Короли не плачут (СИ)

— Поэтому Вы отказывались бежать с нами в Серебряное Королевство? — вмешался Николос, обращаясь к лорду Грегори. — Вы не хотели предавать друга. Артемий всё ещё дорог Вам.
Десница опустил взгляд и подкинул в огонь ещё хвороста, так и не ответив.
Оруженосец улёгся напротив костра и устало прикрыл веки.
— Ума не приложу, как мы пережили этот разговор без стаканчика эля, — мечтательно произнёс он.
Алексис и Грегори в унисон усмехнулись.
— А эля здесь, и правда, не хватает, — согласился король.
— Или вина, — продолжил десница, грезя. — Красного…
— Алексису нельзя, — хитро вставил Николос, приоткрыв один глаз.
Десница нервно усмехнулся, а Алексис кинул в разбушевавшегося оруженосца палку.
— Будь я всё ещё королём, — сурово произнёс он, — казнил бы за такие шутки.
— Прости, не удержался, — извинился мальчик.
Костёр догорал. Алексис устало зевнул, веки налились свинцом и на ходу слипались. Юношу клонило ко сну.
— Ложитесь спать, Ваше Величество, — произнёс лорд Грегори и отсел подальше, предоставляя королю больше места, чтобы улечься. — День был тяжёлым, Вам следует отдохнуть.
Юноша послушно лёг на мягкую траву, укладывая ладони под щёку, и сонно уставился на тлеющие угольки.
— Спокойной ночи, лорд Грегори, — прошептал он. — Спокойной ночи, Николос.
— Спокойной ночи, Алексис, — ответил эсквайр.
Король сомкнул веки и, измотанный, вмиг провалился в глубокий сон.
— Может, наконец-то хорошо выспится, — прошептал десница. — Без страха, что кто-то в любой момент заберёт покой.
Николос взглянул на тёмные круги под глазами Его Величества.
— Не могу вообразить, что он испытывает, — тихо произнёс оруженосец. — Он столько всего перетерпел, а тут ещё и ребёнок… Нам неистово повезло, что мы успели сбежать раньше, чем Артемий узнал о беременности.
— Артемий жесток, это ни для кого не секрет, — согласился Грегори. — Но не думаю, что он способен навредить родному ребёнку. Кто знает? Вероятно, где-то в другом мире это дитя могло бы стать его искуплением.
— Искупление? — удивился Николос. — Как Вам удаётся до сих пор хранить надежду на это? После всего…
— Не знаю. Но я не желаю верить, что человек внутри него совершенно потерян.
Лорд Грегори опустил голову и взглянул на мирно сопящего рядом Алексиса. Его запястье всё так же плотно пережимал браслет судьбы. Видимо, король так и не сумел снять ненавистное украшение. На предплечьях юноши виднелись синяки от цепкой хватки чьих-то пальцев, заставляя смотрящего поёжиться. Поддавшись мимолётному искушению, десница нежно смахнул назойливые пряди волос с лица Алексиса, а затем сбросил мантию и заботливо укрыл ею короля.
— Вы ведь влюблены в него, не так ли? — прошептал Николос, кивая на Алексиса.
Грегори долго молчал, продолжая любоваться покоем и безмятежностью Его Величества, что были на вес золота.
— Как можно его не любить? — вздохнул десница. — Неужто мои чувства столь заметны?
Оруженосец кивнул.
— Пожалуйста, не говорите об этом ему, — просил Грегори. — На эту несчастную душу и без того многое свалилось.
— Как пожелаете, милорд, — согласился эсквайр. — И не тяжело?
— Что не тяжело?
— Разрываться между ними обоими.
Десница медленно улёгся на землю и уставился в звёздное небо.
— Тяжело, — кивнул он. — Каждую ночь я ложусь в кровать с мыслью о том, что где-то в соседних покоях мужчину, которого я люблю, бьёт и домогается другой. А я ничего не могу поделать.
Юноши притихли, ощущая бегущий по коже ночной ветер. Костёр окончательно догорел и погрузил их в кромешный мрак и молчание. Лошади давно улеглись где-то неподалёку и лишь изредка фыркали.
— Несчастнее его души может быть только Ваша, — прошептал Николос и перевернулся на другой бок, отправляясь в царство Морфея.
Комментарий к Глава 8
Подкину вам на вечер свеженького стекла))
Кстати, у меня есть две новости: хорошая и плохая. Начну с плохой и скажу, что, возможно, в ближайшее время главы будут выходить реже, так как из-за тяжёлой учёбы и подготовки к экзаменам я отстаю от графика, и очень извиняюсь за это