Продавец шаурмы (СИ)
— Ладно. Я попробую поговорить, — интересные домыслы Гарика пробудили неистовое желание затеять добродушную беседу с Высоцким.
— Ой, но только не сегодня! Оставь пока мальца в покое. Сам прибежит. Вот увидишь. Сегодня же особенный день. Лучшее вообще на глаза не попадаться этому несчастному депресующему мученику.
— Хорошо, Гари! Спасибо за помощь! — щедро благодарю единственного разумного члена ненормального трио, собираясь чётко следовать его предложениям.
— Не за что! Верю в тебя! Вытащи этого ненормального дурня из омута страданий, не то до чертиков себя доведет, — парень радушно улыбается, приподнимаясь из-за стола, — Пойду Ивана с пола соскребать. Эх, что за денек такой страшный выдался?!
— И не говори, — я тяжело выдохнула, допивая содержимое стакана, — До встречи.
— Пока-пока!
* * *После разговора с Гарри, заметно полегчало. И более того, стало безумно жаль Максима. А ещё до сумасшествия приятно, что я для него, оказывается, превратилась в нечто особенное.
Возможно, даже, наш злой мальчонок влюбился.
В меня влюбился.
По самые ушки.
* * *По совету Гарика, я не спешила устраивать беседы, несмотря на то, что сердце яростно разрывалось от смешанных чувств, на пару с бушующим эмоциями. Мне же, хотелось сначала отругать гада за сумасшедшее поведение, и особенно за то, что дуралей травит свой спортивный организм алкогольной отравой, безжалостно истребляя мощный атлетический потенциал, а с другой стороны — хотелось просто придушить в собственных щедрых объятиях, да нежно приласкать.
Потому как, парня стало реально жаль.
* * *Записку с заданиями на сегодня я так и не нашла, поэтому просто действовала на своё усмотрение, решив навести тотальный порядок после бурной тусовки.
Кошмарище! Великолепный сад был практически разгромлен. Газон истоптан, кругом кучи мусора, перевернутые столы, еда на клумбах, какие-то вещи в бассейне. С ума сойти просто! Словно тут не люди веселились, а свиньи самые настоящие!
Под одним из уцелевших столов заметила довольного Гришу. Пёс расслабленно развалился округлым пузом кверху, счастливый от прекрасной жизни, а именно, от того, что удалось вдоволь насытиться остатками праздничного банкета. Все бы ничего, но меня это яро насторожило. Хоть бы не трепанулся. Жалко псинку. Пока хозяин утопал в депрессии, любимый питомец во все тяжкие дебоширил.
Отругав Гишку за пакости, вернулась к работе. К позднему вечеру, в доме, как и в саду, царил чистейший порядочек.
Странно, но Выцокий ни разу не объявился. Уже начала было переживать, всё ли хорошо с ''Господином'', как вдруг ОНО выплыло.
Максим, словно древний призрак, показался на лестнице в тот момент, когда я доедала, приготовленный на скорую руку ужин. Наконец, заметив мою персону, парень направился в кухню.
Мда… Выглядел он жутко, но в то же время жалко. Потрепанный, бледный как гриб, с синюшными мешками под глазами, с угрюмо напяленной маской, отражающей выражение ''ненавижу весь мир'', облачённый во вчерашнюю примятую одёжку. Опалив мою личность жутким взглядом, прошмыгнул в кухню, как самый настоящий безтелый фантом, открыл холодильник, вытащил холодную бутылку минералки и одним залпом опустошил содержимое.
А я, тем временем, всё еще сидела в полном молчании, уткнувшись носом в опустошённую тарелку, делая вид, что всё ещё ем.
Наконец, Макс подошёл к столу, визуально прожигая невидимую дыру в моём теле, и в конце концов выпалил:
— Маааш…
Отбросив вилку в сторону, поднимаю глаза, бессовестно радуясь, когда же прозвучат долгожданные извинения.
— Мне очень жаль.
На секунду показалось, что каратель просто извиниться решил, за то, что втянул меня во все эти ''развесёлые'' разборки, но лишь показалось. Потому как, жалость в его усталых глазах, сменилась полным хладнокровием.
Не понимаю почему, но я ответила также холодно, вместо того, чтобы сказать, что вовсе не сержусь.
— Тогда, может отпустишь? Дабы ничего такого больше не случилось…
Пустая пластиковая бутылка в его напряжённых руках сжалась с такой мощью, что практически превратилась в маленький сморщенный комок.
Зачем я только ляпнула это??? Дурочка! Нельзя провоцировать зверя, когда тот хоть немного усмирился. Ты сейчас словно быку тряпочкой красной перед рогами помахала!
Наверно просто не терпелось услышать ''Я тебя люблю, поэтому не отпущу!'' Тогда, я бы, отбросив разумную оболочку собственной сущности, отдалась бы самым страстным чувствам, мучавшим меня с самой первой минуты нашего Высоцким знакомства, кинувшись обожаемому тирану в долгожеланные объятия и пылко поцеловав умопомрачительный, сладкие на вид губы любимого деспота.
Все были бы счастливы.
Всё бы закончилось благополучно.
Но…
Розовые мечты, на пару с ванильными грёзами, тяжёлым камнем рухнули прямо в чёрную пропасть обречённости, разлетевшись на миллион острых крупинок, когда Высоцкий бездушно отчеканил:
— Отпущу… Если штраф заплатишь.
Ну а чего ты, наивная дурнушка, ожидала? Траур всё ещё не закончен. Депрессия в самом разгаре.
— Но что было бы, если бы Ваня… мной воспользовался? — решаю надавить на слабое, тем самым проверив есть ли хоть капля светлых чувств к моей душеньке у этого заплуталого демона.
— Не знаю!!! Плевать мне! Сама виновата! Говорил же не высовываться! А ты… как на зло выперлась! Да ещё и в рубашке этой… развратной! Специально что ли?? Небось хотела с друзьями поссорить? Хотела таким образом за наказание отомстить??
Макс…
Остановись!
Зачем ты такое говоришь??
Неожиданно, я почувствовала, как глаза защипало от сильного напряжения, словно мне в лицо кислотой прыснули. И сделали это те самые руки… которые так нежно, прошлой ночью обнимали.
Только не плачь! Только не плачь… Не позволяй эмоциональному демону насытится горькими слезами, умыться жидким проявлением горя, насытиться превосходством, властью, надменностью, обретенной над тобой.
Холод в его глазах снова проник в мою хрупкую душу, превращая весь внутренний мир в ледниковый период.
— Сама виновата… — повторил это ещё раз, словно я глухая и тупая в придачу, что с одного раза не понимаю.
— Дааа! И в чем же я виновата?! — пламенная лава гнева готова была в любую секунду выскочить из мощного внутреннего кратера прямо в лицо ненавистного противника, — В том, что незаслуженно стала твоей пленницей? Рабыней? Тряпкой, об которую кто пожелает, может ноги спокойно обтереть?
Но чудовище не ответило. На прощанье, откинув бездушным ледяным взором ничтожную рабыню, просто покинуло комнату.
Но всё же, мне кажется или, парень что-то шепнул напоследок, что-то похожее на:
''Виновата в том… что очень красивая''.
А может, у меня всего лишь глюки от нервного перенапряжения разыгрались.
И зря вообще Гарику поверила! Такой же, как и остальные члены долбанного, бессердечного трио! Решил просто поглумиться, навешал лапши на уши, что Высоцкий с ума по мне сохнет, я и поверила. На самом же деле, они, все разом, просто высокомерные мажорчики, питающиеся эмоциями простых смертных.
А я, к величайшему сожалению, попросту стала их излюбленной жертвой.
Глава 15
Дни летели как минуты. Вдох — и уже вечер. Выдох — и снова утро.
Сегодняшний день — как вчерашний. А вчерашний — как завтрашний.
Одно и тоже. Одно и тоже.
Уборка. Готовка. Уборка. Готовка. Сон. Передышка. Голод и холод.
Слезы. Отчаянье. Грусть. Переживания.
Как все достало…
Словно пленница дикая, да одинокая, запертая в темной башне. Не с кем поговорить, не у кого помощи попросить. Хорошо хоть пёс есть. Гриша для меня единственным верным другом стал, а также — «мимимишным» источником снятия нервного напряжения.
Высоцкий словно призраком перевоплотился. Рано уходит. Поздно приходит. Уже как две недели избегает, делая вид, что не замечает.