Короли не плачут (СИ)

Эсквайр пихнул Алексиса локтем в бок.
— Это вовсе не обязательно, — отрицал мальчик, смутившись.
— После месяца, проведённого в темнице, обязательно, — коварно ухмыльнулся юноша.
Николос раздосадовано вздохнул.
— Его покои расположены по соседству, — проинформировал Его Величество. — Уверен, он Вам покажет.
Элизабет покорно кивнула и направилась к двери, пока эсквайр буравил обиженным взглядом короля. Мальчик неохотно поднялся с места и, прихрамывая, поплёлся за девушкой, оставляя Алексиса в спальне одного.
— Ваше Величество, — окликнула вышедшая из ванной комнаты служанка, — Ваша ванна готова.
Юноша благодарно кивнул.
Окружённый прислугой, Алексис ощутил себя в привычной обстановке рутинного дня. Словно он вот-вот выйдет в тронный зал к отцу, и дела пойдут своим чередом, как прежде, словно всё образуется, а впереди ждёт светлое будущее. Но, как прежде, больше не будет никогда. С вторжением Артемия в их относительный государственный покой всё перевернулось дном кверху, а Алексис так и не решил, как поступит дальше. Но одно король знал наверняка. Он отомстит. Охваченный жаждой возмездия, юноша понял, что лишь она даёт ему желание двигаться дальше. Артемий должен поплатиться за всё, что он с ним сотворил. Правосудие восторжествует. Так или иначе.
Умывшись и переодевшись, Алексис вышел в покои к придворному лекарю. После осмотра тот заверил, что король молод и здоров, а ребёнок сейчас в полном порядке. Позднее юноша отправил старца к Николосу, предупредив о ранении, а прислугу распустил.
В сопровождении стражи Его Величество отправился осмотреть замок.
Первым делом Алексис поспешил на кухню. Он так давно не виделся с тётей Тамарой, с последним живым родным душе человеком. На свадебном пиру Его Величество не соизволил даже кивнуть женщине в знак приветствия, опасаясь реакции мужа-тирана. Юноша надеялся, что кухарка на него не в обиде.
Словно маленький мальчик, потерявший мать, король мчался по коридорам дворца. Придворные с почтением кланялись ему при встрече, а Алексису казалось, будто он видит их впервые.
В воздухе уже витал запах королевских деликатесов, а от высоких стен бесконечного коридора отбивался грохот сковородок и немытых тарелок. Неподалёку резвились дети служанок. Юноша влетел в кухню, как ошпаренный, и, увидев ничего не подозревающую тётю Тому у горы грязной посуды, не удосужился даже поздороваться с остальными кухарками, а тут же метнулся к женщине.
— Тётя Тома! — воскликнул Алексис со счастливой улыбкой.
Тамара обернулась и, не успев вытереть мокрые руки о фартук, уже оказалась в крепких объятиях короля.
— Ах, звёзды небесные, — запричитала кухарка от неожиданности, обнимая юношу в ответ. — Алекс, хулиган эдакий, ты что ли?
Тот закивал ей в шею, покачивая из стороны в сторону и прижимая ближе к себе.
— Как я рад видеть Вас, — произнёс король с неохотой выпуская тётю из объятий.
Тамара отпрянула от юноши и с искренней улыбкой взглянула на него снизу вверх, игриво ущипнув за щёку.
— Прошу простить меня, — принялся оправдываться Алексис, — я не имел возможности навестить Вас ранее… Тут столько произошло… Артемий… Он…
— Всё в порядке, мой мальчик, — успокоила кухарка, ласково погладив юношу по предплечью.
— Расскажите, как Вы? — напал тот с вопросами. — Вы целы? Он ничем не обидел Вас? Он не забрал у Вас покои?
— Тише-тише, я цела и невредима, — произнесла Тамара. — Живу, работаю. Какое королю дело до какой-то там кухарки?
Алексис с облегчением выдохнул, расслабившись, что хоть до кого-то Артемию не удалось добраться.
— Соболезную тебе, — прошептала женщина, — по поводу отца.
Юноша опустил поникший взгляд в пол.
— Я отомщу Артемию, — решительно кивнул Алексис. — Он за всё заплатит.
Кухарка вновь притянула к себе помрачневшего короля, нежно поглаживая по спине.
— Отомстишь, — согласилась она. — Звёзды покарают его.
— Тётя Тома… — настороженно произнёс Его Величество. — Присядьте, прошу. Я должен кое-что сообщить Вам.
Женщина испуганно посмотрела на Алексиса, но всё же послушно уселась на скамью у стола, сложив на коленях руки, и навострила уши.
— У меня будет ребёнок, — поспешно выдохнул он.
Тамара ахнула, в удивлении всплеснув руками:
— Как? От кого?
— От мужа моего, — ответил юноша. — От Артемия.
— Он знает? — уточнила кухарка.
— Боюсь, что так, — подтвердил Алексис.
— Так вот, чего они с лордом Грегори весь вечер надрываются.
Король остолбенел и, не понимая, о чём идёт речь, вопросительно изогнул бровь:
— Что?
— Так эти двое, нахалы эдакие, ограбили королевский погреб, оккупировали соседнюю кухню да не пускают к себе никого, — жаловалась Тамара.
Алексис не устанет поражаться тому, во что превращается его жизнь.
— Грегори и Артемий? — уточнил он в неверии.
— Так да, — начала размахивать руками возмущённая кухарка. — Десница да король. Один о разбитом сердце плачется не наплачется, аж завывает. А второй так вообще порхает от счастья. Расцеловал на радостях посудомойку Катерину. Звёзды, помогите! Бедная девочка со страху чуть на тот свет не отправилась. Полнейший хаос, а не королевский дворец. Я-то думаю, что это с ними?..
— Грегори? И Артемий? — повторил Алексис.
— Да, — уверенно кивнула Тамара.
— Где, Вы говорите, они сейчас?
— В королевской столовой, тут за углом, — указала женщина.
— Спасибо, тётя Тома, — поклонился король в спешке. — Коль Вы не возражаете, я навещу Вас позже?
— Да, конечно, — тепло улыбнулась кухарка.
Взмахнув алой мантией, Алексис сорвался с места, стремительно направляясь к кухне по соседству. Юноша не мог поверить словам Тамары, словно женщина рассказывала о совершенно незнакомых ему людях. Изумлённый король не мог понять, что происходит. Он обязан увидеть это собственными глазами.
У дверей в столовую Алексиса остановили стражи.
— Король велел никого не впускать, — пробубнил гвардеец в доспехах.
Юноша закатил глаза.
— Я Ваш король, — настоял он грозно, — и я приказываю открыть дверь сейчас же.
Стража замялась, но всё же пропустила Его Величество внутрь.
На кухне было темно и тихо, не считая догорающей одинокой свечи на широком столе и сидящих на скамьях друг напротив друга Артемия и лорда Грегори. Оба обнимались с графинами красного вина и что-то невнятно бормотали. Как ни странно, ни один, ни другой не заметили присутствия Алексиса в помещении. Король тихо закрыл за собой дверь и уже почти хотел вмешаться, но вдруг расслышал их диалог и притаился в стороне у стены, не в силах нарушить дружеской атмосферы между ними.
Лорд Грегори вытянул одну руку на столе и щекой улегся на неё, а другой крутил пустой бокал вокруг своей оси. Его взгляд был совершенно разбитым и мрачным, до краёв наполненным печалью, словно десница долгие часы пытался залить горе, а в итоге лишь сделал хуже. Артемий же сидел, оперевшись локтем о поверхность стола, и с синяком под глазом мечтательно глядел в потолок, расплывшись в какой-то дурацкой улыбке.
Алексис нахмурился. Кажется, он никогда прежде не видел, как Артемий улыбается.
— Вот ты видел его глаза? — пьяно рассуждал Грегори. — Они такие… зелёные. Как… Разве можно их с чем-то сравнивать? А ямочка… У него на подбородке такая очаровательная ямочка! Ты когда-нибудь видел такую ямочку?
— Видел, — кивнул Артемий, чуть пошатнувшись.
— И тебя не удивляет, как может существовать такая ямочка? Она же прелестна. Он весь прелестен! А его улыбка… Когда он улыбается, я без вина пьянею. Ах, моё запретное вино! Когда он улыбается, весь мир становится… Как это говорят?..
— Тусклее? — продолжил Артемий, едва шевеля губами.
— Нет, — замотал головой Грегори. — Наоробот.
— Ярче?
— Да! — воскликнул десница, икая. — Ярче! Он такой красивый, Артемий! Нет никого красивее на всём белом свете. Вот иногда смотрю на него и так хочу расцеловать эту красоту, приласкать! А не могу… Дружище, я так безнадёжно влюблён! А знаешь, что хуже всего?