Госпожа Чудо-Юдо (СИ)
Вот и сейчас — привычным движением влезла в штанины, нырнула ладонями в рукава и длинно вжикнула молнией, застегнувшись со самого горла. Затем поднесла браслет к губам одновременно с запуском активации.
— Лизен?
✴️Глава 5✴️Первые шаги на острове Йо
— Сюда, госпожа.
Управляющий, семенивший передо мной торопливыми шагами, пропитался такой густой неуверенностью, что никакая эмпатическая защита не помогала.
Он пытался по дороге к рабским баракам идти на шаг позади меня, но от этого было некомфортно уже мне, поэтому я попросила его при ознакомлении с территорией поместья взять на себя ведущую роль в буквальном смысле.
— Лизен, а у госпожи Задаки есть личный врач? Должна же она где-то лечиться.
— Да, госпожа. В главной островной клинике, куда она регулярно наведывалась.
— А можно оттуда кого-нибудь вызвать, если мне понадобится подлечить рабов?
Управляющий сделал большие глаза и неуверенно ответил:
— Никто так не делал на моей памяти, госпожа. Сомневаюсь, что клиника такое практикует.
Я пожала плечами.
— Что ж, со временем узнаем.
Теперь, когда горячий душ и сытный «завтрак» привели меня в чувство, вернулась присущая мне наблюдательность. Дом совсем не был пустынным, просто рабы очень хорошо прятались. То тут, то там выглядывали испуганные лица и мгновенно прятались за углами. Никто не хотел попадаться на глаза новой хозяйке ни специально, ни случайно. Один замешкавшийся мальчишка, не сумевший незаметно уйти с дорожки, когда мы неожиданно завернули за угол дома, рухнул на дрожащие колени и, по мере моего приближения, начал медленно отползать в сторону мясистых белых растений бордюрного типа, которые формой и огромными шипами поразительно напоминали мексиканские кактусы.
Ещё немного, и мальчик напоролся бы прямо на колючки, и даже плотная ткань коротковатых штанов не защитила бы кожу от царапин.
— Эй! — окликнула я его, остановившись.
Маленький раб распластался по плитке дорожки так, словно хотел просочиться сквозь нее в землю. Черный ужас понёсся от него тараном и обрушился на меня даже сквозь щиты густой удушающей волной. Накатила дурнота, в глазах замельтешили мушки.
Медленно вдохнув и выдохнув, я переждала мгновение и осторожно, вспоминая навыки обращения с запуганными животными, опустилась на корточки рядом с мальчиком.
— Привет, ребёнок, — ласково поздоровалась с ним. — Ну-ка, посмотри на меня.
Чумазое личико чуть приподнялось, а из-под лохматой коричневой челки глянули тревожные глаза юного существа, растущего в вечном страхе за свою жизнь. На вид ему было лет семь-восемь по земным меркам.
— Меня зовут Гайя. А тебя как?
— Эки, госпожа…
— Не надо меня бояться, Эки. Я не причиню тебе вреда.
Детский рот приоткрылся в потрясённом изумлении, а глаза то и дело перебегали с меня на управляющего, который плюхнулся на колени рядом в тот же миг, как я присела.
Мальчик не верил словам, это было очевидно. Значит, придется доказывать делами. Только лучше делать это по возможности комплексно, чтобы не терять времени…
Повинуясь внутреннему чутью, я предложила:
— Пойдем со мной. Мне не помешает помощник.
Рабские бараки оказались точно такими же, как в резервации — глухие коробки с единственной дверью в торце. Тусклое освещение внутри обеспечивал небольшой прожектор, практически полностью разряженный на данный момент.
В это время дня помещение пустовало. Если бы не было точно известно о его предназначении, можно было подумать, что мы случайно забрели в грузовой контейнер для космических дальнобойщиков.
Снятого со столба раба расположили животом вниз прямо на полу, обитом вспененным полиуретаном. Ни кроватей, ни подстилок, ни вообще хоть каких-то посторонних предметов — ничего внутри не было. Рабы жили в этих коробках, как… вещи на хранении. Даже у животных в захудалом приюте условия лучше!
Ошеломленно оглядевшись, я развернулась к управляющему.
— Лизен, это помещение не годится. В доме есть просторная комната с минимумом мягкой мебели, хорошим искусственным освещением и моющимися покрытиями? Как в массажной у меня в покоях?
— Да, госпожа, — уверенно кивнул управляющий, даже не задумавшись.
— Прекрасно. Проводи нас с Эки, а сам позаботься, чтобы Шеда перенесли туда.
Мальчик покорно следовал за мной по пятам, не поднимая глаз. Увы, и кошмарить его от моей компании не перестало. А в доме, когда Лизен вдруг свернул из фойе в неприметную боковую подсобку, Эки и вовсе затрясло.
Спускаясь по узкой лестнице на цокольный этаж, я гадала, чего так боится мальчуган. В подвале есть пыточная? Камеры заключения? Игровые в стиле БДСМ? С местных дамочек станется и такое придумать, удивлена не буду.
Серый монолит стен казался неровным. В некоторых местах выступы и шероховатости выдавались так заметно, что создавалось впечатление глубокого нутра старой каменной пещеры.
Когда я озвучила свои мысли Лизену, тот подтвердил:
— Так и есть, госпожа. Весь фундамент — это скальная порода. И подвальные помещения оборудовали в обнаруженной под домом естественной полости. Только коридор добавили, разделительную стенку выложили из каменных блоков и лестницу в скале пробили. Получилось два помещения. Кладовая и… сами увидите.
Лестница вывела на узкую площадку, в стене перед которой бок-о-бок располагалась пара дверей. Одна была серой, под цвет камня, а другая — ярко-красной, в духе интерьера парадной гостиной, где я ночевала.
Лизен остановился и приглашающим жестом указал на красную дверь. Я шагнула вперёд и поднесла к замку браслет, уже точно не ожидая увидеть ничего позитивного. Слишком уж окрас… характерный.
И предчувствия не обманули.
Эта комната полностью дублировала красную парадную гостиную расцветкой стен, пола и потолка, а также странной люстрой-соском. Вот только из привычной мебели тут присутствовала одна огромная круглая кровать, и то нестандартная — с черной кожаной обивкой и четырехногой стальной конструкцией, с которой свисало несколько цепей с наручниками на концах. А в изголовье кровати к балкам крепилась широкая деревянная перекладина, о назначении которой недвусмысленно намекали дыры для головы и рук.
Все остальное — клетки в человеческий рост по углам, крестообразные сооружения, продолговатая штуковина вроде «козлов», только на цепях, и ямы с решеткой в центре помещения, — выглядело антуражем к специфической тусовке для узких кругов. И насмешливой пародией на гостеприимство перед одной из клеток стоял маленький столик с графином воды и единственным стаканом на подносе.
Что ж, вполне ожидаемо после всего того, что я узнала и увидела.
— Пойду распоряжусь насчёт Шеда, госпожа, — тихо сказал управляющий и, бросив тревожный взгляд на дрожащего мальчика, вышел.
Кроме как на круглую кожаную кровать, присесть было некуда, поэтому я устроилась на самом краю и положила рядом прихваченную из чемодана дорожную аптечку. Задумчиво взглянула на маленького раба, что замер на пороге столбиком.
Не знаю, что за ужасы он себе напридумывал, но рухнул коленопреклоненным в ту же секунду, сбивчиво бормоча:
— Простите, госпожа… простите…
Я только вздохнула. И это ведь только начало знакомства с рабским менталитетом.
— Не бойся, Эки. Мы сейчас вместе с тобой будем лечить Шеда. Чтобы раны на его спине зажили быстрее.
— Ле… чить, госпожа? — непонимающе выдавил из себя мальчик.
— Сам увидишь. Будешь моим ассистентом.
В ожидании пациента я решила подготовить всё, что может понадобиться, и принялась на глазах Эки потрошить аптечку. Разложила в изголовье кровати органические саморассасывающиеся макси-пластыри, медицинскую губку для обтирания, спрей с антисептиком и местное обезболивающее.
Потом прошлась по комнате и, к великой радости, обнаружила в углу за дальней клеткой крошечный санузел с рабочим водоснабжением. Набрала в найденное там пластиковое ведёрко — конечно же, красного цвета в тон комнате, — воды и поставила на пол возле кровати.