяких условий. Что скажешь?
— Ни в коем случае, — говорит она сквозь стиснутые зубы.
— Да ладно тебе, даже по старой памяти?
— Достаточно, — предупреждает Мейсон.
Я смеюсь.
— Бросьте, ребята, расслабьтесь. Я же просто шучу!
София входит как по команде, держа в руках бутылку вина и тарелки.
— Мейс, может возьмешь уже тарелки, пока я их не уронила?
Но он уже подбежал к ней, когда она закончила предложение. Словно они читают мысли друг друга.
— Конечно. Я уже собирался вернуться и помочь, но подумал, что меня снова отчитают за то, что я бросил наших гостей.
Другими словами, ему поручено нянькаться со мной.
Они ставят на стол картофель и овощи. София нервно улыбается.
— Итак, у нас есть жареная баранья ножка с базиликом и мятным песто в паре с «Пино Нуар» 2010 года.
— Отличный выбор, — говорит Джон. Я беру приборы и принимаюсь накладывать картофель. — Можно начинать? — спрашивает он, из-за чего я выгляжу Мистером Невоспитанность.
— Я уверен, что последние несколько часов София готовила все это не для того, чтобы мы просто попялились на еду, — бормочу я, накладывая на тарелку баранину.
— Так голоден? — усмехается Джон.
Я перевожу взгляд на Лори.
— Ужасно оголодал, — откусываю кусочек ягненка и стону. — Безумно вкусно, — я делаю это в основном ради Лори, хотя все действительно вкусно.
— Ура! Слава Богу, — сияет София.
Лори продолжает смотреть потемневшими глазами, как я ем. Через несколько секунд Джон начинает что-то говорить, но я не могу разобрать слов, и, очевидно, она тоже.
— Детка? — зовет ее он.
Делаю глоток виски.
— Что? — откликается Лори, отводя от меня взгляд.
— Я спросил, хватит ли тебе еды?
Она смотрит на крошечную порцию.
— Нет. Я хочу есть, — я смеюсь, когда она накладывает себе добавку. Очевидно же, что парень не знает, как удовлетворить ее аппетит.
— Очень вкусно, — говорит Мейсон. — Похоже, мне достался шеф-повар. Теперь ты можешь готовить ужин каждый вечер.
— Поосторожнее, мы еще не обменялись клятвами.
Все смеются.
— Не хочу еще больше раздувать твое эго, — добавляет Лори. — Но ягненок действительно превосходный.
— Ты права, — вставляю я. — Все очень вкусно. Я сразу вспомнил твою татуировку.
Она хмурится.
— Мою татуировку? О чем ты?
— О твоей любимой цитате, — Лори прекрасно понимает о чем я, но я продолжаю строить из себя дурачка ради Джона. — «Лев влюбился в овечку».
Все молчат, пока Джон не начинает давиться едой. Ну почему он не может умереть по-тихому?
Лори краснеет и предупреждающе качает головой, похлопывая его по спине. Джон кашляет с полминуты, прежде чем сделать большой глоток воды.
— Я в порядке, — бормочет он. — Я наверно ослышался.
— Не, не думаю.
Он прищуривается.
— Напомните мне, откуда вы знаете друг друга?
София вздыхает.
— О, неужели не понятно? — спрашиваю я. — Мы с Лори встречались.
— Мы были друзьями, — отвечает Лори одновременно со мной.
— Ага, друзьями с привилегиями, — вставляю, запихивая картофелину в рот. — Не стоит забывать эту часть, дорогая.
— Вы встречались? — Джон поворачивается к ней с неподдельным удивлением. — Как долго?
— Несколько месяцев.
— Пять, — уточняю я.
— Три.
— Вообще-то пять.
— Но официально три, — спорит она.
Я пожимаю плечами.
— Всего пять.
— То вместе, то не вместе.
Я выпиваю.
— Но вместе-то больше...
— Как давно расстались?— он спрашивает. — Сколько лет назад?
— Лет? — я хихикаю. — Полгода назад. Как давно вы встречаетесь?
— Четыре месяца, — отвечает он.
— И она ни разу не упоминала обо мне? — прижимаю руки к груди. — Я оскорблен.
— Не люблю ворошить прошлое, — говорит Лори.
— Да, я заметил. Медлить ты не стала. Хотя, это не должно было быть сюрпризом. Ты всегда любила побыстрее, — я уверен, что это самый неловкий ужин в истории человечества.
Джон прочищает горло и начинает поглаживать ее руку.
— Ну, думаю, здорово, что мы можем спокойно поужинать вместе. Никто не в обиде, да?
— Ни в коем случае, — говорит София, поднимая бокал. — За хороших друзей и никаких обид.
Мы все кричим «ура» и выпиваем, прежде чем я снова поднимаю стакан.
— И за «Ретро-четверг», когда обиды не только приветствуются, но и необходимы, потому что пожестче совсем неплохо.
Мейсон и София наполовину смеются, наполовину съеживаются, как будто понятия не имеют, как правильно реагировать на мой тост. Джон следует их примеру и, посмеиваясь, подносит свой бокал к моему.
— За «Ретро-четверг», главное держаться подальше от некоторых бывших, особенно которые нам не подходят.
Лори чуть ли не давится своим напитком. Я слишком сильно ударяю своим стаканом по его, отчего вино выливается на стол и на Джона.
— О, не могу ничего обещать, — он смеется вместе со мной, но нервничает, вытирая пиджак.
 Отлично. Так и должно быть. 
Лори встает.
— Прошу нас простить. Базз, можно тебя на пару слов?
— Конечно, — я подмигиваю Джону и выхожу вслед за девушкой из комнаты.
— Какого черта ты творишь? — спрашивает она, как только мы оказываемся на кухне.
— Я почти забыл, какая ты сексуальная в гневе.
— Господи, ты можешь хоть минуту побыть серьезным?
Я со стоном поправляю содержимое боксеров.
— Да, но ты можешь перестать злиться? Ты же знаешь, как это на меня действует!
Ее глаза расширяются.
— Боже мой! Тебя это действительно заводит?
— Нет. Это ты меня заводишь.
Она опускает взгляд на мой член и фыркает, после чего поворачивается и идет к раковине. Она наклоняется, демонстрируя мне отличный вид на свою задницу, что никак не способствует закруглению вечеринки в моих штанах.
— Почему ты здесь? — спрашивает Лори.
— Хотел тебя увидеть. Что ты делаешь здесь с ним? Почему ты вообще с ним встречаешься?
— Я не обязана отвечать на твои вопросы.
— Он не в твоем вкусе.
Она оборачивается и пристально смотрит на меня.
— И кто же в моем вкусе?
— Я, — в ответ она закатывает глаза. — Что? Ты знаешь, что это правда. Высокий, подтянутый и с татуировками. Ты сходила с ума от моих татушек, помнишь?
— Сходила, Базз. Сходила, — я расстегиваю брюки. — Какого черта ты творишь? — Она может делать вид, будто больше меня не хочет, да вот только ее глаза горят желанием. Я стягиваю джинсы и боксеры, пока не показываются татуировки чуть ниже бедер. Лори смотрит прямо туда. — Ты же сама говорила, что это твои любимые.
Она закрывает глаза, а когда снова открывает, в них много грусти.