Ураган (ЛП)

Я потянулась правой рукой через плечо, чтобы найти полоску ткани — капюшон боевой брони.
— Моя тактическая группа разработала детальный план эвакуации, — продолжал Лукас. — Участие в эфире на молле поставит меня в центр любого проявления массового насилия, и возможно, мне придется участвовать в схватке. Прежде, когда я попал в беду, ты отказалась эвакуироваться из опасного места, но сейчас не должна так поступать.
Я с неохотой скривилась.
— Эмбер, ты должна понять, что всякая твоя задержка лишь увеличит опасность для меня и подвергнет риску жизни других членов нашего отряда, — убеждал Лукас. — Во время этого рейда самолеты будут ждать на пляже. В кризисной ситуации первой задачей ударной группы станет твоя защита и доставка на борт одного из самолетов. И лишь когда ты окажешься там в безопасности, они смогут переключить усилия на эвакуацию остальных. Мы оставим здесь снаряжение, поэтому для вывоза всех понадобятся лишь три самолета.
Итак, любая задержка с моей стороны может привести к его смерти или смерти кого-то из членов отряда, например, Базз, Николь или Ханны. Но я знала, что ставки гораздо выше.
Если я промедлю с выполнением приказов и буду убита, если наш улей потеряет и Мортона, и меня, то Мелизенде, возможно, придется пожертвовать четырьмя зонами, а не двумя. За запертыми перемычками окажутся не только Багровая и Фиолетовая зоны в южном конце улья, но и Синяя с Ультрамариновой. Я выросла в Синей зоне, так что в числе сорока миллионов человек за закрытыми дверьми будут мои родители и брат.
— Если ситуация обернется насилием, я немедленно последую приказу об эвакуации, — сказала я. — Но в твоем плане есть изъян. Ты и я приучены к выходам во Внешку, как и ударная группа. Но большинство членов отряда побоятся выйти на пляж. Тебе понадобятся несколько самолетов в ангаре Убежища.
Лукас покачал головой.
— В случае массового насилия ударная группа не сможет безопасно провести множество гражданских по длинному внутреннему пути до ангара. Всем придется эвакуироваться с пляжа.
— Но, возможно, это не сработает, — яростно возразила я. — Вероятно, Базз сумеет добраться до самолета, поскольку она неделями боролась со страхом Внешки, но все остальные не справятся.
Лукас уже надевал тяжелую боевую броню, превращаясь в потрясающего воина, наподобие ударников.
— Тактикам и связистам пришлось научиться просматривать изображения Внешки, когда мы были в походе. Есть шанс, что некоторые из них сделают следующий шаг, выйдя наружу и без помощи достигнув самолетов. Тех, кто не пойдет во Внешку добровольно и не позволит ударной группе донести их без сопротивления, придется оглушить выстрелами.
Я представила Рофэна, стреляющего в свою девушку, Эмили, и бегущего к самолету с ее бессознательным телом.
— Должен быть лучший способ.
— Лучший способ — убедить население морской фермы довериться нам. Мы сделаем все, чтобы этого добиться. — Лукас натянул куртку поверх брони и кивнул. — Теперь можно включить передатчики.
Моя рука дрожала, регулируя настройки аппарата. Я не знала, как именно умерла Селандина — в результате преднамеренного убийства или случайно, — но точно знала, что ответственен за это Мортон. Почему же я рискую жизнями всех в моем подразделении, чтобы его спасти?
Но, по правде говоря, я делаю это не для спасения Мортона. Я спасаю двадцать миллионов человек в Багровой и Фиолетовой зонах улья. Я телепат, видящий тайные мысли людей, разделяющий их мечты и ощущающий их эмоции так же сильно, как свои собственные. Теперь я думала об одном разуме, который прочитала всего несколько дней назад, об одной жизни, на мгновение пересекшейся с моей, об одном человеке из двадцати миллионов, находящихся в опасности.
Это дело началось, когда мы с ударной группой отправились на пляж шестьдесят седьмого уровня, чтобы помочь Мортону с целью. яцччьх Мы спасли смелую десятилетнюю девочку и видели, как она радостно убежала по песку. Гленна, должно быть, наслаждалась остатком дня, а затем вернулась домой, к родным. Ее дом и семья находились в Багровой зоне.
Мы защитили Гленну однажды и должны сделать это вновь.
Глава 26
Табличка на пожарной двери, которая вела в пятый коридор, кричала яркими заглавными красными буквами: «Опасность! Внешний мир!». За дверью располагался до обидного обычный коридор с ровной стеной слева и дверями апартаментов справа.
Пока мы с Лукасом шли по коридору, я прочувствовала неудобство движения в боевой броне и громоздкой верхней одежде. Отправляясь в поход, наша группа надевала специальную форму, созданную для условий Внешки. Те же вещи мы взяли в Футуру, но обнаружили, что во Внешнем мире гораздо холоднее из-за того, что называется зимой.
С тех пор Рофэн заказал для нас совершенно новые комплекты одежды, по его словам, лучше подходящие для зимних условий. Сегодня я впервые надела этот комплект и подумала, что в нем слишком много набивки. Температура в коридорах базы была ниже, чем в улье, я расстегнула куртку и сняла капюшон, но все равно чувствовала неудобство от жары.
В конце коридора мы встретили Адику, Рофэна и альфа-группу. Рядом с ними стоял носач в сером балахоне, сверкая из-под маски багровыми глазами. В детстве я каменела при виде носачей, меня отталкивали их серые маски, намекавшие на нечеловеческую форму головы, и пугали мысли о чтении моего разума. После лотереи я заметно продвинулась в преодолении прежнего отвращения, даже сама надевала костюм носача, но все еще подавляла инстинктивную дрожь.
Я строго напомнила себе, что именно этот носач — мой старый друг Форж, и заставила себя взглянуть прямо на него. Слои тонкой ткани его серого балахона висели странновато.
— Форж, ты надел под костюм боевую броню? — спросила я.
— И броню, и куртку, — ответил скрипучий голос носача.
— Надеюсь, Форж не спрятал под одеждой еще и доску для серфинга, — жизнерадостно заметил Илай.
Я заставила себя присоединиться к последовавшему взрыву хохота, а затем улыбнулась стоявшему рядом с Адикой члену бета-группы.
— Значит, ты пока вступаешь в альфа-группу, Джален. Уверена, ты хорошо справишься.
Темное лицо Джалена выражало напряженную решимость.
— Спасибо, Эмбер.
На тяжелых двойных дверях с правой стороны коридора висел такой же предупреждающий знак, как и на пожарной. Под красными заглавными буквами «Опасность! Внешний мир!» кто-то приписал красным фломастером: «На этот раз мы серьезно».
Адика с довольно забавным торжественным видом миновал двери. Альфа-группа, которая посторонилась, чтобы пропустить нас с Лукасом вперед, также выглядела странно. Мы выходили во Внешку, значит, им следовало встать защитным строем — половина перед нами, половина позади.
Пройдя через двойные двери, я увидела причину их необычного поведения. Я полагала, что эти двери похожи на выходы из улья, ведущие прямо во Внешний мир. А вместо этого оказалась в огромной комнате, три стены которой почти целиком состояли из стекла.
Я задохнулась. Ударная группа повела себя так для того, чтобы мы сполна насладились захватывающим видом сквозь эти стеклянные стены. За передней из них виднелся травянистый холм, спускающийся к галечному пляжу. Я не обратила внимание на ряд самолетов на краю пляжа, устремив все внимание на море. Я уже бросила на него быстрый взгляд из самолета и поразилась его как будто бесконечным просторам, но сейчас видела гораздо больше деталей.
Я сделала несколько шагов вперед, пораженно глядя на украшенные белыми шапками пики воды, которые, казалось, взмывали вверх, а затем изгибались и разбивались каскадами пены о пляж.
Теперь в комнату вошли Рофэн и альфа-группа.
— Я видел море только прошлым летом, — сказал Рофэн. — Не считая более крупного размера, оно очень походило на пляжи улья. Звучит глупо, но сейчас зима, и, похоже, море в гораздо более грозном настроении.
Я с любопытством закрыла глаза и потянулась к разуму Рофэна, чтобы взглянуть на облик моря летом. Едва я коснулась его мыслей, меня затянула яркая цепь воспоминаний, сохранившихся с двенадцати лет.