Короли не плачут (СИ)

Невольно Алексис поднял взгляд, всё также держа Артемия на руках, и оцепенел: перед королём во всей красе предстал живой, настоящий, враждебно рычащий золотой дракон, который внимательно и настороженно рассматривал юношей своими зелёными, точно кошачьими, глазами.
Алексис всецело сжался и обнял супруга крепче, как будто ещё мог как-то защитить его. Царь волшебного мира выпрямил длинную шею и, поднимаясь на огромные когтистые лапы, приблизился к королям, с любопытством обнюхивая их. Юноша зажмурился, приготовившись к худшему, но дракон лишь спокойно уселся рядом с монархами, точно ожидая дальнейших указаний.
— Загадывайте, Ваше Величество, — донёсся позади голос взявшегося из ниоткуда Алессио.
Алексис тут же обернулся и уставился на юношу, взглядом прожигая его.
— Заточённого в подземелье людским страхом и глупостью, золотого дракона могло разбудить лишь нечто противоположное — чистая человеческая искренность, — пояснил шахтёр наконец.
С трудом переваривая информацию, король посмотрел на Артемия. Тот был уже без сознания, но грудь всё ещё мерно вздымалась при дыхании.
«… если однажды кто-то разбудит и освободит дракона, царь волшебного мира исполнит его заветное желание», — вспоминал Алексис слова супруга и с надеждой поглядел на золотого великана снизу вверх, который пристально смотрел на юношу в ответ.
— Прошу, — тихонько произнёс монарх в отчаянии, — исцели его.
Словно понимая каждое слово, дракон по-человечески кивнул.
Уже через мгновение Артемий завертелся в руках супруга и нахмурился сквозь сон, а заражённая рана на его голени чудом затянулась, словно её никогда и не было. Короля больше не трясло от лихорадки, а к щекам медленно прилил их прежний здоровый румянец. Юноша сглотнул и открыл веки, непонимающе похлопав ресницами, а затем его испуганный взгляд упал на золотого дракона, который с ожиданием смотрел в ответ на Его Величество.
— Я в аду? — произнёс Артемий и, чудом окрепший, присел, озираясь.
Алексис не находил в себе сил подняться с земли и лишь со счастливой улыбкой на лице любовался мужем. Целым и невредимым. Только руки протяни — и можно обнять. Это ли не волшебство?
Артемий обернулся и, посмотрев на супруга, тут же, не думая, метнулся к нему.
— Алекс! — обрадовался король, принимаясь зацеловывать того до одышки.
Алексис, изнурённый и вымотанный, впервые за последние дни позволил себе расслабиться и без сил упал в руки мужа: так или иначе теперь всё будет хорошо, ведь они есть друг и друга.
— Что произошло? — удивлённо спросил Артемий, поглаживая супруга по скулам.
— Мы разбудили золотого дракона, — прошептал тот и перевёл взгляд на царя волшебного мира, который покорно и неприступно стоял возле королей, словно охраняя своих спасителей. — Наши чувства разбудили его.
— Но как это возможно?
— Благородного зверя погубил глупый человеческий страх, — ответил Алессио, подходя к юношам. — Что, как не магия настоящей любви, спасло бы его?
— Ты потратил своё единственное желание на то, чтобы я поправился? — поинтересовался Артемий, глядя на мужа с глубокой нежностью и благодарностью.
— Не раздумывая, — кивнул Алексис и вытянул из кармана игрушечного дракончика. — У тебя ещё есть время доработать его.
Его Величество тепло улыбнулся, ворочая в руках вещицу, а затем посмотрел на Алессио:
— Как ты догадался?
Шахтёр пожал плечами.
— Всё это время мы безуспешно искали конкретный ответ на конкретный вопрос, перечитывая снова и снова новые версии старой легенды, — ответил он, — а в ней и таилась разгадка. Следовало лишь поразмышлять. Поэтому я и предположил, что…
— Вы предположили? — возмутился Алексис. — А если бы не сработало? Если бы… Артемий умер здесь?
— Однако, я жив и в самом расцвете сил, — поспорил король. — Молодец, Алессио, отличная работа. Ты остаёшься на должности одного из самых знатных и почетаемых людей Золотого и Бронзового Королевств, а насчёт вознаграждения… проси, что душе угодно.
— Благодарю, милорд, — поклонился юноша. — Однако, полагаю, сначала Ваша очередь.
С этими словами Алессио перевёл взгляд на золотого дракона, который спокойно ожидал Артемия в стороне.
— Что? — удивился король. — Но ведь…
— Мы оба освободили его, — вмешался Алексис, играя с пальцами супруга. — Я уже сделал выбор. Теперь твой черёд. Загадывай.
Монарх поднялся с земли, помогая встать и мужу, и посмотрел на величественно возвышающегося над ним золотого дракона, пересекаясь взглядом с зелёными звериными и в то же время человеческими глазами. Подземелье погрузилось в безмолвие.
— Алексис! Алексис! — внезапно донеслось эхо голоса Николоса из лабиринтов потерны, и оруженосец в панике вбежал ко всем остальным, не имея сил отдышаться. — Там… Там такое…
Артемий, Алессио и Алексис вмиг обернулись, обращая всё своё внимание на эсквайра.
— Что такое, Николос? — поинтересовался король у друга, но тот уже окаменел на месте, одаривая шокированным взглядом здорового Артемия и золотого дракона, забывая все слова разом.
Вдруг в спину парнишки, прямо из-за поворота, кто-то неуклюже врезался.
— Ох, эсквайр Николос, — послышался знакомый запыхавшийся голос, — я ведь не могу бегать так быстро…
Сейчас уже остолбенели и потеряли дар речи Алексис и Артемий, увидев на входе в пещеру раненого, грязного и измотанного, но всё ещё живого лорда Грегори, который с улыбкой смотрел на королей.
— Слава звёздам, вы оба живы, — произнёс десница.
Переполненные счастьем юноши, не веря своим глазам, тут же понеслись обнимать советника, стискивая его со всех сторон.
— Мы думали, ты погиб, — шептал Артемий, хлопая товарища по спине, — дружище.
— Погибну, коль вы продолжите душить меня, — сдавленно ответил Грегори.
Короли послушно отпрянули от десницы, давая тому вздохнуть, а Артемий по-собственнически приобнял мужа за плечи. Взгляд советника ненароком упал на живот Алексиса, и его губы растянулись в удивлённой улыбке.
— Ох, как же выросла наша принцесса! — произнёс Грегори и поднёс ладонь к животу короля. — Могу я?..
Его Величество охотно кивнул, позволяя деснице дотронуться.
— Это дядя Грегори, — усмехнулся Алексис. — Помнишь его, малыш?
Ответ не заставил себя долго ждать: кто-то внутри толкнул советника в руку.
— Ух ты! — рассмеялся изумлённый десница. — Рад встрече с Вами после столь долгой разлуки, Ваше Высочество.
— Я преисполнен желанием узнать, что случилось с тобой, Грегори? — поинтересовался Артемий. — Как ты выжил?
Десница тяжко вздохнул.
— Наёмники Артура схватили меня при пожаре и надели это, — Грегори продемонстрировал серебряный браслет на правом запястье, — чтобы я не смог колдовать. Я не могу снять его, а моя магия исчезла.
— Вероятно, по этой причине карта перестала показывать воинские души, — предположил Алексис.
— Огни погасли? — удивился Артемий.
— Да, — кивнул король. — Поэтому я и забил тревогу.
— Что же случилось потом? — спросил монарх, хмурясь.
— Меня привели в шатёр к Артуру, и тот поведал, что Артемий смертельно ранен и… Очевидно, ты в полном порядке?
— Долгая история, — пожал тот плечами и жестом указал на золотого дракона позади.
Глаза Грегори расширились в удивлении, но десница промолчал.
— В любом случае, по словам Артура, тебя отравили при битве, а мне велели возвращаться в Аурум к Алексису с предупреждением.
— С каким же? — изогнул бровь юноша.
— Либо Артемий умирает, либо Артур предлагает антидот взамен на Бронзовое и Золотое Королевство.
Артемий на пару с Алексисом громко расхохотался.
— Артур, считай, повержен, дорогой, — произнёс монарх, — мы целы и невредимы, а Серебряное Королевство почти у наших ног.
— Что ты задумал? — поинтересовался Грегори.
— То же, что и с самого начала, — оживился король. — Месть моему ненаглядному братцу.
— Собираешься потратить желание именно на это? — предположил Алексис.