Герой (не) её романа (СИ)
— А насчет города что? — напомнил Роман. — Поедешь? Только куда тебя до утра девать…
— Не нужно мне ничего, — решительно заявила Поля. Метнулась к двери, лишь на пороге обернулась: — Вы только подчиненным своим скажите, чтоб пропустили. А то ведь опять стрелять возьмутся.
Роман выполнил просьбу девушки. Лейтенант из штаба проводил её до КПП. Вот вытянулось лицо у прапорщика, когда он узнал Полю. Мало того, что пробралась-таки в часть, так еще и вышла с сопровождением. Точно почётная гостья.
— Всего доброго, — пожелал он, страшась, что девушка вспомнит о грубом обращении и наябедничает. — Приходите еще.
Поля его не слышала. Кое-как дождалась, пока окажется в одиночестве. Наедине со своим горем дала, наконец, волю слезам. Плевать, что нос станет как свекла, а щеки покроются некрасивыми пятнами. Этого все равно никто не увидит.
— Как же он мог?.. — все повторяла и повторяла она, как заведенная.
Сама не заметила, как добрела до недавно построенного двухэтажного здания. Присела на крылечко и, прислонив голову к столбу, прикрыла опухшие глаза. Попричитала немного и, совершенно обессиленная, задремала.
Проснулась от того, что кто-то легонько тормошит за плечо.
— Ой!.. — испуганно вздрогнула она, узнав полковника Казанцева. — Я же ушла из части, откуда вы взялись?
— Я тут живу, — улыбнулся Роман. — А ты почему здесьт сидишь? Что домой не уехала?
Полина шмыгнула, уткнулась носом в колени. Подавила желание сбежать и призналась:
— Нет у меня дома. Мама выгнала. Сказала, поедешь за Денисом, назад не возвращайся.
— Чего в сердцах не скажешь, — вздохнул Роман. — А вообще правильно тебе мама говорила, нечего на этого Дениса растрачиваться.
Знал бы он, о чем говорит. Это другие мамки отходчивые, поругают, пожурят и успокоятся. Валентина не такова — втемяшит что в голову, не выбьешь. Не примет с ребенком. Поедом съест.
А отчим Мишка ей в этом поможет.
— Не хмурься, — не то попросил, не то приказал Роман, — тебе не идет. Поднимайся с холодного, простынешь. Так и быть, поднимемся ко мне, чаем напою и место на ночлег выделю. А утром решим, что с тобой делать.
— Неудобно… — вяло возразила Полина.
Ей стало уже все равно, куда и с кем уйти. Несмотря на солнечную осень, воздух прогревался не сильно. В тонком спортивном костюме не согреться, не спрятаться. Еще и в лужу умудрилась наступить, ноги промочить.
— Не пугайся ты, не обижу, — по-своему истолковал ответ девушки Роман. Тихонько подтолкнул ее по направлению к подъезду. — Слово офицера.
Поля окинула его взглядом с головы до ног, точно оценивая: стоит ли верить. И согласилась. Других вариантов все равно не было. К черту стыд и неловкость. Ей о ребенке думать нужно.
Глава 4
Дом для офицеров только недавно достроили. Подвели отопление, вставили пластиковые окна. Но отделку закончили только в пяти из тридцати квартир. Разумеется, одним из счастливчиков стал Роман, командир воинской части.
Он как раз собирался привезти невесту, вместе обставить любовное гнездышко. Но вместо хорошенькой, хоть и пустоголовой Алиски, привел в квартиру совершенно незнакомую девушку.
— Вы вовсе не обязаны это делать, — смущенно призналась Поля, ошарашенная заботой.
Роман выделил ей комнату, выдал чистое белье и даже зубную щетку. Белая мужская футболка висела на Поле мешком, прикрывая округлые коленки с не поджившей ссадиной.
— Мне приятно за тобой ухаживать, — неожиданно даже для себя самого признался Роман, — как бы удивительно это не звучало.
«Интересно, как часто он водит домой девушек? — подумалось Поле. — Наверное, для него это обычное дело. Это про меня наутро плохо подумают, не про полковника. Хотя, моей репутации уже ничто не навредит…»
После теплого душа и горячего чая с бутербродами Поле стало тепло и уютно. Она сидела в большом кресле и неохотно отвечала на вопросы Романа. Тот все пытался выяснить телефон родителей и адрес.
— Говорю же, не примут меня обратно, — твердила Поля. — Не стоит им звонить.
— Не верю, — не соглашался Роман. — Ты же несовершеннолетняя, родители отвечают за тебя.
— Мне через месяц восемнадцать, — намекнула Поля.
Она упорно хотела выглядеть взрослее своих лет. Быть для Романа не девочкой-оборванкой, а женщиной. В спортивной майке и домашних штанах он выглядел моложе, добрее и, пожалуй, еще красивее. Шрама на лице Поля не замечала вовсе. И отчего-то отчаянно хотела нравиться.
Втягивала живот, хотя на втором месяце беременность не заметна внешне. Робко улыбалась и неловко прикрывала рот ладошкой, скрывая зевоту.
— Чувствую, сегодня из тебя больше не вытянуть ни слова, — заметил Роман. — Отправляйся спать, а утром решим, что с тобой делать. Я бы настоятельно советовал тебе вернуться домой. За месяц помиришься с родителями, забудешь Дениса и начнешь новую жизнь. Кто знает, может, в следующем году приедешь в гости уже к другому солдату.
Поле шутка не показалась смешной. Напротив, от таких замечаний, стало только хуже. Домой ей нельзя никак. Если и не выгонят, то заставят сделать аборт. С отчима станется: за волосы оттащит. Приплатит докторам, лишь бы не воспитывать чужого ребенка.
В интернете вычитала, что после двенадцати недель аборты делают редко. Не каждый врач возьмется, даже за деньги. Значит, всего ничего пережить осталось — месяц, и даже отчим не помеха.
Вот только что делать дальше…
— А у вас тут, случайно, нет никакой работы? — как бы между прочим, поинтересовалась Полина. — Вы не думайте, я не белоручка. Могу полы мыть или готовить.
— У тебя хоть документы с собой есть? — в свою очередь поинтересовался Роман.
— А зачем вам?.. — испуганно съежилась Поля.
Подумала: вот и пришел момент истины. Сейчас полковник вызовет полицию и сдаст ее. Заставит вернуть матери, невзирая на все просьбы и уговоры.
— Не могу же я на работу принять без документов, — вполне серьезно сообщил Роман. — Меня за это по голове никто не погладит. Не волнуйся, силой я тебя домой не потащу и в полицию не сдам. Но и потакать прихотям не буду.
Полина шмыгнула носом и поплелась в комнату за рюкзаком. Со дня достала паспорт и вручила Роману с обреченным видом. Пока тот читал, рассматривала его коротко стриженый затылок. Отметила, что волосы у полковника в свете лампы отливают золотом.
Задумалась, протянула руку и зарылась пальцами в густую шевелюру.
— Ты чего? — опешил Роман.
— Ой! — отпрыгнула в сторону Поля. — Простите, сама не знаю, что на меня нашло…
— Ты мне это брось, — погрозил пальцем Роман. — Я тебя по доброте душевной пригласил. Никакого «поощрения» взамен не жду и не требую. Интим тоже не предлагать. Еще не хватало за решетку попасть за совращение малолетней.
— Простите… — повторила Поля.
Закрыла лицо руками и всхлипнула. Почему-то слово «малолетняя» показалось ей обидным. Слишком часто мальчишки в классе к нему добавляли нелестные эпитеты.
А Поля не была легкодоступной. С Денисом у нее первый раз было, вроде как по большой любви. Он ей такие слова говорил, такие обещания давал. Рассказывал, как вместе жить будут. Долго и счастливо — как в сказке.
Только для Поли эта сказка кошмаром обернулась. И рядом нет никого, кто поддержит.
— Не плачь, — Роман ласково коснулся ее щеки. — Я не хотел обидеть. Не думал, что мое замечание доведет до истерики.
— Все правильно вы сказали, — гнусаво призналась Поля. — Я малолетняя никому ненужная девчонка. Никому неохота со мной возиться.
Ее худенькое тельце сотрясали рыдания. После таких испытаний и взрослая женщина в депрессию впала. Что говорить о девушке, почти девочке. Она и не знала, как это, когда любят. Денису поверила, на счастье понадеялась.
А оно повернулось к Поле задом, а после еще и неприличный жест показало.
— Мир этот не без добрых людей, поверь мне, — попытался утешить Роман. — Хороших на самом деле больше, чем плохих. Только они не так приметны. Идем-ка спать, утро вечера мудренее.